Леди Найт – Не называй меня деткой (страница 3)
– Подойдёт? – голос Руслана вывел меня из разглядывания.
Я кивнула.
– Более чем.
– Хорошо, – он отодвинулся от прохода, пропуская меня внутрь. – Размещайся. Полотенца в шкафу в ванной. На кухню зайдите потом, поговорим.
Поговорим. Сердце вздрогнуло. Особенно настораживало, что он это сказал таким тоном, будто мы шли на разбор полётов, а не на чаепитие.
Когда он ушёл, Ира тут же плюхнулась на кровать и вытянула руки.
– Ну что, как тебе? – её глаза блестели.
Я прошлась по комнате, руками трогая гладкую поверхность стола, краешек штор, ручку шкафа. Всё такое новое, красивое, чужое.
– Как будто я в фильме, – призналась я. – Где героиня случайно попадает в богатую жизнь, а потом выясняется, что она незаконная дочь олигарха.
Подруга захохотала.
– Дура. Просто у тебя… – она пожала плечами. – Удачный друг.
– Покровитель в лице психопата, – уточнила я.
Ирка скривилась:
– Он не совсем психопат. Он просто… – она задумалась, подбирая слово, и честно ответила: – Ладно, психопат.
Я улыбнулась, но внутри всё равно было беспокойно. Руслан всегда казался мне не просто взрослым и серьёзным. Скорее, он был как другая порода людей – с другим весом, голосом, правилами. Любое его движение, слово, жест имели больше веса, чем у обычных людей.
– Ты не боишься его? – спросила я тихо.
Ира задумалась.
– Раньше боялась, – честно ответила она. – Когда мы маленькие были. Он же с детства как взрослый. А сейчас… нет. Он – мой брат. Я знаю, на что он способен, и знаю, чего он не сделает никогда.
Она посмотрела на меня пристальнее:
– С тобой он ничего плохого не сделает. Я за этим прослежу.
Да дело было даже не в «плохом». Я боялась того, что он мог сделать «хорошего», от чего у меня внутри всё перевернётся.
Я раскрыла чемодан, стала доставать вещи. Ира активно мешала, то перехватывая у меня стопку одежды, то с причитаниями отбирая старые растянутые футболки:
– Это мы выбросим, это тоже. Ты переезжаешь не в общагу, а в нормальное жильё. Будешь выглядеть, как человек.
– Спасибо, – проворчала я, но позволила ей вырвать из моих рук особенно жалобную, но любимую серую кофту.
Когда основные вещи заняли место в шкафу, а ноутбук оказался на столе, ко мне неожиданно пришло ощущение безопасности. Как будто эта маленькая комната со светлыми стенами стала куполом, который хоть немного отделяет меня от хаоса снаружи.
От Руслана в том числе.
– Ладно, – Ирка хлопнула себя по коленям и вскочила. – Пошли. Иначе он сам придёт и начнёт читать нотации, а мне чужих лекций хватает на работе.
Мы вышли в коридор. Его шаги было слышно ещё до того, как мы вошли на кухню: тяжёлые, размеренные. Я почему-то сразу поняла, где он – по какой-то внутренней настройке.
Кухня тут была мечтой любого инстаграмного блогера: большой стол, барная стойка, встроенная техника, идеально блестящая поверхность столешницы. Руслан стоял у мойки, спиной к нам выглядел он уже не домашним, а собранным.
Повернулся, когда мы вошли.
– Ну что, устроилась? – спросил он.
Я кивнула, не доверяя голосу.
Ира уселась на стул, закинув ногу на ногу.
– Ладно, давай. Лекция имени Руслана о порядке, правилах и «не дышать без моего разрешения», – протянула она. – Мы готовы.
Руслан бросил на неё взгляд, от которого обычный человек, скорее всего, моментально притих бы. Ира только ухмыльнулась, но всё же замолчала.
Он повернулся ко мне.
– Смотри, Надя, – начал он спокойно, будто обсуждал какую-то скучную бытовую процедуру. – Раз ты тут живёшь, мне нужно быть уверенным как минимум в двух вещах.
Боже, только не график уборки, только не график уборки, – мысленно взвыла я.
– Первое, – он поднял палец, – ты не приводишь сюда никого. Ни подруг, ни… – он скосил глаза в сторону сестры, – странных личностей, которых моя сестра может считать «классными ребятами».
Ира фыркнула.
– Второе. Ты не лезешь туда, куда не надо. Никаких походов в мой кабинет без меня, никаких разговоров с людьми, которые приходят ко мне по делам. Видишь кого-то у двери – не открываешь. Звонишь сначала мне.
Его голос был ровным, но за этой ровностью чувствовался стальной каркас. Это не обсуждалось. Это не просилось к подтверждению. Это просто было.
– Понятно? – он смотрел прямо на меня.
Я сглотнула.
– Понятно.
– И третье, – вмешалась Ирина, нагло поднимая руку, как школьница. – Ты не забываешь, что Надя – моя подруга, и обидишь её – я откушу тебе ухо, Рус.
Он едва заметно усмехнулся.
– Угроза принята.
Я хмыкнула. Напряжение чуть отпустило. Всё это было страшно, но в то же время как-то чётко. Понятно. После скользкого «дядя Саша, живи хоть десять лет» такая прямота даже успокаивала.
Руслан поставил на стол кружки, достал из холодильника упаковку с китайской едой.
– Готовить сегодня некогда, – бросил он. – Так что ужин будет… – он чуть скривился, – таким.
– А я надеялась на стейки и устрицы, – трагически вздохнула Ира.
– Когда заработаешь на устрицы – будем есть устрицы, – отрезал Руслан.
Я не удержалась от улыбки. Эта перепалка была такой семейной, привычной, что я на секунду перестала чувствовать себя чужой.
Мы ели молча. Вернее, молчала я, время от времени отвечая на вопросы Иры и украдкой поглядывая на Руслана. Он ел быстро, сосредоточенно, как человек, для которого приём пищи – лишь техническая необходимость, а не удовольствие.
Я вспомнила Кристину в его рубашке и снова почувствовала, как где-то под грудиной неприятно скребётся. У них явно был свой отлаженный режим, в котором не было места ни для китайской лапши, ни для меня с моим чемоданом.
После ужина Ирина взялась мыть посуду, решительно оттолкнув меня от раковины:
– Ты сегодня достаточно стрессанула. Иди отдыхай. С твоим нервным тиком в глазах ты перебьёшь все тарелки.
– У меня нет тика, – возмутилась я.
– Уже есть, – заверила она.
Я хотела возразить, но взгляд Руслана заставил меня замолчать. Он словно прикидывал, что со мной делать дальше.
– Иди, Надя, – сказал он. – Отдыхай. Если что, моя комната в конце коридора, слева. Ванная – первая дверь справа.
Спасибо, конечно. Очень полезная информация. Особенно о твоей комнате.
– Хорошо, – вежливо ответила вслух.
Когда я вернулась в свою комнату и закрыла дверь, мне наконец-то удалось выдохнуть. Просто сесть на кровать, уставиться в точку и позволить мозгу немного отмотать назад весь день.