Лебрута алей Ла – Клинч. Ниже пояса (страница 5)

– Что я.

– Ты одна?

Столб. Столб. Мост.

– Полтора года был Андрей, – сказала я. – Хороший. Юрист. Он мне на день рождения подарил абонемент в бассейн.

Клим помолчал.

– И что?

– Ничего. Абонемент хороший был. На год.

Он засмеялся. По-настоящему, откинув голову, и машина чуть вильнула, и он выправил ее одной рукой.

– Абонемент в бассейн, – повторил он. – Ты плаваешь-то?

– Нет.

– Ну и все, вопросов больше не имею.

Мы въехали в область, и он замолчал, и я поняла, что он уже не здесь. Он начал уходить в бой. Челюсть встала по-другому, плечи ушли вниз, и дышать он стал медленнее.

Я смотрела на его руки на руле.

Пальцы длиннее, чем ждешь. Костяшки сбитые все, до одной. На правой между большим и указательным старый шрам, кривой, как молния, я про него знала историю: восемнадцать лет, драка у клуба, стекло.

Я знала историю каждой отметины на этом человеке до двадцати семи лет.

А потом восемь лет он получал новые, и я не знаю ни одной, и от этого мне было хуже, чем от всего остального.

– Приехали, – сказал он.

Глава 5

Контрольное взвешивание было в спорткомплексе с рыжими пластиковыми сиденьями, и людей набилось человек полтораста, и половина снимала на телефоны.

Я села в третьем ряду и стала смотреть.

Их вызывали парами. Мужчины выходили, раздевались до трусов, вставали на весы, потом расходились по краям сцены и стояли лицом к лицу, пока фотографы щелкали.

Некоторые кричали друг на друга. Один толкнулся, их растащили, зал завыл.

Потом вызвали Клима.

Он вышел без всякого выражения, стянул футболку через голову, бросил ее вбок, не глядя куда, и встал на весы.

Я не дышала.

Он был сухой до того, что видно все: как ложатся ребра, как ходит живот, как под кожей на боку идет линия и обрывается. Все то, что я вчера видела в зеркале со спины, теперь было целиком и с трех метров.

И еще там был шрам, которого я не видела. Внизу слева, короткий, поперечный, аккуратный, хирургический.

Что-то у него вырезали.

Когда. Что. Кто был рядом.

– Восемьдесят три и три, – сказал человек с микрофоном.

Клим сошел с весов и встал напротив соперника. Тот был выше на голову, моложе лет на восемь, и начал первым: наклонился к самому лицу и что-то сказал.

Клим слушал. Кивнул. Потом сказал что-то в ответ, короткое, три слова, я не расслышала.

Соперник дернулся, но его уже держали.

Зал взвыл.

Клим отошел, подобрал футболку и, натягивая ее, посмотрел в третий ряд. Прямо на меня. Нашел сразу, будто знал, где я сижу, а он не мог знать, я села, когда он был за кулисами.

Он не улыбнулся и не кивнул.

Просто посмотрел, и я почувствовала это по всему телу разом, от корней волос до пяток, как когда встаешь под воду не той температуры.

В машине я спросила:

– Что ты ему сказал?

– Не скажу.

– Почему?

– Потому что ты приличная женщина в пальто. – Он выехал с парковки. – Тебе такое рано.

– Мне тридцать.

– Тем более.

– Клим.

Он посмотрел на меня искоса, оценивающе.

– Я ему сказал: подыши пока, потом отвыкнешь.

Я не сразу поняла. А когда поняла, отвернулась к окну, потому что почувствовала, что улыбаюсь, а улыбаться было нельзя.

– Смешно тебе, – сказал он с удовольствием.

– Нет.

– Ага. Не смешно ей.

Ливень догнал нас на сорок втором километре.

Сначала стало темно среди дня, потом ударило по крыше так, что мы оба вздрогнули, а потом дорогу залило целиком, и щетки не справлялись, и он сбросил до тридцати, а потом до нуля и съехал на обочину.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.