Лебэл Дан – Генеральный план (страница 3)
Дальше договорить мне не дали. Тело скрутила неимоверная боль, а мозг подвергся божественной атаке – попытке навязать подчинение воли. Секундная борьба, и все мои щиты Воли снесло, как карточный домик. Только вот дальше Юлмила не пошла, остановила свою атаку и продолжала молча смотреть на меня. Ей не нужна пустышка без проблеска сознания, её нужен правильный договор, иначе Мироздание не поймёт. Именно поэтому она лишь немного показала, кто тут есть кто, и на этом остановилась. Ну и я чтобы был посговорчивей, конечно же, да и за словами следил. Всё же не с дворовой девкой беседы веду.
– Все награды увеличиваем на одну ступень вверх, – немного придя в себя, выдохнул я. – К обязанностям Жрицы Хина приступит после двадцати одного года.
Голова богини Смерти немного склонилась набок, а в прорезях маски снова зажегся чёрный огонь. Вздохнув, приготовился к повторной экзекуции, но на этот раз пронесло.
– Учёбу Хина начнёт незамедлительно! – в голосе Юлмилы прорезался металл.
Тут я не смог удержаться и снова тяжело вздохнул, после чего попытался донести свою мысль до богини.
– Моя дочь будет учиться в обычной школе. В нашей, земной. И это не обсуждается вообще никак. Для формирования полноценной личности ребенку очень важно расти в среде таких же детей. Там вообще-то много чего еще намешано про нейронные связи, привычки и прочее. Но мы сейчас не про это. Наш земной год длится двенадцать месяцев – впрочем, как и ваш. Так вот, летом Хина будет учиться ровно один месяц. И по одной неделе весной, осенью и зимой. И это тоже не обсуждается.
– Это все твои условия? – чёрный огонь в прорезях маски потух окончательно. Из чего я сделал вывод, что богиня, как минимум, успокоилась.
– Нет, конечно, – пожал я плечами. – Награду я получаю прямо сейчас, а не потом – это первое, – начал я загибать пальцы, считая. – После наступления срока Хина сама решит, будет ли она возлагать на себя бремя Верховной Жрицы или нет, – загнул я еще один палец.
– Если по какой-то нелепой случайности такое произойдет, смертный, – в тоне богини явно прослеживались нотки морозного бешенства, – то я спрошу с тебя и с твоего клана полную цену с процентами, набежавшими к этому сроку.
Спросишь-спросишь, куда ты денешься. Только вот вряд ли я буду этого опасаться через двенадцать-то лет. Если моё развитие не тормознётся по неведомым причинам, то я тебя, Смертушка, голыми руками в бараний рог согну. И это не просто слова – это мой Путь, который я пройду до конца!
– Это ещё не все условия, – продолжил я, чем вызвал плеяду тёмных искр всё там же. – Я тут эксперимент один решил устроить, в ходе которого моё тело будет умирать очень быстро. Так вот, мне надо, чтобы ты не дала ему это сделать. И не просто не дать умереть, а чтобы на мне после не осталось ни одного дебаффа.
– Я богиня Смерти, а не Жизни, – отозвалась Юлмила, практически фыркнув.
– Именно, – с важностью кивнул я. – Кому как не тебе запретить кому-либо умирать?
Повисло недолгое молчание, всего-то секунд на пять, после чего богиня кивнула. Я улыбнулся и тоже кивнул, после чего мы ещё десять секунд просто смотрели друг другу в глаза. Вернее, Юлмила явно смотрела мне в глаза, а я в прорези маски.
– Почему ты не принимаешь условия задания? – первой не выдержала богиня.
– А как я его приму, если там всё ещё стоят неверные цифры моих наград? – развёл я руками. – Да и наши договорённости внести надо, чтобы, значит, всё правильно было.
То ли тихий рык, то ли гулкий стон был мне ответом. Но задание всё же изменилось.
Ещё одну масштабку я и не думал получить, конечно, но и так вроде как всё неплохо.
– Вот теперь практически порядок, – потёр я руки. – Как только ты меня откачаешь после моего эксперимента, так сразу и приму задание. Мне, чтобы начать, необходим доступ ко всем моим возможностям, – не особо тонко намекнул я, чтобы с меня сняли все дебаффы.
– Не здесь, – мотнула головой богиня.
Мир мигнул, и мы очутись в деревне, где нас встречала целая делегация. Вернее, не прямо нас и даже не совсем встречала, но так получилось, что все заинтересованные лица были здесь.
Мой клан в полном составе, немного потрёпанная Анна Аркадьевна, Хина, староста, сами жители деревни и даже Гурам, который мощной фигурой возвышался над головой старосты. И тут явно намечался скандал, потому как общий эмоциональный фон явно отдавал враждебностью. Говорила Ласка, причём очень громко и совершенно не стесняясь в выражениях. И если убрать нелитературную речь, то её монолог сводился к простому: отдайте Хину по-хорошему, иначе будет по-плохому. А староста явно отдавать мою дочь не хотел, потому как она сидела на мощных плечах Гурама. Только вот мнение Марии никто не спрашивал, а следовало бы. Доча явно наслаждалась всем происходящим и не испытывала никакого дискомфорта.
Ладно, пора прекращать этот балаган, пока до боевых действий не дошло.
Глава 2
– ААА-атставить разговорчики! – во всю мощь легких, да ещё усиливая звуковой эффект своей Энергией, гаркнул я. И Энергии на это дело я не пожалел, так что орал как движок истребителя на взлёте. – РРР-равнение на-ааа… средину!
Естественно, стало тихо. Ну как тихо… кто-то из деревенских сорвался с крыши, вздрогнув от резкого звука и оступившись, ещё кто-то очень громко испортил воздух. Но это так, мелочи. В основном все затихли и неверяще уставились на меня. Лишь один Гурам, тоненько заскулив, быстро скинул Хину на руки старосте и, виляя тазом, как вертолет пропеллером, принялся кататься на земле перед богиней Смерти, напрашиваясь на ласку.
– Госпожа! – опустился на колени Платан, аккуратно опуская на землю Хину.
А ещё через секунду на ногах остались лишь мой клан и Хина, что очень живо рассматривала полуметаллическую тётю. А нет, Анна Аркадьевна – та, что помесь дроу и вампира, – опустилась на одно колено.
– Подойди! – приказала Юлмила старосте.
Я же просто кивнул дочке, чтобы тоже подошла.
– Вот эта тётя, – кивнул я в сторону богини, – местная богиня Смерти, сечёшь?
Я намеренно применил сленг, чтобы Маша быстрее адаптировалась к обстановке. Сколько я её видел, вот столько раз они с сыном на нём и вели беседы, думая, что взрослые их совершенно не понимают.
– Крутая! – с восторгом в глазах отозвалась Маша. – Панки, хой! – неожиданно для всех выдала доча и показала богине «козу».
– Хой… – медленно ответила та, повернув голову ко мне и ища объяснений.
– Здоровается она так, – хмыкнул я. – Маш, ходить далеко не будем. Значит, слушай. Богиня Юлмила хочет, чтобы ты стала её Жрицей. Да погоди ты! – попытался остановить я ребенка, который изо всех сил захлопал в ладоши и запрыгал от радости. – Мы предварительно соглашаемся, но точный ответ ты ей дашь, когда тебе исполнится двадцать один год. Поняла?
– Ну, пап? – Маша очень серьёзно посмотрела на меня. – Я же тогда старуха уже буду. Какая из меня Жрица?
Слышали, как лошади фыркают? А сразу три одновременно и очень громко? Я вот только что слышал. Ласка, Хаграши и Лакрима – та, что Анна Аркадьевна – те самые три лошадки, чьё фырканье я только что услышал. Громкое и, я бы даже сказал, залихватское, если данное слово можно применить к фырканью.
– Нет, Мария, – я мгновенно сменил тон и перешёл в режим строгого отца, – двадцать один – это только начало расцвета девушки. И к тому же тебе никто не запрещает учиться этому ремеслу. Каждые каникулы будешь учиться ровно одну неделю, а на летних каникулах – так и вообще целый месяц.
По мере того как я говорил, в глазах дочери вспыхивали азарт и жажда новых знаний. Не знаю отчего, но Хина просто мечтала о новых заклинаниях. Мало того, она пыталась создавать свои собственные, отчего страдали все родственники. И зомбо-мыши, коты и собаки – это наименьшее из зол, преследовавших моих родственников.
– Кстати, а кто её будет учить? – повернулся я к богине.
– На первых этапах – он, – указательный палец в металлической перчатке указал на старосту деревни, и тот с готовностью поклонился, принимая волю своей Госпожи.
– Не возражаю. Тогда, если никто не против, перейдём к финалу нашего договора? – вопросительно изогнув бровь, посмотрел я на Юлмилу.
– Приступай, – величаво кивнула она, – обещаю, ты не умрёшь.
Большего мне и не надо было. Прекратил давно идущую переписку в клановом чате и приступил, собственно, к своему плану по спасению… Нет, совершенно точно не так. К плану по возвеличиванию меня любимого и моего клана.