Лайза Джуэлл – За век до встречи (страница 66)

И все же ей было совершенно необходимо с кем-нибудь поговорить!

Ведь сегодня случилось так много всего.

Сначала к Эйми зашла сама Изабель о’Делл, чтобы позаимствовать сервировочное блюдо.

Потом Бетти пила чай с няней знаменитых Тоддов и двумя их детьми – совершенно неуправляемыми, к слову сказать. Няня от них просто рыдала.

В ванной комнате она видела гипсовую отливку вагины Эйми.

В парке она играла в футбол с Донни и его маленьким приятелем Джексоном, который оказался сыном популярного киноактера Джонни Клайда.

И тут Бетти вспомнила о своем новом телефоне, который лежал у нее в сумочке. О новеньком сотовом телефоне, который Эйми вручила ей утром и даже разрешила совершать с него частные звонки – «в пределах разумного, моя дорогая». Взлетев по лестнице к дверям своей квартиры, Бетти ворвалась внутрь, молниеносно скрутила сигарету, налила себе чашку чая и устремилась на площадку пожарной лестницы. Здесь она закурила и некоторое время рассматривала черную коробочку телефона. Эйми вкратце объяснила ей, как пользоваться этим чудом современной техники, но сейчас Бетти никак не могла припомнить, какая кнопка для чего нужна. Наконец она разобралась, что к чему, и набрала номер Беллы.

– Угадай, откуда я тебе звоню! – сказала она, когда Белла взяла трубку.

– Из президентского номера в «Ритце»?

– Нет.

– Из «Нептуна»?

– Нет.

– Из чрева земли?

– Нет, я звоню тебе с улицы.

– Что?

– Да-да, я стою на пожарной лестнице и звоню тебе по своему новому мобильному телефону.

– Круто! – восхитилась подруга. – Только… Разве ты можешь позволить себе мобильник на те гроши, которые платят в «Вендиз»?

– Ах, Белла, здесь так много всего произошло! Ты мне не поверишь!..

К тому моменту, когда Бетти закончила свою повесть (начинавшуюся произнесенной небрежным тоном фразой: «Буквально на днях я разговорилась в одной местной забегаловке с самим Домом Джонсом…» и заканчивающуюся триумфальным: «…И завтра я поведу его детей в «Домик Белоснежки»!»), экран мобильника показывал больше тридцати минут разговора, оплачивать который предстояло Эйми Метц.

– Черт!.. – сказала Бетти. – Извини, но мне пора закругляться. Этот звонок обойдется мне фунтов в сто, не меньше!..

Что ответила Белла, она не услышала, потому что из окна дома напротив послышался громкий кашель. Бетти подняла голову и едва не подскочила от неожиданности, увидев Дома, который сидел на подоконнике и курил, с улыбкой наблюдая за ней.

– Говори-говори!.. – крикнул он ей, поднеся сложенные рупором ладони ко рту. – Я все оплачу́!

– А-а, это ты!.. – крикнула она в ответ. – И давно ты там сидишь?

– Давно.

– Но ведь я не сказала ничего, что запрещено договором!

– Так и быть, поверю, – поддразнил ее Дом и, выбросив окурок, засунул руки в карманы джинсов.

– С кем ты там разговариваешь? – спросила Белла.

– С ним!.. – прошипела Бетти. – С Домом.

– Ты разговариваешь с Домом Джонсом?! Прямо сейчас?!

– Ну да!..

– Потрясающе! А я – ты только представь! – сижу сейчас у себя на кухне, вычищаю из-под ногтей гусиное дерьмо и гадаю, не протух ли еще охотничий пирог, который я купила пять дней назад. Ты хорошо устроилась, Бет. Завидую.

– Тут нечему особо завидовать, – проговорила Бетти, но ее голосу недоставало убедительности. – Эта работа… в общем, в ней есть свои сложности.

– Че-пу-ха! И ты это прекрасно знаешь, дорогая моя Бетти.

– Ну, может быть, отчасти ты и права. – Она снова подняла голову и увидела, что Дом глядит на нее вопросительно. – Ладно, мне правда пора.

– О’кей, Бетти. Если тебя ждет сам Дом Джонс, то я, конечно, не должна тебя задерживать. Пока.

– Пока, Белл. Держись там.

Она выключила телефон и, облокотившись на ограждение, повернулась к Дому.

– Как дела?! – крикнула она.

– Башка трещит, – отозвался он. – Вчера слишком поздно лег.

– Я так и знала, что этим кончится.

– Слушай, кажется, вчера я вел себя как последняя свинья.

Бетти пожала плечами и слегка улыбнулась.

– Разве что совсем немножко.

– Слушай, не хочешь ко мне зайти? – предложил Дом. – У меня как раз цыпленок в духовке. И я совершенно трезв. – Он неуверенно улыбнулся, и Бетти почувствовала, как ее сердце тает. Сейчас Дом совершенно не напоминал того пьяного болвана, каким он был накануне вечером в «Ворчуне», да и есть ей хотелось, а жареный цыпленок по-домашнему выглядел очень соблазнительно. Ничего столь же вкусного и питательного она не ела уже месяца три.

– Хорошо, – кивнула Бетти. – Когда мне зайти?

– Сейчас, – ответил Дом. – Приходи прямо сейчас.

Когда Бетти вошла в прихожую, она сразу почувствовала дразнящий запах приготовленного по всем правилам цыпленка. А когда Дом наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, она заметила, что от самого Дома тоже пахнет очень приятно. Кончики его длинных волос были слегка влажными, и Бетти подумала, что он недавно принял душ. В гостиной работал телевизор – показывали сериал «Главный подозреваемый». Несмотря на то, что стояла середина лета и солнце только-только начинало клониться к закату, в комнатах было по-осеннему сумрачно из-за задернутых занавесок и наклеенной на стекло защитной пленки, и на мгновение Бетти показалось, что она попала в какую-то далекую северную страну – аскетичную и холодную. Во всяком случае, мысль о том, что за этими плотными занавесками по-прежнему царят солнечный свет, суета и шумный праздник раннего вечера в Сохо, казалась ей невероятной.

– Что будешь пить? Вино? Пиво? Бузинный сироп?

– А что есть?

– Сегодня вечером я собирался приналечь на сироп… ну, после вчерашнего, но тебя это не должно останавливать.

– Отлично. Я тоже выпью сиропа.

– Уверена?

Она кивнула. На самом деле Бетти всей душой хотелось выпить чего-нибудь покрепче, но разум твердил, что, когда завтра в шесть утра зазвонит будильник, она будет рада, что не последовала зову души.

– Слушай, – сказал Дом. – Я хотел бы перед тобой извиниться.

– За что?

– Вчера я вел себя неподобающим образом, и…

– Все нормально, Дом. Честное слово!

– Нет, не нормально, – убежденно возразил он. Дело в том… – Он замолчал и принялся свинчивать пробку с бутылки сиропа. – Дело в том, что, когда я выпью лишнего, я как будто возвращаюсь в прошлое и снова превращаюсь в безмозглого подростка.

– Ничего страшного, – заметила Бетти. – Мы все становимся немного другими, когда выпьем.

Дом покачал головой.

– Не совсем так. Некоторые люди в пьяном виде становятся лучше или, во всяком случае, выглядят лучше, чем они есть на самом деле. Такие люди кажутся нам веселее, счастливее, дружелюбнее, честнее, чем в своем обычном состоянии. Но есть и другие. Стоит им перебрать, и они становятся сентиментальными, слезливыми, инфантильными, склонными к самолюбованию… Совсем как я вчера.

– Ты забыл сказать – похотливыми и развратными, – добавила Бетти.

Дом страдальчески сморщился.

– Я… я действительно вел себя не по-джентльменски? – спросил он.

– А кто при прощании ущипнул меня за зад?