Лайза Джуэлл – Я наблюдаю за тобой (страница 45)
– Мне очень жаль. Я правда хотел как лучше.
– Ничего, папа.
– А еще из-за чего вы с мамой поругались?
Фредди взглянул на отца. Добрый и мягкий. Плюшевый мишка. Заботливый. Хороший человек. Не тот, кто брюхатит школьниц и вынуждает их кончать с собой, не тот, кто ночами душит жену и изменяет ей с блондинкой в красных замшевых сапогах.
– Ни из-за чего. Только из-за синдрома Аспергера. Она ужасно разозлилась, ударила меня и обозвала мелким говнюком.
Отец вздохнул.
– В последнее время твоя мама в очень странном расположении духа. Жаль, что ты подвернулся ей под горячую руку.
Фредди пожал плечами и взял с тарелки последний кусочек тоста.
– Ничего страшного, бывает.
Папа улыбнулся. Фредди улыбнулся в ответ. Однако в голове крутился незаданный вопрос: «Что на самом деле случилось с Женевьевой Харт?»
– 58 –
Джоуи весело попрощалась с Дон и вышла с работы. Сердце подпрыгивало и трепетало под дешевым кружевом нового бюстгальтера. Наступил вечер пятницы, предстояло свидание с Томом. Джоуи волновалась до тошноты.
Том заказал номер в поразительно красивом отеле в гавани. Джоуи не ожидала, что «Бристоль харбор» будет таким фешенебельным. Она думала, их встреча пройдет в «Новотеле» или в «Холидэй Инн»: там удобные номера с модерновой обстановкой – самое то для свидания на одну ночь. Тем не менее Том выбрал бутиковый гранд-отель: высокие потолки, арочные окна, сине-зеленый бархат, бронзовые светильники, ароматизированные свечи. Номер для молодоженов.
– У меня бронь на имя мистера Дарвина, – обратилась Джоуи к девушке на ресепшен.
– Да, вижу, – подтвердила та, сверившись с компьютером. – На одну ночь?
– Да-да, на одну ночь.
Джоуи вручила администратору банковскую карту. Том заверил, что вернет ей деньги наличными: так удобнее для всех.
Из окна номера на втором этаже открывался вид на вечерний город. Позолоченное изголовье огромной кровати было обтянуто бархатом, рядом стояло красное бархатное кресло с бирюзовыми подушками. Роскошный номер!.. Джоуи сняла сапоги; ноги утонули в мягком ковре.
Альфи прислал очередную эсэмэску: «Ты уже едешь домой?»
«Нет, – ответила Джоуи. – Пройдусь по магазинам».
«Хочешь купить продукты?»
«Нет, одежду».
«Надолго?»
«Не знаю, как пойдет».
«Напиши, когда будешь возвращаться».
«Хорошо».
«Люблю тебя».
Джоуи не смогла принудить себя к ответному признанию, поэтому отправила эмодзи в виде сердечка и выключила телефон.
Том сказал, что уйдет с работы, как только сможет, и напишет ей по дороге в отель. Уже семь двадцать. Джоуи заглянула в мини-бар, потом увидела прайс-лист и решила ничего не брать. Она зашла в ванную, положила зубную щетку и пасту на мраморную столешницу. Взглянула на себя в зеркало: неплохо, неплохо. Платье, купленное вчера в паническом угаре шопинга, смотрится очень удачно. С кожей все в порядке. Волосы лежат нормально. Джоуи подкрасила губы помадой и уселась на кровати.
И тут у нее сдали нервы. К животу подкатили тошнотворные волны неуверенности и страха.
Внезапно Джоуи стало ясно: боль внутри, огонь страсти, испепеляющий ее сердце последние три месяца, – не всерьез, не навсегда. Просто царапина, которая должна зажить, такая же незначительная, как и все прочие. Жизнь – гораздо больше, чем бесконечное заживление царапин.
Джоуи взглянула на часы: почти половина восьмого. Она положила руку себе на живот, ожидая почувствовать горячее, пульсирующее напряжение, уже много недель не дающее покоя. Однако все исчезло, будто испарилось.
И тут раздался негромкий стук в дверь.
– 59 –
Фредди увидел ее сразу же, как вошел. На ней было его платье.
– Ты надела мое платье, – сказал он.
Ромола странно взглянула на него.
– Это не твое платье, а мое. Ты мне его подарил.
– Верно. Ты в нем очень красивая.
– Спасибо. Ты тоже круто выглядишь.
Фредди окинул взглядом свой черный костюм, красный галстук и лакированные ботинки.
– Я так и не понял, хочешь ты, чтобы я стал твоим парнем, или нет, но все равно пришел.
Ромола улыбнулась.
– Здорово. Я никак не могла решиться, все думала, что сказать, ведь ты ждал ответа. Мама предложила мне положиться на судьбу. Так я и сделала.
– Положилась на судьбу?
– Ну да. Она сказала: иди на бал, и если он придет, тогда и решишь.
– И ты решила?
Ромола оглядела его и улыбнулась.
– Да, только что, – ответила она. – Будь моим парнем.
– 60 –
Том смущенно постоял в дверях, вошел в номер и утомленно рухнул на кровать рядом с Джоуи.
– Уф-ф, я с ног валюсь.
Не зная, что ответить, Джоуи взяла со стола меню и протянула ему.
– Может, коктейль или вина?
Том покачал головой.
– Нет-нет, я за рулем. Мне нельзя.
– Да, нельзя… – согласилась Джоуи.
– А ты закажи себе. Я прошу.
– Что-то ничего не хочется.
И вдруг, без предупреждения, Том наклонился к ней и поцеловал в губы. Джоуи отшатнулась.
– Том, я… – Она толком не знала, что сказать. Например: «Давай как-нибудь позднее, раз ты устал». Или: «Лучше просто поговорим». Но, прежде чем она успела вымолвить хоть слово, он снова приник к ней поцелуем. Джоуи постаралась расслабиться. Умом она понимала – это то, чего ей так хотелось. Да, у нее были сомнения, и у него тоже, но возможно, если они продолжат целоваться, между ними наконец проскочит искра.
Они целовались несколько минут, однако тело Джоуи отказывалось внимать доводам разума. Поцелуй ей не понравился: неуклюжий и кислый. Том пришел с работы, после чая, кофе и обеда, даже не почистив зубы. Джоуи снова попыталась убедить себя, что это именно то, чего она добивалась. Она придвинулась к Тому ближе, прижалась к нему грудью, вытащила рубашку из брюк, положила ладони на обнаженную спину. Она вспомнила, как увидела его из окна автобуса и заметила оголившуюся полоску кожи под задравшимся свитером. Это воспоминание распалило ее настолько, что она расстегнула ему рубашку, однако Том внезапно отстранился.
– Что с тобой? – спросила Джоуи и осеклась, увидев отметины на его теле. Царапины, синяки, укусы. Настоящие следы зубов. – О господи… Что это?