Лайза Джуэлл – И тогда она исчезла (страница 22)

– Возможно, так и есть.

23

На следующее утро Лорел заставляет себя выбраться из кровати Флойда в восемь часов. Он стонет и поворачивается, чтобы взглянуть на прикроватный будильник.

– Возвращайся, – ворчит он, бросая руку через кровать. – Сегодня выходной. Слишком рано!

– Мне нужно домой.

Лорел берет Флойда за руку, лежащую на мятых простынях.

– Не-а, не нужно.

Она смеется.

– Нужно! Помнишь, я говорила тебе, что сегодня иду на обед к моим друзьям?

Он симулирует поражение и откидывается на подушку.

– Используешь меня для секса, а затем запросто бросаешь меня, чтобы узнать, не все ли мне равно.

– Можно, я вернусь позже? Конечно, если сможешь найти для меня место в своем сердце после моего предательства.

Он простирает свое бледное обнаженное тело через кровать и хватает Лорел за руки. Подтягивает их к своим губам и целует по очереди все суставы ее пальчиков.

– Я бы очень-очень хотел, чтобы ты вернулась. Знаешь, – признается он, проводя ее руками по мягкой щетине на своих щеках, – я уже подобрался к тому моменту, когда говорят не могу жить без тебя. Правда-правда, я совсем близок к этому. Скажи честно, я жалок?

Его заявление одновременно и удивительно, и абсолютно предсказуемо. Но все равно Лорел не может осмыслить его достаточно быстро. Наступает короткая, но заметная тишина.

– О, боже! – восклицает он. – Я все испортил? Нарушил какое-то важное правило о свиданиях, о котором не знал?

– Да нет. – Лорел, в свою очередь, подносит его руки к своим губам и очень крепко целует их. – Просто я сама вроде как циник. Когда доходит до сердечных дел, должна признаться, у меня есть чувства, но я никогда не говорю о них. Или сначала они есть, а потом их нет. Я…

– Заноза в заднице?

– В точку. – Она улыбается с облегчением. – Именно так. Но если это имеет значение, то считай, что у тебя есть абсолютное разрешение не хотеть жить без меня. С этим у меня вообще нет проблем.

– Тогда я, наверное, просто буду терпеливо ждать твоего возвращения и надеяться, что к тому времени, когда ты вернешься, ты тоже не сможешь жить без меня.

Лорел смеется и высвобождает руки.

– Видишь, – вздыхая, говорит он, – ты отняла руки. Неужели нам это суждено навсегда? Будешь отнимать руки? Закрывать дверь, не оглядываясь назад? Первой класть трубку телефона? Первой уходить? За тобой всегда будет последнее слово? А я всегда буду плестись позади?

– Возможно, – она улыбается. – Я почти уверена, что так и будет.

– Я буду брать то, что смогу получить. – Флойд откатывается назад к своей стороне кровати и натягивает на себя пуховое одеяло. – Так и сделаю.

Лорел спускается по лестнице. Внизу тишина. Повсюду пятна лучей – бассейны утреннего солнца. Лорел приоткрывает кухонную дверь и всовывает голову – Поппи нет. Лорел входит в кухню, цепляясь вчерашними колготками за щероховатости нагретого солнцем пола. Включает чайник. За окном видит кошку, сидящую на садовой стене. Кошка, в свою очередь, наблюдает за Лорел. На столе хлеб, половина белого городского батона. Лорел отрезает тонкий ломтик и ищет в холодильнике масло. Внутри доказательства той жизни, которой Флойд и Поппи живут в отсутствие Лорел: недоеденные остатки; контейнеры из фольги с едой навынос; открытые пакеты с ветчиной и сыром; баночки с паштетом и йогуртом.

Лорел берет масло и толстым слоем мажет на хлеб. Потом готовит себе чай, наливает в кружку, несет хлеб и чай к столу у окна, садится и в одиночестве обдумывает заявление Флойда. Она наполовину ожидала этого – и даже хотела. Но теперь, когда услышала, то волнуется, обдумывая каждое сказанное им слово. Снова и снова.

Почему, думает Лорел, он хочет меня? Что он увидел, когда вошел в то кафе почти месяц тому назад? Что во мне так могло ему понравиться? И почему он не может жить без меня? Что это означает, в конце-то концов? Когда ее дети были маленькими, то иногда говорили:

– Что бы ты сделала, если бы кто-то из нас умер?

И она отвечала:

– Я бы тоже умерла, потому что не смогла бы жить без вас.

А потом ее дочь умерла, и Лорел обнаружила, что почему-то может жить без нее. Может просыпаться каждое утро в течение ста дней, тысячи дней, трех тысяч дней – и жить без дочери.

Вероятно, говоря я не могу жить без тебя, Флойд имел в виду, что его жизнь не имела бы никакого смысла без Лорел. Если так, Лорел – возможно, всего лишь возможно! – чувствует то же самое. Пол никогда не делал таких заявлений. Простое я люблю тебя выражало всю глубину его чувств. Однако она заставила его ждать несколько месяцев, прежде чем ответила взаимностью.

Лорел смахивает крошки с тарелки в мусорное ведро, ставит кружку в раковину, берет сумочку и пальто. В прихожей находит свои туфли на высоких каблуках. Надевая их, жалеет, что не подумала захватить на низких. Уже выйдя из дома, вспоминает о сумке с подарками ко дню рождения, преспокойненько лежащей в кухне: книга от Пола, ожерелье от Джейка и Блю, любимые духи от Ханны. Когда Лорел, забрав сумку, возвращается в прихожую, то за входной дверью видит фигуру. Затем лязгает металлическая крышка щели для писем – толстая пачка падает на коврик у двери. Лорел поднимает ее и кладет на пристенный столик.

Оказавшееся на самом верху письмо привлекает ее взгляд, когда она уже начинает поворачиваться, чтобы выйти из квартиры. На вид официальное. Вероятно, что-то связанное с финансами – толстый белый конверт формата A4.

Адресовано мисс Ноэль Доннелли.

Имя кажется знакомым.

На мгновение Лорел становится интересно: почему почта, адресованная совершенно постороннему человеку, доставлена сюда. Потом приходит догадка – скорее всего, Ноэль Доннелли и есть мама Поппи.

В садике перед домом Лорел смотрит вверх и видит Флойда в окне спальни. Уголки его губ опущены, и Флойд выглядит печальным. Он прижимает руки к стеклу. Лорел улыбается и весело машет. На лице Флойда появляется радость, и в ответ он посылает воздушный поцелуй. Затем рисует сердечко на запотевшем от его дыхания оконном стекле.

Пол прав, думает Лорел. Она это заслужила. Просто нужно разобраться, как самой поверить в такое.

У Джеки и Бель тоже есть подарки для Лорел. Близнецы вручают ей коробку самодельных шоколадных трюфелей. Одни из них совсем как настоящие, другие похуже. Джеки и Бель дарят Лорел подарочные купоны косметического салона в Хэдли Вуд[33]. А еще испекли потрясающий торт ко дню рождения. Это бисквит королевы Виктории, любимый десерт Лорел. Она задувает свечи и улыбается мальчикам, поющим С днем рожденья тебя!

Лорел выпивает бокал шампанского и начинает рассказывать о предыдущем вечере. И Джеки, и Бель сгорают от любопытства. Они отмечают, что Лорел вся светится, волосы сияют, глаза искрятся, и еще никогда она не выглядела лучше. Они хотят на следующей неделе пригласить на обед Лорел вместе с Флойдом, а может, и с Поппи, объясняя, что не могут дождаться, когда же смогут познакомиться с мужчиной, возвратившим свет в мир их подруги.

Все время Лорел думает, что это и похоже на обычную субботу, проведенную у Джеки и Бель, и не похоже. Впервые за долгие годы Лорел чувствует, что вне ее тела есть некая энергия. Лорел владеет ей, но не может управлять. Эта энергия призывает Лорел и тянет к себе. Поэтому вместо того, чтобы после чая и торта засидеться, как обычно, с давними подругами, Лорел в пять часов вдруг хватает сумочку, благодарит Джеки, Бель и близнецов, затем прощается. В прихожей подруги крепко жмут руку Лорел. У всех троих появляется ощущение, что жизнь изменилась. Нечто подобное они чувствовали много лет назад, когда Джеки и Бель сказали Лорел, что стали парой. Когда исчезла Элли. Когда родились близнецы. Когда Пол ушел от Лорел. И вот еще один поворот судьбы – отныне у Лорел уже не будет такого, как прежде, непреодолимого желания приезжать сюда по субботам.

Она забирается в свою машину и мчится так быстро, как только можно, обратно к дому Флойда.

Письмо все еще на столике, но кто-то перечеркнул адрес и написал «Вернуть отправителю / Адресат выбыл».

Лорел не может отвести глаз от имени.

Ноэль Доннелли. Ноэль Доннелли.

Почему имя кажется таким знакомым?

– Как прошел обед? – спрашивает Флойд.

– Прекрасно, – отвечает Лорел, – по-настоящему чудесно. Посмотри, – она показывает коробку самодельных трюфелей, – мальчики сделали их специально для меня. Разве не мило? И мы с тобой как пара приглашены на обед в следующие выходные. Если, конечно, захочешь пойти.

– С удовольствием пойду, – кивает он, вешая пальто Лорел, а затем шарф.

Поппи мчится вниз и обнимает Лорел.

– О! Вот и хорошо! Вот и славно! – радуется Лорел.

– Я скучала по тебе сегодня утром, – говорит Поппи. – Мне хотелось увидеть тебя.

– Извини, – Лорел опускает голову. – Я должна была рано умчаться домой, чтобы успеть подготовиться к обеду.

На кухне Флойд открывает бутылку вина, наливает Лорел большой бокал и ставит его на кухонную стойку.

– Вот что интересно, – рассеянно произносит Лорел, качаясь на табурете. – Мне кажется, я знала кое-кого, кто раньше жил в этом доме.

Флойд ставит бутылку с вином в холодильник и поворачивается, поднимая бровь.

– Правда?

– Да. На столике лежит письмо. Для Ноэль Доннелли. Никак не могу вспомнить, откуда я знаю это имя, но я его точно знаю. Вот я и подумала… На мгновение я подумала, что, возможно, это мама Поппи.