Лайза Дженова – С любовью, Энтони (страница 44)
— Как продвигается твоя книга? — спрашивает наконец Джимми, все так же глядя на поле.
— Неплохо. Продвигается помаленьку, — отзывается Бет, как и он, не отводя глаз от игры, но не потому, что боится пропустить острый момент.
— Здорово. Очень здорово, что ты снова начала писать. Я тобой горжусь.
— Спасибо, — отзывается Бет, неожиданно чувствуя себя польщенной.
Она поворачивается и смотрит на него. Теперь он тоже смотрит на нее, а не на игру и улыбается.
— Я с удовольствием бы ее прочитал.
Ее лицо заливается краской, и она принимается рассматривать носки своих черных туфель. Она изливает в своей книге всю душу и сердце, вплетая в эту историю все, что она знает, чувствует и во что верит. Внезапный интерес, который Джимми по собственной инициативе проявил к ее книге, к ней самой, ее радует. Но мысль о том, чтобы позволить Джимми заглянуть в ее сердце и душу, открыться ему так глубоко и безгранично, задевает какую-то болезненную струнку у нее внутри, которую она пока не готова трогать. Доверие.
Она вскидывает на него глаза и робко улыбается в ответ, прежде чем заставить себя снова переключиться на бегающих по полю девочек.
Когда игра подходит к концу, Джимми забирает Джессику, а Бет едет прямиком в библиотеку. Она поднимается на второй этаж и заглядывает в читальный зал. Эдди Антико и Памелы Винсент там нет. Никто не читает «Моби Дика», и ее кресло свободно. Она улыбается и устраивается за столом.
Ночью ей снилась ее книга, и, когда она проснулась, следующая глава, уже полностью оформившаяся у нее в голове во всех мельчайших подробностях, ждала ее на блюдечке с голубой каемочкой. Бет обрадовалась, но потом начала все сильнее и сильнее переживать, что она существует только в ее голове и в любую минуту может испариться, если как можно скорее не перенести ее на бумагу. Она открывает свою тетрадь, снимает колпачок с ручки и пишет так быстро, как только может, спеша выпустить слова на волю, пока они не улетучились.
Мое одно имя — Энтони. Когда я был маленьким мальчиком, я думал, что у меня два имени: Энтони и ТЫ.
Мои мама и папа говорили мне такие слова:
«Энтони, подойди сюда».
«ТЫ хочешь пойти погулять?»
«ТЫ хочешь сок?»
«Энтони, держи свой сок».
«ТЫ можешь сказать: ГРУЗОВИК?»
«Энтони, скажи: ГРУЗОВИК».
«Энтони, надень кроссовки».
«Давай теперь ТЫ».
«ТЫ можешь это сделать».
«Энтони, сделай это».
Несложно понять, почему я путался. Эти другие слова — ТЫ, Я, МЕНЯ, МЫ, ВЫ, ОН, ОНА — я до сих пор иногда в них путаюсь, но теперь я уже почти с ними разобрался, хотя они мне и не нравятся. Эти другие слова зависят от ситуации, а я не люблю вещи, которые зависят от ситуации.
Поэтому мне и нравятся числа. 6 + 3 = 9. Всегда. 6 + 3 Принглз, или 6 + 3 пончика, или 6 + 3 камешка в линии, или 6 + 3 серебристых минивэна на парковке. Ответ: 9. Всегда.
А ТЫ может означать Энтони, или мою маму, или моего папу, или вообще кого-то незнакомого на парковке.
Как ТЫ поживаешь?
ТЫ — это моя мама, если это говорит мой папа, когда рядом есть мама, но ТЫ — это Дэниел, если говорит моя мама, и есть еще Дэниел, но если есть сразу Дэниел и мой папа, тогда ТЫ может значить моего папу или Дэниела. Поэтому хозяин слова ТЫ зависит о того, кто говорит и кому он это говорит. Как я уже сказал, ТЫ зависит от ситуации. ТЫ подчиняется Правилу ситуации, а я не люблю такие правила. Я люблю Всегдашние правила, которые всегда остаются правилами, и не важно, где ты и кто говорит.
Всегдашние правила лучше всего, потому что они всегда строятся на такой штуке — причине и следствии, и от этого мне становится хорошо и спокойно. Раньше я думал, что выключатели — это Всегдашнее правило. Если я нажимал на выключатель снизу, свет загорался. Если я нажимал на выключатель сверху, свет выключался. Каждый раз. Всегда.
А потом выключатели превратились в Правило ситуации. Прошлой зимой случился очень большой шторм и
Так что оказалось, что выключатели — это не Всегдашнее правило, а Правило ситуации. Если нажать на выключатель снизу, свет загорится, но только если электричество не испортилось от большого шторма. Выключатели зависят от погоды. После того большого шторма прошлой зимой я перестал любить выключатели.
Глаза — это тоже Правило ситуации. Глаза могут быть счастливыми, сердитыми, заинтересованными или грустными, они могут быть бодрствующими или спящими, оживленными или усталыми, они могут пристально смотреть на тебя или в другую сторону. Иногда они даже плачут. Глаза всегда немного разные, в зависимости от ситуации. Иногда, когда мы с мамой едем в магазин, у нее оживленные глаза, а иногда в магазине они усталые. И в церкви иногда у нее глаза счастливые, а иногда они в церкви плачут. Так что даже в одинаковой ситуации я никогда не знаю, что будут делать глаза. Поэтому я глаза и не люблю.
Такие вещи, как Правило ситуации, как ТЫ, выключатели и глаза, плохие, потому что им нельзя доверять. С ТЫ, выключателями и глазами я никогда не могу знать наверняка, что будет дальше, а это значит, что может случиться ВСЕ, ЧТО УГОДНО, а это слишком много. Я могу оказаться в коридорах в своем мозгу и не буду знать, в какую комнату мне идти, мне будет страшно и непонятно. Когда мне приходится иметь дело с Правилом ситуации, обычно я в конечном итоге забиваюсь в угол в Комнате ужаса.
Поэтому я избегаю Правил ситуации, таких как глаза и выключатели. Но других слов, как ТЫ, избежать не получается. Они везде, поэтому мне пришлось научиться мириться с другим словом ТЫ.
Но вообще мне нравятся только Всегдашние правила. Мне нравятся причина и следствие. Что-то происходит в результате чего-то, и я знаю, что сейчас произойдет, до того, как это происходит, потому что это происходит всегда. От этого мне становится хорошо.
А с Правилом ситуации случиться может все, что угодно, и от этого мне становится страшно. От этого я кричу и плачу.
У меня такая штука — АУТИЗМ. Мои мама и папа не понимают причину моего аутизма, и от этого им страшно. От этого они кричат и плачут. Наверное, им тоже нравятся причина и следствие и Всегдашние правила, прямо как мне.
Если ты мальчик, это не значит, что у тебя должен быть аутизм, потому что у большинства мальчиков нет аутизма, а у некоторых девочек — есть. Если тебе делают прививки, это не значит, что у тебя должен быть аутизм, потому что многим девочкам и мальчикам делают прививки, но у них нет аутизма. Значит, аутизм должен подчиняться Правилу ситуации. Аутизм — не как математика. Аутизм — как ТЫ и зависит от ситуации. Поэтому я избегаю думать про аутизм, потому что не люблю Правила ситуации.
Я считаю плитки на полу в кухне. 180. На полу в кухне всегда 180 плиток. Всегда.
От всегда мне становится хорошо.
От всегда я чувствую себя в безопасности.
Всегда.
Глава 28
Оливия сидит в кресле в гостиной с одним из своих дневников в руках и смотрит в окно на деревья во дворе. Они ей не нравятся. Это низкорослые сосны и дубы. Они какие-то слишком тонкие и мелкие и кажутся чахлыми и заморенными. Но здесь все деревья такие. Вот во дворе ее бывшего дома в Хингеме уж деревья так деревья: исполинские вековые дубы со стволами, за которыми без труда можно спрятаться, и кронами, которые заслоняют небо. В это время года их листва окрашивается золотом и багрянцем, и от этого зрелища захватывает дух. Оливия вздыхает, глядя на ржаво-бурые листья карликовых дубов за окном и скучая по осени в Хингеме.