Лайя Лопес – Сущность северного сияния (страница 28)

– Вы приехали на полевые работы или навсегда? – удивленно спросила она.

Щеки Кибиби запылали. Женщина просто взяла ее чемодан и одним плавным движением погрузила его на животное рядом с собой. Это был белый лось, очень распространенный в Артии и других северных королевствах, но Кибиби, жившая в одной из самых южных точек Тайки, видела его только в отражениях и книгах.

– Не против поехать верхом вдвоем, или вы предпочитаете кататься в одиночку?

Кибиби отчаянно замотала головой, и женщина с милой улыбкой помогла ей подняться и жестом предложила поставить перед собой портфель. Кибиби поняла, что Уки сознательно не притрагивалась к нему. Конечно, непокорная знала важность ведьминой сумки.

– С вашего разрешения, – наконец сказала она, прежде чем села позади Кибиби и повела животное, не касаясь поводьев.

– Не обязательно говорить со мной на «вы». Я всего лишь ученица, – заметила Кибиби, ощущая неловкость от почтительности женщины.

Уки не ответила.

Лось прошел мимо домиков, которые Кибиби видела с пристани, и свернул на узкую тропинку из темного камня. Кибиби тяжело сглотнула.

– Клан очень далеко?

– Четыре часа, если животное такое хорошее, как этот лось, – ответила женщина.

– Так далеко?

Кибиби услышала смешок позади себя.

– Территории непокорных обычно не находятся рядом с великими портами, королевская ведьма Фураха.

Она повернула голову, услышав, как Уки ее назвала.

– Откуда вы знаете, что я королевская ведьма?

– Мне сын рассказал. Он в вашем шабаше.

Рот Кибиби открылся так широко, что в него поместилось бы три отвратительных лунных пирога, которые так любила Кат.

– Вы мать Шина?

Женщина гордо улыбнулась.

Путешествие было долгим, но гораздо более терпимым, чем ее последняя поездка. Молчание Уки ее не тяготило и даже успокаивало. Кибиби любовалась окружающим пейзажем. Он оказался гораздо зеленее, чем она ожидала. Конечно, почти все было занесено снегом. Казалось, что чистота Воды прошла через это царство с кистью в руке, припорашивая все белым цветом. Забавно, но Кибиби могла немного видеть Шина. В кронах деревьев, в вершинах, теряющихся в облаках, во льду в замерзших озерах.

– Источник во благо, источник во зло, – сказала Уки.

– Что?

– Мы так говорим, когда возвращаемся домой.

Кибиби наблюдала, как она протянула вперед одну руку, указывая на что-то вдалеке.

Первое, что появилось, была стена из чистого льда. Каждый камень сиял голубоватым цветом, что являлось безоговорочным признаком их магического происхождения. С одной стороны мчалось целое стадо белых лосей, они были свободны и счастливы бежать среди травы, росшей вдоль ледяной стены.

Они приближались, пока не оказались на расстоянии нескольких метров, и тогда Уки спрыгнула. Кибиби не двигалась, не зная, что делать, пока непокорная не протянула ей руку, не помогла спуститься и молча не позаботилась о ее чемодане.

Кибиби последовала за Уки через большие темные деревянные ворота. Перейдя стену, Кибиби ожидала, что все будет похоже на внешнее укрепление, но увидела гораздо больше, чем синее и белое. Не все было льдом. Там были деревья и много маленьких домиков. Все они были круглыми, деревянными, с красивыми остроконечными крышами, построенными с помощью чистой энергии Воды. Как и стена. В центре клана находилась площадь, увенчанная огромным костром. И посреди всего этого, не подозревая о тлеющих углях, которые, вероятно, горели там каждую ночь, стояла ледяная статуя Птицы Дождя, хотя ее черты и сильно отличались от скульптуры в ВАМИС.

Кибиби задумалась, какая из статуй была ближе к настоящему существу.

– Я отведу вас в дом, чтобы вы отдохнули, – сказала ей Уки.

Они пересекли маленький городок. Уки указывала на каждую маленькую конструкцию, гордо объясняя, что это такое. Они подошли к другому концу стены, где стоял небольшой домик. Он был такой же, как и все остальные, из дерева и льда, но Кибиби он показался очень уютным.

Уки открыла дверь и пригласила ее войти.

– Здесь мы обычно приветствуем чужестранцев, – отметила она.

– Таких много? – спросила Кибиби.

Непокорная пожала плечами.

– Волшебников – нет. Обычно это какой-нибудь ученик или эрудит, приехавший ради исследования. Чаще всего с проверкой приезжают офицеры Артии или ЦеРИМа.

Ее тон был спокойным, каким мог быть тон Шина, но Кибиби почувствовала недовольство.

– Чаще бывают другие непокорные, – продолжила она, как ни в чем не бывало. – Иногда они проходят здесь, когда совершают паломничество и хотят изучить наше искусство, – Кибиби нахмурилась. – Южные кланы Воды не привыкли осваивать Воду в ее ледяной форме и часто приходят учиться.

– И вы ходите в другие кланы, чтобы изучать их искусства? – она старалась быть осторожной в своих словах, чтобы не сказать ничего обидного.

Уки кивнула.

– Как вы, должно быть, знаете… – она приподняла бровь. – Непокорные совершают паломничество, чтобы доказать, что они достигли зрелости. Одна из вещей, которую должен освоить взрослый, – это использование чистоты.

– Шин уже сделал это?

Женщина моргнула.

– Конечно, он уже давно взрослый.

Кибиби сглотнула. Шин выглядел не намного старше нее, но теперь оказался полноценным мужчиной?

– Сколько ему лет? – Кибиби услышала свой вопрос и тут же прикрыла рот рукой, совершенно сконфузившись.

Уки даже не моргнула.

– Шин совершил свое паломничество в пятнадцать лет, как это принято в нашем клане, сейчас ему девятнадцать.

Девятнадцать. Кибиби снова сглотнула, сама не зная почему.

– Хотите его увидеть? – затем спросила Уки.

– Я…

Женщина улыбнулась.

– Вам придется подождать пару дней. Сейчас он в отъезде, работает.

Тишина, последовавшая за этим комментарием, была вечной. Но Кибиби не знала, что сказать. Наконец Уки сжалилась над ней.

– Я дам вам отдохнуть. У вас должно быть все необходимое. Завтра утром уже сможете приступить к полевым работам.

Кибиби могла только кивнуть.

За те два дня, что она провела здесь, Кибиби обнаружила, что клан похож на миниатюрное королевство. Вещи назывались по-другому, но здесь был учебный зал для самых маленьких, дом престарелых для тех, кто был нездоров, и командный центр.

Учительница Малана ей очень помогла с подготовкой полевого блокнота, и Кибиби уже заполнила больше половины. Непокорные клана, казалось, были готовы ответить на все ее вопросы, а за Кибиби повсюду следовала толпа маленьких детей, желавших увидеть ее «странную магию». По просьбе Уки она проводила пару часов в день, обучая их языку карри. У непокорных, как и у жителей каждого королевства, был свой язык, но карри был общим для всех. Кибиби узнала, что многих непокорных раздражала необходимость изучать его только для того, чтобы общаться с волшебниками. На самом деле было очевидно, что их раздражало все, связанное с прирученной магией. Раньше говорили, что непокорные живут совершенно независимо, но Кибиби обнаружила, что это не совсем так.

– Учительница Биби, – спросил один из детей, – как сказать «это кушать нехороший»?

Кибиби улыбнулась, услышав такое сокращение. В первый день одна девочка допустила ошибку, произнося ее имя, а остальные подхватили и стали использовать «Биби» как прозвище. Они находились в маленькой комнате с белыми стенами, пушистыми мехами на полу и дюжиной детей, сидевших, скрестив ноги и задрав головы, с глазами, полными эмоций. Кибиби применила заклинание понимания, чтобы понять язык клана, но дети, казалось, были в восторге от того, что говорили на языке ведьм.

– Эта еда действительно тошнотворна, – сказал голос из дверного проема.

Они все обернулись, и сердце Кибиби пропустило удар.

– Шин! – завопили дети в один голос и бесцеремонно бросились на непокорного, который чуть не упал от наплыва малышей.

– Учительница Биби – ведьма, – объяснил один мальчик, отпуская шею Шина.

Шин посмотрел на нее, с ухмылкой приподняв бровь.

– Неужели? – сказал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на мальчика. – И она могущественная ведьма?