Лаймен Фрэнк Баум – Морские феи (страница 5)

В центре помещения помост из перламутра, и на нем диван, усаженный бриллиантами, рубинами, изумрудами и жемчугом, на котором сидела царица Акварина, такая красивая, что Трот смотрела на нее, словно зачарованная, а капитан Билл снял свою морскую шапку и зажал ее в руке.

По всему залу были расставлены перламутровые кушетки, не такие высокие, как у царицы, и на всех полулежали прекрасные русалки. Трот поняла, что они не могут сидеть, как мы, из-за своих хвостов, но на кушетках они возлежали очень изящно, и их платья были уложены прозрачными складками.

Когда Клия и Мерла вели гостей по залу, русалки со всех сторон улыбались им: они были слишком вежливы, чтобы с любопытством разглядывать незнакомцев. Когда все остановились перед троном, то царица, опираясь на локоть, подняла голову и посмотрела на них.

– Добро пожаловать, Мейр, – сказала она, – И добро пожаловать, капитан Билл. Надеюсь, вам понравилось то, что вы видели под поверхностью моря.

– Очень понравилось, – ответила Трот, восхищенно глядя на прекрасное лицо царицы.

– Все очень интересно и очень необычно, – медленно сказал моряк. – Я не знал, что вы, русалки, так выглядите.

– Позволь объяснить, – ответила царица. – Именно желание исправить ваши неверные представления о нас побудили меня пригласить вас в гости. Обычно мы не обращаем внимания на жителей суши, нас удовлетворяет наш мир. Но когда принцесса Клия случайно услышала ваши абсурдные заявления, это нас очень позабавило, и мы решили позволить вам своими глазами увидеть, каково все на самом деле.

– Я рад, что вы это сделали, – ответил капитан Билл, смущенно опуская глаза: он вспомнил свои описания русалок.

– Теперь, когда вы здесь, – сердечным дружеским тоном продолжала царица, – вы можете провести с нами несколько дней и увидеть чудеса океана.

– Я очень благодарная вам, мэм, – сказала Трот, – и я бы с радостью осталась надолго, но моя мама будет ужасно тревожиться, если мы не вернемся вовремя.

– Об этом я позабочусь, – с улыбкой сказала Акварина.

– Как? – спросила девочка.

– Я заставлю ее забыть о времени, и она не будет сознавать, как долго вас не было. Она не будет волноваться.

– Вы можете это сделать? – спросила Трот.

– Легко. Я погружу твою мать в глубокий сон, который будет продолжаться, пока ты не будешь готова вернуться домой. Сейчас она сидит в кресле у окна и вяжет. – Царица подняла руку и помахала ею. Потом сказала: – Теперь твоя мама уснула, маленькая Мейр, и я посылаю ей приятные сны.

– А если кто-нибудь ограбит дом, пока она спит? – с тревогой спросила девочка.

– Нет, дорогая. Мое волшебство защитит дом от любого вторжения.

– Это замечательно! – радостно воскликнула девочка.

– Это удивительно, – сказал капитан Билл. – Я бы хотел, чтобы это было правдой. Когда мама Трот волнуется, у нее очень острый язык.

– Можешь посмотреть сам, – сказала царица и снова махнула рукой. Они сразу увидели перед собой комнату в доме, в которой у окна спала мама Мейр. Вязание лежало у нее на коленях, и рядом с ней свернулась кошка. Все было так естественно, что Трот показалось, будто она слышит часы над камином. Через мгновение все расплылось, и царица с улыбкой спросила: – Вы удовлетворены?

– О, да! – воскликнула Трот. – Но как это возможно?

– Это разновидность миража, – был ответ. – Если мы хотим, мы можем увидеть любую земную сцену. Иногда эти сцены отражаются на поверхности воды, и смертные могут их увидеть.

– Я их видел, – сказал капитан Билл, кивая. – Я видел миражи, но не знал, что их вызывает.

– Если вы увидите что-нибудь непонятное и захотите узнать, спрашивайте. Я с радостью отвечу, – сказала царица.

– Меня удивляет, почему мы не намокаем в океане, со всех сторон окруженные водой, – сказала Трот.

– Это потому, что на самом деле вода не касается вас, – объяснила царица. – Ваши тела сейчас точно такие, как у русалок, чтобы вы могли наслаждаться своим визитом к нам. Одно из наших своеобразных свойств таково: вода не касается наших тел и нашей одежды. Всегда остается очень маленькая прослойка, толщиной меньше волоса, между нами и водой, и поэтому нам всегда тепло, и мы остаемся сухими.

– Понятно, – сказала Трот. – Поэтому вы не становитесь сырыми или высохшими.

– Совершенно верно, – рассмеялась царица, и остальные русалки присоединись к ее смеху.

– Наверно, поэтому мы можем дышать без жабр, – задумчиво сказал капитан Билл.

– Да. Воздух постоянно возобновляется из воды, в которой он растворен, и это позволяет нам дышать так же свободно, как дышите вы на земле.

– Но у нас появились плавники, – сказала Трот, глядя на плавник на спине капитана Билла.

– Да. Они помогают нам направлять свои движения в воде, поэтому они полезны, – ответила царица.

– Они делают нас более законченными, – со смехом сказал капитан Билл. Потом, неожиданно став серьезным, он добавил: – А что с моим ревматизмом, мэм? Меня не скрутит вся эта влага?

– Нет, – ответила Акварина. – У нас никакого ревматизма не бывает. Я обещаю, что у этого визита к нам не будет никаких дурных последствий, так что, пожалуйста, наслаждайтесь и будьте счастливы.

Глава 5

Морской змей

В этот момент Трот посмотрела вверх и увидела поразительное зрелище. Большая голова с лицом, окруженным короткими седыми волосами, висела прямо над ними, и эта голова соединялась с длинным изогнутым телом, очень похожим на сточную трубу.

– О, это король Анко, – сказала царица, проследив за взглядом девочки. – Открой дверь и впусти его, Клия. Думаю, наш друг хочет увидеть людей с земли.

– А он нас не обидит? – спросила девочка, задрожав от страха.

– Кто, Анко? О, нет, моя дорогая. Мы очень любим морского змея, он король этого океана, хотя русалки ему не подчиняются. Старик Анко очень дружелюбен, как вы вскоре сами убедитесь.

– Он может говорить? – спросила Трот.

– Конечно.

– И мы поймем, что он говорит?

– Все поймете, – ответила царица. – Я дала вам возможность, пока вы под водой, понимать язык всех морских существ.

– Это очень хорошо, – благодарно сказала Трот.

Принцесса Клия медленно подплыла к одной стене тронного зала, махнула рукой, и в стене появилось круглое отверстие. Морской змей увидел это, и его голова исчезла со стеклянной крыши и появилась в этой круглой дыре. Эта голова медленно проползла внутрь и остановилась перед самым троном царицы Акварина, которая сказала:

– Доброе утро, ваше величество. Надеюсь, вы здоровы?

– Вполне, благодарю, ваше величество, – ответил Анко и тут же повернулся к незнакомцам. – Полагаю, это и есть создания с суши, которых вы ожидали?

– Да, – ответила царица. – Девочку зовут Мейр, а мужчину – капитан Билл.

Пока морской змей разглядывал гостей, они осмелились посмотреть на него. Поистине необычное существо, но Трот решила, что он совсем не страшный. Голова у него круглая, как мяч, но уши заостренные, и на конце у них кисточки. Нос плоский, а рот очень широкий, глаза голубые, и выражение их мягкое. Белые волосы, окружающие лицо, не густые, как в бороде, а редкие и тонкие. От головы длинное коричневое тело морского змея тянется к отверстию, которое недостаточно велико, чтобы вместить его, и какая часть этого тела осталась за стеной, девочка не могла сказать. На спине несколько плавников, которые делают змея скорее похожим на угря.

– Девочка молодая, а мужчина старый, – мягким голосом сказал король Анко. – Но я абсолютно уверен, что капитан Билл не так стар, как я.

– А сколько тебе лет? – спросил моряк.

– Не могу сказать точно. Могу вспомнить события за несколько тысяч лет, но дальше память мне изменяет. А как ваша память, капитан Билл?

– Тут ты меня побьешь, – был ответ. – Ты, конечно, старше меня.

Казалось, это понравилось морскому змею.

– Как твое здоровье? – спросил он.

– Неплохо, – ответил капитан Билл. – А твое.

– О, очень хорошо, спасибо, – сказал Анко. – Я только три раза в жизни чувствовал боль. Первый раз, когда на земле был Юлий Снизар.

– Ты хочешь сказать Юлий Цезарь, – поправила его Трот[2].

– Нет, я имею в виду Юлия Снизара, – настаивал морской змей. – Это его настоящее имя. Его называли Цезарем, потому что он забирал все, до чего мог дотянуться. Я это знаю, потому что видел его, когда он был жив. А ты видел его, когда он был жив, капитан Билл?

– Думаю, нет, – признался моряк.

– Тогда у меня болел зуб, – продолжал Анко. – Но я попросил омара вытащить зуб клешней, и боль прекратилась.

– Было больно, когда он выдергивал зуб? – спросила Трот.

– Больно! – воскликнул морской змей, застонав при этом воспоминании. – Моя дорогая, с тех пор их и зовут омарами[3]. Второй раз я испытал боль во время Неверкудневера[4].

– О, наверно, ты имеешь в виду Навуходоносора, – сказала девочка.

– Вы сейчас так его называете? – удивленно спросил морской змей. – Когда он был жив, его называли Неверкудневер, но теперь произношение изменилось. Мне кажется, что Навуходоносор вообще ничего не значит.