Лаймен Баум – Мальчики-охотники за удачей в Панаме (страница 14)

– Ты отнимешь у своих братьев их рабов?

– Вместо них я дам вам столько негров, сколько вы захотите.

– Мы не можем с ними расстаться. Эти белые псы знают наши привычки и хорошо нам служат.

– Тогда я возьму одного и оставлю вам второго.

Бри покачал головой.

– Все, что у нас есть, кроме машины, мы с радостью отдадим своему брату, – сказал он. – Но даже Налиг-Над не имеет права отнимать у нас рабов, и мы оставим их у себя.

Король казался разочарованным. После недолгой паузы он сказал:

– Подумайте об этом, а тем временем мой дом – ваш дом. Мы еще поговорим об этих делах.

Он махнул рукой, давая нам знак уходить, и занялся детьми.

Вождь Ого строго сказал:

– Идемте!

Но Бри не пошевелился.

– Есть ли у нас разрешение короля посетить его страну в нашей машине, пока мы у него в гостях? – спросил он.

– Пока нет, – ответил Налиг-Над, впервые проявив признаки нетерпения. – Мы еще поговорим об этом до того, как вы покинете деревню.

– Это звучит не слишком дружелюбно, – возразил, нахмурившись, Бри.

– А разве вы что-то сделали, чтобы заслужить мою дружбу? – спросил король, быстро посмотрев на говорящего. – Будьте удовлетворены. Только в королевской деревне братья и гости короля будут находиться в безопасности и комфорте. Мои люди будут вашими слугами, можете приказывать им. Но вы не должны выходить за стены.

Нам это не понравилось, и несколько мгновений мы молчали.

– Мне кажется, король Достопочтенный Бриония, – сказал Нукс, впервые заговорив за время встречи и обращаясь к своему другу так, словно короля здесь нет, – что этот наш новый друг король Налиг-Над совсем неплохой человек. Мне он нравится, потому что он добр к детям, и мне жаль его, потому что он многого не знает. Но чего еще ждать, если он живет в этой маленькой стране и ничего не знает о большом мире, который склоняется к нашим ногам? Если он смеет противостоять твоей воле, не забудь, как он беден и невежествен, и прости его. Я знаю, о чем ты думаешь, великий король Достопочтенный Бриония, но молю тебя, не уничтожай Налиг-Нада и не взрывай его людей своей ужасной силой. Будем терпеливы. Позволь этому королю продолжать жить, пусть ненадолго. Какая жалость – уничтожать этот счастливый дом! Будь терпелив, мой могучий брат, и вскоре этот глупый Налиг-Над поумнеет и охотно даст нам все, что нам нужно.

Произнеся эту речь, Нукс снова сунул сигару в рот и посмотрел на короля сочувственно и озабоченно.

Мы оба с Бри были ошеломлены. Мы не ожидали, что Нукс примет участие в разговоре, и его умоляющий тон был не менее искусной игрой, чем та, что вел Бри. На короля его речь произвела большее впечатление, чем достоинство Брионии, хотя вначале я дрожал, вспоминая, какой умный и могущественный человек король. Но ведь он дикарь и склонен поверить в неведомые силы такого дерзкого человека.

Вскоре мы поняли, что Нукс оценил ситуацию лучше нас. Правитель Сан-Блас привык к предательству и коварству и научился искать тайные побуждения в своих делах с чужаками. Предположение, что владелец такой необычной машины, так смело вторгшийся в его страну, имеет возможность уничтожить его самого и весь его народ, показалось ему вполне возможным. Он был явно встревожен и смотрел почти со страхом на смелое и выразительное лицо островитянина с Южных морей, стоявшего перед ним.

– Мы преломим хлеб, – сказал он, быстро приняв решение. – Отошлите своего раба, мои братья, и идемте со мной.

– Иди, – сказал Бри, повернувшись ко мне. – Ты тоже иди, вождь Ого, – властно добавил он. – Мы хотим остаться наедине с королем.

Вождь беспокойно взглянул на Налиг-Нада, который опустил на землю детей и велел им бежать в дом. Заметив взгляд вождя, король кивнул, подтверждая приказ Бри. У него могли быть причины опасаться этих необычных гостей, но он был не трус.

Вслед за Ого я вышел со двора и пошел туда, где стояла машина.

Глава 11. Принцесса Илала

Прислонившись к машине, опираясь подбородком на руки, стояла самая прекрасная девушка, каких я когда-либо видел. Рослая и стройная, с правильными чертами лица, глазами темно-карими и мягкими, как бархат. Пушистая белая туника с широкой зеленой лентой зигзагом по краю, а на темных волосах венок из белых цветов с изящными зелеными листьями.

Я заметил, что на солнце у нее почти белая кожа, бронзовый оттенок такой легкий, что едва заметен. У нее не было того печального выражения, которое кажется общей характеристикой ее племени, подняв голову, она с легкой улыбкой, обнажавшей белые зубы, смотрела в лицо Дункану Мойта. Когда я появился на сцене, изобретатель сидел на боку машины лицом к девушке и отвечал на ее откровенный взгляд взглядом, полным удивления и восхищения.

Чуть в стороне стояла группа молодых женщин, поведение которых ясно говорило, что они служанки девушки. Я заметил, что они с любопытством разглядывали машину.

Вождь Ого издал нетерпеливое восклицание и быстро прошел вперед.

– Здесь не место для тебя, моя принцесса, – сказал он, обращаясь к девушке. – Ты должна немедленно вернуться в свои покои.

Не меняя позы, она повернула голову и спросила:

– Мой лорд Ого приказывает принцессе Илале?

– Когда король не присутствует, моя обязанность – защищать его женщин, – резко ответил вождь.

Презрительно пожав плечами, девушка снова повернулась к Мойту и, словно продолжая разговор, сказала на ломаном английском:

– Она может и лететь, как птица?

– Почти, но не совсем, мисс, – ответил он.

– Но может плавать, как рыба?

– Да, мисс.

– И бежать, как олень?

– Совершенно верно, мисс.

– Мне было бы приятно, если бы она это сделала, – очень мягко сказала девушка.

Дункан на мгновение удивился, потом лицо его прояснилось, и он с энтузиазмом сказал:

– Если сядешь, я прокачу тебя – тебя и трех твоих женщин.

Она ничуть не колебалась, повернулась, позвала трех молодых женщин по имени, и они сразу подошли к ней.

Вождь Ого, который не мог внимательно следить за разговором по-английски, яростно нахмурился, но после отпора, который дала ему девушка, держался от нее на почтительном расстоянии. Наслаждаясь его смущением, я быстро открыл дверцу машины и жестом пригласил принцессу войти. Она легко поднялась по ступеньке, и я вслед за ней посадил ее служанок, потому что предвидел забавную сцену и хотел помешать Ого вмешаться.

Я видел, что он не знает, что делать, остальные зрители тоже стояли в неуверенности. Но как только я сел вслед за женщинами, Мойт повернул рычаг, включил двигатели и машина прыгнула вперед.

Мы трижды обогнули королевский дворец. Изящная принцесса, ухватившись за спинку сидения, радостно смеялась, остальные женщины в ужасе жались друг к другу.

Затем Дункан направился к арочному отверстию в стене и, не обращая внимания на яростные крики Ого и требования остановиться, вывел машину на равнину. Вождь натянул лук. Но принцесса вскочила и посмотрела на него с задней части автомобиля, и он побоялся попасть в нее.

Через мгновение мы были за пределами дальности стрельбы, и Дункан, вдохновленный естественным желанием показать, на что способно его изобретение, увеличил скорость, так что ветер засвистел у нас в ушах и мы не успевали замечать проносящиеся мимо объекты.

Должен признаться, что, будучи моряком, я слегка испугался этого ужасного броска, но Илала радостно смеялась и, ухватившись для надежности изящной рукой за шею Дункана, смотрела прямо вперед и была полна радостного возбуждения от этой дикой поездки.

Впрочем, подлинной опасности не было. Луга здесь гладкие, как шоссе, и за невероятно короткое время деревня почти исчезла из вида.

Мне пришло в голову, что не стоит оскорблять Налиг-Нада, слишком далеко заходя в своей проказе, поэтому я попросил Дункана возвращаться. Он неохотно описал большой круг и направился к деревне, не снижая, однако, скорости, пока мы не проехали под аркой и едва не столкнулись с собравшейся толпой.

Мы снова объехали королевский дворец, постепенно сбрасывая скорость, и изобретатель остановил свою удивительную машину почти на том же месте, с которого мы стартовали.

Я заметил, что Налиг-Над стоит у входа в свой дворец, и по обе стороны от него стоят Бри и Нукс. Теперь, когда король распрямился, я увидел, что он намного выше своих людей и прям, как ружейный ствол.

Как только мы остановились, я открыл дверцу и помог выйти испуганным служанкам. А Дункан выпрыгнул и протянул руку Илале, которая не нуждалась в поддержке. Ее щеки раскраснелись, глаза ярко сверкали, и не было сомнений в том, что новый опыт доставил ей большую радость.

Как только ноги ее коснулись земли, она подбежала к королю, схватила его за руку и воскликнула на своем родном языке:

– О, отец, это чудо! Повозка белого человека живая, она летит быстрее стрелы.

– Это не повозка белого человека, – торопливо сказал Бри. – Это наша повозка, повозка королей, а белый человек – раб, и его обязанность двигать эту повозку.

– Раб? О, какая жалость, – разочарованно сказала Илала.

– Почему? – спросил ее отец, обняв рукой.

– Потому что белый человек прекрасен духом, он хороший и добрый, – ответила принцесса.

Я взглянул на непонимающего Дункана и едва не рассмеялся. Этого изобретателя, с худым лицом, сутулого, с мечтательными глазами, с самым большим воображением нельзя назвать прекрасным, хотя он необычный и странный. Но девушка, несомненно, была искренней, а так как она сама исключительно хороша, то может судить о других.