Лауренсия Маркес – Прогулки по времени (страница 16)
Скитаясь, встретиться;
Души сплетены Лозой любви
На всех путях…
- У бездны на краю, клятвенный мой брат,
Трепеща, стою, - нет пути назад! -
Прости
Мне все мгновенья лет, что томили кровь…
Уже сомнений нет, - только любовь.
- О душа, ты слезу не роняй из глаз -
Разбит хрусталь, но твёрд алмаз.
Видишь ты: мир лежит в бесконечном зле, -
Наш свет горит, светя во мгле!
С мотыльком на груди в предрассветный хлад
С небес сойди в наш дивный сад…
Пусть в блаженных мирах луч откроет дверь -
Лети ко мне, я жду, ты верь!
Мы так рождены, - так суждены
Друг другу в вечности;
Души сплетены Лозой любви
Во всех мирах...
- Под солнцем золотым биться с тьмой пришлось
Именем твоих солнечных волос, -
Пусть так, -
Хоть сам я в темноте,
Но тебя веду;
И на ступенях тех
Я тебя жду… -
Я приду, если ты меня ждёшь всегда,
Сестра души, небес звезда;
Я пою, если ты сердцу льёшь в ответ
Твою любовь, твой добрый свет!
- О мой князь, прилетай за мной в смертный час,
Чтоб мой огонь во тьме не гас.
Я тебя отыщу посреди теней.
Любовь светла - иди за ней!
Мы осуждены за дни весны
С попыткой вечности, -
Освобождены рукой Любви,
Самой Любви...
- Я за плечом стою - грустно смотришь вдаль…
Той весной в раю я так долго ждал!.. -
Усни, -
Там, на вершинах гор,
Я тебя всё жду,
И я твою с тех пор
Храню звезду... -
Я прошу в первый раз – возвратись домой!
Настал тот час заветный мой, -
Я тебя сквозь века, сквозь миры зову,
Ведь я люблю, пою, живу!
- Я клянусь, для меня нерушим обет, -
Сама Любовь вела к тебе.
Мы с тобой улетим в Невечерний Свет:
Здесь Бог Живой, здесь смерти нет!
Мы так рождены, - сотворены,
Чтоб снова встретиться, -
Мы воскрешены, ведь сплетены
Лозой Любви…
Серебряный знак завета
«Циск осторожно скрёб моё плечо когтистой лапой, усердно распевая во весь голос. Наощупь я протянула руку – она была немедленно облизана. Вторая рука по-прежнему сжимала дуьтару… Кажется, вечером я хотела подобрать мотив колыбельной для Чегарди, да так и уснула, не выпуская из рук свирели…
«Так… сейчас я дома, у наставника, - через прикосновения кота реальность уже возвращалась ко мне, хотя ресницы всё не хотели подниматься, - а что же та девочка, с которой мы шли одним путём и от которой светильником горит сердце, - она лишь привиделась мне?.. – о, это ведь был мой тарам!.. вот каков он, оказывается... А говорят, будто тарам похож на хранимого им человека, - но тогда получается… что и я такая же смешная, как она?!.»
- Сестрица, вставай же! Что тут творится, ты только погляди!
(Снова её голос… значит, это не сновидение?! Алелой!.. Но как здесь очутился Циск?.. - он ведь остался в хижине Элгура!)
Я села и провела рукой по туманящимся глазам, оттеснив прочь дремотную пелену.
Первый бледно-золотистый луч скользил вместе с ранней свежестью в дверной проём, и уже слышно было, как снаружи наперебой щебечут, словно оживлённо споря о чём-то, на весенних ветвях птицы. Лес вовсю наполнялся непрерывным движением новой жизни.