Лаура Липман – Леди в озере (страница 40)
Мадам Клэр сказала то же самое. Но словам мадам Клэр грош цена.
Бармен
Сразу чую, когда пахнет жареным. Можно сказать, в этом и состоит моя работа, а коктейли – так, руки занять. Я поставлен на свое место именно затем, чтобы неприятности обходили клуб стороной. У мистера Гордона не самая лучшая репутация, но ко мне он всегда относился хорошо, и я стараюсь не подводить его.
Любому ясно, что она создает проблемы. А мистер Гордон замечает все. И любой, кто пытается его наколоть, напрашивается на неприятности.
Раньше я работал на одного малого по фамилии Магуайр, который обделывал в порту кое-какие делишки. Скупал краденое, и все у него было хорошо, но он попытался прыгнуть выше головы и погорел. Захотел заиметь законный бизнес, залез в долги, чтобы купить большой склад на юго-западе и продавать строительный утиль, но переоценил свои силы. А мистер Гордон деловой человек, ему нужен барыш. Они забили стрелку, побазарили, мистер Гордон был весь такой вежливый, что твой управляющий банком, но он ясно дал понять, что Магуайру не поздоровится, если что. Он забрал и склад, и все, что на нем находилось, и снизил долг Магуайра до такой суммы, которую тому было под силу наскрести. Во время беседы мистер Гордон спросил Магуайра, не отдаст ли тот ему меня вместо расписки, пока не погасит свой долг. Думаю, мистера Гордона забавляло, что он может купить белого. А может, он имел в виду, что убьет меня, если босс не заплатит.
Тот согласился сразу.
– Само собой, можете забрать Томми.
А мистер Гордон и говорит:
– Томми – детское имя. Я буду звать тебя Спайк, потому что ты похож на одного пса, которого я когда-то знал, на спаниеля по кличке Спайк. – Опять же, думаю, его забавляло, что он может забрать меня, дать мне другое имя, уподобить псу. Мы все сделали вид, что это только на время, но я знал, что, если я буду хорошо делать свою работу, мистер Гордон захочет оставить меня у себя.
А если бы я оказался недостаточно хорош… Не хотелось бы узнавать, что случится, если я разочарую мистера Гордона.
В те времена Шелл Гордон в основном делал деньги на азартных играх и проститутках, но да, сейчас он переориентируется на торговлю наркотиками. Там крутятся такие большие деньги, что он не может этого игнорировать. Да, он любит «Фламинго» и хочет, чтобы клуб был по-настоящему классным заведением. Но у него что-то вроде войны с самим собой. Хочет быть законопослушным бизнесменом, но на той стороне можно получить слишком большой барыш. И без этих денег он не может остаться на плаву. Может, он и верит, что когда-нибудь откажется от получения преступных доходов, но этого никогда не будет. Слишком уж у него много тайн. И умные люди никогда о них не говорят.
За стойкой «Фламинго» я готовлю напитки, но главная моя задача – управлять нашими девушками, помогая им находить верный баланс между гостеприимством и готовностью услужить. Для мистера Гордона важно, чтобы «Фламинго» был респектабельным. У него есть куча других мест, где работают проститутки, и, если честно, многие девушки из «Фламинго» заканчивают именно так, но в самом клубе он подобного не допускает. Ему известно, что люди называют «Фламинго» всего лишь жалким подобием «Феникса», но ведь в наше время почти все на Пенсильвания-авеню всего лишь жалкое подобие того, что было здесь раньше. Магазины, дома и даже люди теперь не те, они стали унылее, грязнее. Если девушки хотят встречаться с гостями, это не возбраняется, но они должны делать это в нерабочее время и в собственной одежде. У нас тут не дом терпимости, а приличное заведение, где выступают те, кто не пробился на первые места – самые лучшие исполнители подвизаются в «Фениксе», было бы глупо это отрицать, – заведение, где джентльмены и леди могут чувствовать себя как дома.
Изикиел – Из – Тэйлор – самый любимый гость мистера Гордона. Мистер Гордон его обожает. Мистер Тэйлор крупный мужчина, но стеснительный и немногословный. Приходит ради музыки. И почти не пьет. Заказывает портвейн, чтобы не выделяться, и растягивает его на весь вечер, а потом платит за всех. Ему всегда хочется, чтобы всем вокруг было хорошо, чтобы все чувствовали себя комфортно. Этим он и нравится мистеру Гордону, тем, что всегда думает о других. И еще тем, что он здорово умеет считать, почти так же здорово, как сам мистер Гордон.
Как-то раз я спросил его:
– Мистер Тэйлор, почему вы решили, что сможете заработать на химчистках? Ведь на первый взгляд кажется, что на этом не разбогатеешь.
Он ответил:
– Подумай сам, Спайк. Кто покупает одежду, которую надо отдавать в химчистку?
– Богачи, – сказал я. – Но ведь… – Мне стало неловко, и я замолчал.
Он улыбнулся. Такой уж он человек. Всегда хочет, чтобы другие чувствовали себя комфортно.
– Ты собирался сказать: «Но ведь у негров нет денег».
– У некоторых есть. Скажем, у вас, мистер Тэйлор. И у мистера Гордона.
– Есть и у многих других. Негров с деньгами больше, чем ты думаешь, и их количество будет расти. Но дело не в них, а в тех, кто вообще к чему-то стремится. Скажем, женщина работает учительницей и откладывает деньги на элегантное пальто, может быть, с мехом. Где она будет чистить его, когда придет срок? Думаешь, повезет в северную часть города? Нет, захочет, чтобы ее обслужили в ее районе. Вот почему «ИЗ Клинерз» есть…
– Пять удобно расположенных пунктов приема в Большом Балтиморе! «ИЗ Клинерз» очистит все! В Балтиморе этот рекламный ролик знают все, как и «Мамочка, позвони в «Хэмпден»!» Или «Мама, еще сосиску «Паркс» – ну мааа-мааа»!» Уилли Адамсу пропуск в общество уважаемых людей обеспечил Рэй Паркс, и Шелл Гордон считает, что для него таким пропуском может стать Из Тэйлор.
– Люди предпочитают платить за услуги там, где живут. И знаешь что, Спайк? Фамилия, имя – это твоя судьба. Вот я Тэйлор. Тэйлор – портной[110]. Понимаешь? Я начинал с перешивания одежды. Но соль в том, что костюм человек перешивает только один раз, а чистить его надо снова и снова. У меня была только одна идея, вот эта, но ее оказалось достаточно. Предложите людям то, что им нужно, то, в чем они нуждаются постоянно. Первую чистку «ИЗ Клинерз» я открыл в шести кварталах отсюда сразу после войны. А какая идея есть у тебя, Спайк? Может, она заключена в твоем имени. Может, тебе следует открыть охранное предприятие или магазин, где будут продавать ножи[111].
Я улыбнулся, потому что Спайк – не мое имя. Меня зовут Томас Ладлоу, и я не знаю, в чем мое предназначение, судьба. Я считаю себя рыцарем, ищущим дам для спасения, но, судя по фамилии, возвыситься мне не суждено[112].
Но кто я такой, чтобы спорить с Изом Тэйлором? Он человек богатый, а я парень из бедного Ремингтона, работавший на мелкого жулика, который задолжал Шеллу Гордону и продал меня. Но мне нравится Из. Как и всем. Он самый лучший, самый добрый человек, которого я когда-либо знал. Он не заслуживает, чтобы в его жизни копалась какая-то там журналистка. Он ничего не делал, уж я-то это знаю. Он имеет право жить в свое удовольствие, не напрягаться, скользя по поверхности и не зная, что происходит под ней. Это одна из самых лучших вещей в жизни богатых людей. Скользить по поверхности и не напрягаться.
Из не перестал мне нравиться, даже когда начал западать на Клео Шервуд. На Клео западали многие, в том числе и я сам, хотя между нами никогда ничего не было. Для того чтобы Клео заинтересовал мужчина, ему надо было иметь или красивое лицо, или толстый бумажник. У меня нет ни того, ни другого. Первого точно не будет никогда, да второе вряд ли светит. Но я не жалуюсь.
И вот я увидел, что она влюбляется в мистера Тэйлора, чего никак не ожидал. То есть влюбляется по-настоящему, а не просто отбывает номер за подарки. Нет, она ничего мне не говорила, но я видел, что она запала. Он водил ее в такие места, где она никогда не бывала прежде, – в рестораны, и даже брал ее с собой, когда ездил в другие города. Я все время думал:
– Это должно прекратиться, – сказал он мне. Я только кивнул. Я не Купидон и не решаю, кто кого должен любить. Но мы поставили Клео за стойку, чтобы она находилась при мне и не ходила по залу, когда там находился мистер Тэйлор.
Мистер Гордон поговорил также и с ним. Тот сказал; да, да, да, все понял, нужно выглядеть счастливым мужем, чтобы помочь мистеру Гордону осуществить его мечты. Затем мистер Гордон потолковал с Клео, и она пообещала, что расстанется с Изом, мягко. Но в результате мистер Гордон добился только одного – они совсем затаились, отчего все стало еще интереснее. Теперь они уже прятались вообще ото всех, а не только от миссис Тэйлор. Глаза Клео сияли, как изумруды. Это было состязание, и она была уверена, что выиграет его. Нет, если бы ее кто-то спросил, какой разыгрывается приз, она бы не ответила. Знаю, потому что спрашивал. Она хотела одного – выиграть, победить. Говорила, что пойдет к миссис Тэйлор и все ей расскажет.
А затем настал день, когда мистер Гордон попросил меня сделать нечто ужасное. Я сказал, что не могу. А он ответил, что если не сделаю, то он попросит кого-нибудь другого, того, кому будет плевать. От Клео надо избавиться, сказал он. Ему все равно, как и когда, но сделать это должен я. А если не хочу, то, наверное, я не тот человек, на кого он может положиться. Может, в таком случае придется избавиться и от меня. Это было безумие, то, чего он хотел. Так дела вообще не делаются. Это не бизнес, совсем.