Лаура Ли – Падшие наследники (страница 45)
— Вы все воняете. Здесь пахнет, как в раздевалке для мальчиков.
Глаза Кингстона сужаются.
— Откуда тебе знать, чем пахнет раздевалка для мальчиков?
Я высовываю язык.
— Разве тебе не хотелось бы бы знать?
— Учитывая, что это точно было не со мной… нет. Нет, я бы не хотел знать.
Остальные трое смеются, а я качаю головой.
— Я иду в свою ванную, — Кингстон указывает на Рида и Бентли. — Вы, засранцы, можете занять одну в главном доме.
— Отлично, — ворчит Бентли, хватая спортивную сумку, которую он принес с собой. — Вам повезло, что у меня хватило предусмотрительности взять с собой сменную одежду. Хотя, у меня никогда не было никаких жалоб на то, что я хожу в чем мать родила, — подмигивает он.
Кингстон снимает свою потную рубашку и бросает ее на голову Бентли.
— Убирайся отсюда и приведи себя в порядок, придурок. Чем быстрее ты это сделаешь, тем быстрее мы все сможем поесть.
Я абсолютно не рассматриваю рельефный пресс Кингстона и не представляю, как провожу языком по каждому бугорку.
Кингстон указывает на уголок своего рта, пока идет в спальню.
— Детка, у тебя тут немного слюней.
Я отмахиваюсь от него.
— Укуси меня.
Он скрежещет зубами.
— В любое время, в любом месте, милая.
Эйнсли спрыгивает с дивана.
— Я тоже пойду быстро переоденусь.
Рид усмехается, заметив огромное пятно на ее рубашке.
— Что ты сделала?
Эйнсли сморщила свой носик.
— Жас рассмешил меня, когда я делала глоток газировки. Пепси вытекло у меня из носа и заляпало всю рубашку.
Теперь он смеется во весь голос.
— Сексуально. Мне жаль, что я это пропустил.
— О, заткнись, — она выходит вслед за Бентли, но останавливается на пороге, когда замечает, что Рид не идет за ней. — Ты идешь?
— Подожди секунду, — Рид и Эйнсли обмениваются напряженным взглядом.
Она кивает, похоже, уловив то, что он беззвучно бросил.
— Просто поднимись ко мне в комнату, когда закончишь.
Я вопросительно смотрю на Рида, когда мы остаемся одни.
— В чем дело?
Он занимает место на диване рядом со мной, нервно потирая затылок.
— Эйнсли сказала мне, что она рассказала тебе о моих… эээ… предпочтениях.
— О. Эм… хорошо. И?
— Я хотел сказать спасибо за вашу осторожность. И за то, что побудили ее поговорить со мной. Я чувствую себя намного лучше по поводу всего этого.
Я пренебрежительно машу рукой.
— Ничего страшного, Рид. Правда. Ты делаешь ее такой счастливой, и это все, что меня волнует. Я просто рада, что ты теперь в это веришь.
Он прочищает горло.
— Есть еще кое-что.
Я приподнимаю брови.
— Да?
— Я… э… хотел извиниться за всю эту историю с видео. Той ночью в домике у бассейна Донована. Я записал его не потому, что был извращенцем или хотел слить его. Я сделал это для Кингстона.
Я нахмурилась.
— Зачем? Чтобы он мог слить это?
Рид качает головой.
— Нет. Чтобы он увидел то, что мы все видели с самого начала. Что ты другая. Что он другой, когда он с тобой. Но у Кингстона была миссия оттолкнуть тебя так быстро и так сильно, как только возможно, потому что ты все усложнила. Я хотел, чтобы у него была причина не делать этого. Увидев своими глазами, как он смотрит на тебя, как вы оба так странно синхронизируетесь друг с другом, даже когда вы думали, что ненавидите друг друга. Я не хотел, чтобы он упустил то, что, возможно, было лучшим, что когда-либо случалось с ним.
Я мягко улыбаюсь и сжимаю его руку.
— Ты хороший друг, Рид.
— Как и ты, Жас, — он грустно улыбается мне. — Когда Карисса умерла… Эйнсли была в смятении. Ее столько раз обжигали девушки, притворявшиеся ее подругами, но на самом деле они просто использовали ее, чтобы сблизиться с одним из парней или со мной. Но Карисса была не такой. Она была всем, чем должна быть лучшая подруга, единственной девушкой в мире, которая по-настоящему понимала Эйнсли. Которая не хотела от нее ничего, кроме дружбы. Их даже связывал балет. Когда Эйнсли потеряла Риссу, она была опустошена. Это убивало меня, когда я видел, как она ломалась. И хотя со временем ей стало лучше, я не понимал, как сильно она все еще страдает, пока она не встретила тебя.
Я качнула головой в сторону.
— Что ты имеешь в виду?
— Она стала выше. Улыбалась шире. Я не знаю… просто она была более живой, чем за два года до этого. Ты сделала это, хотел ты этого или нет.
Я вытираю уголки глаз.
— Черт. Ты заставляешь меня плакать.
— Здесь все в порядке?
Я подпрыгиваю, пораженная голосом Кингстона. Я даже не слышала, как выключился душ.
Рид встает и направляется к двери.
— Я пойду приберусь. Скоро вернусь.
Я киваю.
— Хорошо.
— Почему ты плачешь? — Кингстон поднимает меня с дивана и заключает в объятия. — Мне нужно надрать задницу Риду?
Я наполовину смеюсь, наполовину рыдаю ему в грудь
— Нет. Рид потрясающий. Мы просто немного поговорили по душам о твоей сестре, — я вытираю глаза, глядя на него. — Он действительно любит ее. Ты ведь знаешь это, правда?
Кингстон убирает несколько прядей волос с моего лица.