Ларри Нивен – Рассказы. Часть 2 (страница 49)

— Ты можешь стать настолько безумным, насколько захочешь. Это естественное состояние, и медики знали, как с ним справляться, ещё во времена Единой Земли. Нам нужен взгляд психа, и нам не придётся красть препараты.

— Так и быть. Когда начнём?

Антон оглянулся на Фиби.

— Сейчас? — предложила она.

Мы прокрутили всю ленту Антона, чтобы направить разговор в мрачную сторону.

— Я занёс сюда только то, что, по моему мнению, можно использовать, — объяснил Антон. — Ты должен понять всё остальное: отравляющие вещества, напалм, военное оборудование.

— А это разве не военное? — спросила Фиби.

Вероятно, это было неверное заключение. Мы смотрели на диковинный летательный аппарат с вращающимися лопастями. Из его днища время от времени вырывался огонь… Какой-то вид оружия.

— Конструкция отличается от той, которую используют для убийства, — сказал Антон. — Она изменится, если понадобится стрелять. Вот. — (Появилось новое изображение.) — Это другая оружейная платформа. Она не просто быстро движется, её не должно быть видно в небе. С тобой всё в порядке, Джек?

— Я пугающе бодр. Вот и всё, что я пока чувствую.

— Тебе нужно расслабиться, — посоветовала Фиби. — Антон потрясающе делает массаж. Я так никогда не научусь.

Она не обманывала. Антон не мог похвастаться моей мускулатурой, но у него были руки душителя. Я лежал, не прерывая разговора, пока он меня обрабатывал, и мне нравилось слушать, как дрожит мой голос, когда пальцы Антона мнут мне спину.

— Не так давно один парень вроде меня включил своего автоврача, чтобы тот обработал его бета-гамма-чёрт-знает-чем. Но у аппарата перегорел индикатор, а он этого не заметил. В итоге парень попытался взорвать дом своего делового партнёра, но убил не его самого, а кого-то из родственников.

— Мы будем начеку, — заверила меня Фиби. — Если превратишься в берсеркера, мы с этим справимся. Хочешь посмотреть ещё?

— А мы кое-что упустили, детишки. Я зарегистрированный псих, и если не буду пользоваться своим автоврачом больше трёх дней, меня начнут искать, не дожидаясь, когда я вспомню, что меня зовут Душитель из Марсопорта.

— Он прав, дорогая, — сказал Антон. — Джек, дай код твоей квартиры, чтобы я мог подправить записи.

— Продолжай разговор. Или хотя бы закончи массаж. У нас есть проблемы поважней. Никто не хочет сока? Или чего-нибудь пожевать? Какую-нибудь питательную смесь?

Мы с Фиби даже не успели заметить, когда Антон вернулся с закусками.

Существуют ли на самом деле боевые кошки? Можем ли мы справиться с ними при помощи современных технологий? Сколько времени продержится Солнечная система? А другие звёздные системы с не так густо заселёнными колониями? Достаточно ли собрать старые записи и чертежи машин для убийства, или необходимо построить секретные заводы? Мы с Фиби выплёскивали друг на друга идеи с такой же быстротой, с какой они появлялись, и я совершенно забыл, что занят чем-то опасным.

Я поймал себя на том, что думаю намного быстрей, чем высказываю свои мысли вслух. Я не забыл, что Фиби умней меня, но это сейчас не имело значения. А вот Антон утратил свою четверговую нетерпеливость.

Потом мы уснули. Старый надувной матрас был очень большим. Проснувшись, мы поели хлеба и фруктов и снова погрузились в работу.

Мы заново изобретали военно-космический флот, используя лишь записи Антона о военно-морских флотах. У нас не было выбора. Человечество никогда не имело военно-космического флота.

Не уверен, что я скатился в состояние шизофрении. Сорок один год подряд я проводил по четыре дня в неделю без автоврача, если не считать отпусков. Я забыл то ощущение, когда биохимия мозга перестраивается. Иногда вспоминал, но ведь во мне менялось самое главное, и не было никакой возможности это контролировать.

Машины Антона давно устарели, и ни одна из них не была создана даже для межпланетной войны. Человечество слишком быстро обрело мир. Но если удастся скопировать хотя бы генераторы гравитации боевых кошек, до того как они сами появятся, уже одно это может спасти нас!

С другой стороны, каким бы оружием ни обладали кошки, кинетическая энергия останется основным способом перемещения массы. Расчёты не могут лгать… Я перестал угадывать конструкцию отдельных военных машин… Важней было получить общее представление.

Антон говорил очень мало.

Я понял, что тратил время впустую, когда составлял медицинские программы. Биохимическое усиление — самое простое из того, чем мы должны снабдить армию. Для этого необходимо масштабное тестирование, но в итоге можно вообще не получить солдат, пока они не прекратят цепляться за свои гражданские права или пока офицеры не перебьют бо́льшую часть из них, чтобы воодушевить остальных. Офицеров нужно готовить из нашего ограниченного резерва психов. Исходя из этого, мы должны начать с захвата власти в АРМ. Там собраны все лучшие психи.

Что касается работы Антона в архивах АРМ, то он полностью проигнорировал самое мощное оружие. Это было очевидно.

Я заметил, что Фиби смотрит на меня с раскрытым ртом, и Антон тоже.

Я попытался объяснить им, что главная наша задача — перестроить всё человеческое общество. Многим, возможно, предстоит погибнуть, прежде чем остальные поймут, что мудрость состоит в подчинении лидеру. Боевые коты могли бы научить нас этому, но если мы и дождёмся такого урока, будет уже поздно. Время убегает, как вода между пальцами.

Антон ничего не понимал. Фиби понимала меня, хотя и не полностью. Антон же, судя по языку тела, замкнулся; его лицо было пустым. Он боялся меня больше, чем боевых кошек.

Я понял, что мне, возможно, придётся убить Антона. И возненавидел его за это.

В пятницу мы вообще не спали и к полудню субботы должны были совсем выбиться из сил. Мне необходимо было поспать хоть немного — сон требовался всем, — но меня озаряли всё новые и новые идеи. В моей голове отдельные картины инопланетного вторжения слились в единую трёхмерную карту.

Раньше я мог бы убить Антона за то, что он знает слишком много или слишком мало, за то, что он увёл у меня Фиби. Но теперь я понял: это глупо. Фиби никогда не пойдёт за ним. У него попросту нет… силы духа. Что же касается знаний, то он наш единственный пропуск в АРМ.

Вечером в субботу мы вышли перекусить, и тут Антон с Фиби осознали серьёзную ошибку своего плана.

Мне это показалось забавным. Мой автоврач находится на другом конце Санта-Марии. И они собираются меня туда доставить. Меня, психа.

Мы обсудили эту идею. Антон и Фиби хотели проверить мои выводы. Что ж, прекрасно: мы должны дать АРМ программу для психов. Но для этого нам нужен мой диск (у меня в кармане) и мой автоврач (у меня в квартире). Необходимо попасть ко мне.

Держа это в уме, мы запланировали прощальную вечеринку.

Антон занялся припасами. Фиби посадила меня в такси. Я хотел отправиться в другое место, но она настояла на своём. Вечеринка может подождать.

Прошло много времени, прежде чем мы добрались до автоврача. Сначала мы управились с пивом и пиццей размером с круглый стол короля Артура. Потом пели, хотя Фиби не попадала в тон. Потом отправились в койку. Я уже много лет не испытывал такого сильного и глубокого влечения, подкрепляемого ещё более глубокой печалью, которую никак не удавалось отогнать.

Я настолько расслабился, что не мог пошевелить и пальцем, но мы всё же дотащились, распевая песни, до автоврача, хотя я чуть ли не висел на плечах у Антона с Фиби. Я достал свой диск, но Антон забрал его у меня. Что это могло значить? Они положили меня на стол и включили аппарат. Я пытался объяснить, что это они должны были лечь и вставить диск вот сюда… Но автомат определил, что моя кровь насыщена токсинами. И погрузил меня в сон.

Воскресное утро.

Антон и Фиби выглядели смущёнными. Мои собственные воспоминания заставили меня смутиться ещё сильней. Было стыдно за безмерный эгоизм и самонадеянность. Три синих пятна на плече Фиби подсказали, что я скатился до насилия. Но хуже всего было то, что я помнил, как чувствовал себя завоевателем с запятнанными кровью руками.

Они никогда не полюбят меня снова.

Но ведь можно было сразу подвести меня к автоврачу. Почему они этого не сделали?

Когда Антон вышел из комнаты, я краем глаза уловил улыбку Фиби, тут же пропавшую, как только я обернулся. Старое подозрение всплыло и с тех пор не оставляло меня.

Предположим, что всех женщин, которых я любил, привлекал именно Безумный Джек. Каким-то образом они распознавали во мне потенциального психа, хотя в обычном состоянии я казался им тусклым и неинтересным. Должно быть, безумию всегда есть место, на протяжении всей истории человечества. Мужчины и женщины ищут друг в друге именно эту склонность к безумию.

Ну так что с того? Психи способны убивать. Настоящий Джек Стрэтер слишком опасен, чтобы выпускать его на свободу.

И всё же… оно того стоило. За этот пятнадцатичасовой сеанс я понял одну по-настоящему важную вещь. Всю оставшуюся часть воскресенья мы обсуждали эту идею, пока моя нервная система возвращалась в привычное неестественное состояние — Разумный Джек.

Антон Бриллов и Фиби Гаррисон провели свадебное торжество в «Моноблоке». Я был шафером, отчаянно веселился и рассыпался в поздравлениях, изо всех сил оставаясь трезвым.

Неделю спустя я уже отправился на астероиды. В «Моноблоке» говорили, что Джек Стрэтер сбежал с Земли, потому что его возлюбленная ушла к его лучшему другу.