Ларри Нивен – Рассказы. Часть 2 (страница 48)

Антона не было в четверг в «Моноблоке». И у меня в запасе оказалась ещё целая неделя, чтобы обдумать и проверить программы, которые я загрузил в дайм-диск, но в этом не было необходимости.

В следующий четверг я пришёл туда снова. Антон Бриллов и Фиби Гаррисон заняли столик на четверых.

Я остановился в дверях — свет падал на меня со спины, и я был уверен, что они не видят выражение моего лица. Затем подошёл к ним:

— Когда ты вернулась?

— В субботу, — хмуро ответила Фиби.

Ситуация была неловкой. Антон тоже чувствовал это, но, с другой стороны, он и должен был почувствовать. Я начал жалеть, что не встретился с ним в прошлый четверг.

Я попытался вести себя тактично:

— Посмотрим, кого можно позвать четвёртым?

— Нет, это совсем не то, — сказала Фиби. — Мы с Антоном теперь вместе. Мы должны были сказать тебе.

Вот уж не думал… Я не предъявлял никаких прав на Фиби. Мечты — это личное дело. Всё обернулось неожиданной стороной.

— В каком смысле?

— Мы ещё не женаты, но думаем об этом. И мы хотели бы поговорить с тобой.

— Например, за ужином?

— Отличная идея.

— Мне нравится «Баффоло Билл». Давайте отправимся туда.

Двадцать с лишним завсегдатаев «Моноблока» слышали наш разговор и видели, как мы уходим. Три долгожителя, достаточно доброжелательного вида, но чересчур серьёзные… К тому же три — нечётное число…

Мы не сказали друг другу ни слова, пока не добрались до квартиры 2-3-309.

Антон закрыл дверь и только после этого заговорил:

— Мы с ней вместе, Джек. Во всех смыслах.

— Значит, это и правда любовь, — ответил я.

— Не обижайся, Джек, — улыбнулась Фиби. — Каждый человек имеет право на свой выбор.

«Банально, — подумал я, а потом решил: — Забудь об этом».

— Там, в «Моноблоке», всё получилось слишком драматично. Я вёл себя глупо.

— Так было нужно для них, — объяснила Фиби. — Это моя идея. После сегодняшней встречи кому-то из нас, вероятно, придётся уехать. И теперь у нас есть универсальное оправдание. Ты уезжаешь, потому что твой друг сошёлся с твоей возлюбленной. Или уезжает Фиби, которая не может простить себе того, что из-за неё поссорились лучшие друзья. Или большой, сильный Джек прогоняет щуплого Антона. Понимаешь?

Она не просто была с ним вместе, она взяла на себя руководство.

— Фиби, дорогая, ты действительно веришь в агрессивных кошек восьми футов ростом?

— А у тебя, Джек, есть сомнения?

— Теперь уже нет. Я созвонился с сыном. В Аристархе происходит нечто секретное, требующее присутствия медика.

Она лишь кивнула:

— Ты что-то приготовил для нас?

Я показал дайм-диск:

— Потратил меньше недели. Нужно добавить это в программу автоврача. Десять разновидностей. Биохимия отличается не сильно, но… «Артиллерия» — это слово означает оружие дистанционного действия и не имеет никакого отношения к артистам… Так о чём это я? Ах да. Артиллерия отличается от пехоты, ни то ни другое не похоже на разведку и на флот тоже. Вероятно, за несколько веков мы утратили некоторые военные специальности. Придётся снова их изобрести. И это только первый этап. Жаль, что у нас нет способа проверить результаты.

Антон вставил в проектор свой диск вместо моего:

— Я забил его данными почти до отказа. АРМ сохранила невероятное множество опасных устройств. Нужно решить, куда всё это спрятать. Я даже задумался, не придётся ли кому-нибудь из нас эмигрировать, вот почему…

— В Пояс? Или ещё дальше?

— Джек, если всё подытожить, то у нас нет времени на полёт к другой звезде.

Мы смотрели беззвучные и плавные кадры, демонстрирующее работу оружия. По большей части оно было примитивным. Мы наблюдали, как взрываются скалы и равнины, как сбивают самолёты, как машины уничтожают другие машины… и представляли, как разрывается на куски живая плоть.

— Я мог собрать больше материала, но решил, что сначала должен показать тебе, — сказал Антон.

— Не стоило беспокоиться, — ответил я.

— В чём дело, Джек?

— Мы сделали всё это за неделю! Зачем рисковать головой из-за работы, которую можно так быстро повторить?

Антон растерянно посмотрел на меня:

— Должны же мы что-то делать!

— Да, но, возможно, это делали не мы. Возможно, это вместо нас делала АРМ.

Фиби крепко взяла Антона за руку, и он проглотил свои горькие возражения.

— Может быть, мы что-то упускаем, — предположила она. — Может быть, нужен другой подход.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Найди способ взглянуть на всё иначе.

Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Обкуриться? Напиться? Наглотаться таблеток? — спросил я.

— Нет, — покачала головой Фиби, — нам нужен взгляд психа.

— Это опасно, дорогая. И кроме того, большинство препаратов, которые для этого требуются, запрещены законом. Я не смогу получить их, и Антон наверняка попадётся. — Я заметил, как она мне улыбается. — Антон, я сверну твою тощую шею!

— А что такое, Джек?

— Нет, он ничего мне не говорил, — поспешно сказала Фиби. — Хотя, если быть откровенной, вы оба не внушаете большого доверия. Я помню, Джек, как тем утром ты пользовался автоврачом, и вижу, насколько взвинченным бывает Антон в четверг вечером. Всё сходится.

— Ну хорошо.

— Ты был психом, Джек. Но очень давно, правильно?

— Тринадцать лет спокойствия, — ответил я. — Понимаешь, именно из-за этого нас и выбрали. Параноидальная шизофрения, порождённая нашей биохимией, вспыльчивый характер и искажённое представление о мире. Большинство психов даже не чувствует этого. Мы чаще пользуемся автоврачом, чем обычные люди, и тут уж ничего не поделаешь. Но некоторые из нас работают в АРМ. То, что ты предлагаешь, Фиби, просто смешно. Антон безумен четыре дня в неделю, точно так же как раньше был безумен я. Кроме Антона, никто не нужен.

— Он прав, Фиби.

— Нет. В АРМ работают с психами, так? Но за триста лет гены ослабли.

Антон кивнул:

— Нам говорили об этом во время обучения. АРМ нужны те, кто мог бы стать Гитлером, Наполеоном или Кастро. Те, кого можно послать на охоту за матерями, те, у кого совсем нет социального чувства. Но Комиссия по рождаемости не позволяет им иметь потомство, если только у них нет каких-то особенных свойств. У тебя ведь есть особенные свойства, Джек, — высокий уровень интеллекта или ещё что-то…

— У меня отличные зубы, и я не страдаю боязнью невесомости. К тому же у ребят из Шарлотта не бывает проблем с задержкой развития. Это тоже способствует… Но да, с каждым веком нас всё меньше. И поэтому приходится нанимать таких, как Антон, и сводить их с ума.

— Но очень осторожно, — возразила Фиби. — У Антона нет паранойи, Джек, а у тебя есть. АРМ делает Антона не слишком безумным, а ровно настолько, чтобы получить тот взгляд, который им нужен. Держу пари, что всё их высшее руководство до отвращения нормально. А вот ты, Джек…

— Я понимаю.

Вековые традиции АРМ полностью были на её стороне.