Ларри Нивен – Одиннадцатые звездные войны (страница 48)

— Я поднял экипаж по тревоге, капитан,— доложил Каргилл, стоя у интеркома кают-компании.— Я никому ничего не объяснял, и они думают, что это тренировка.

— Хорошо придумано, Джек. У кого есть какие-нибудь возражения против уничтожения этих паразитов? Большой Моти делает то же самое и, если, как вы говорите, они только животные, их должно быть гораздо больше, чем Коричневых. Вряд ли мы хоть сколько-нибудь расстроим его. Как вы считаете?

— Пожалуй, и нет,— сказала Сэлли,— но...

Род решительно покачал головой.

— Есть множество причин, чтобы уничтожить, и я не услышал ни одной за их сохранение. Значит мы можем принять это решение.

Хорват покачал головой.

— Но это так жестоко, капитан. Как, по-вашему, что мы защищаем?

— Разумеется, Олдерсон Драйв, а косвенно всю империю. Однако главным образом Олдерсон Драйв,— серьезно сказал Каргилл.— И не спрашивайте меня, почему я считаю, что империя нуждается в защите от моти. Я не знаю, но я собираюсь делать это.

— Вы не сможете защитить Драйв. Они уже получили его,— заявил вдруг Реннер, а когда все присутствующие повернулись к нему, криво улыбнулся.

— Что?!— воскликнул Род.— Как?

— Кто эти проклятые изменники?— требовательно спросил Синклер.— Имена этих подонков!

— Держи-хватай! Прекратите немедленно!— потребовал Реннер.— У них уже есть Драйв, капитан. Я узнал об этом час назад. Все это записано, и вы можете это увидеть.— Он встал и направился к большому экрану. По нему побежали изображения, пока Реннер не нашел место, которое искал. Затем он повернулся к смотревшим на него людям.

— Как приятно быть центром внимания,— сказал Реннер, как будто не замечая яростного взгляда Рода.— Это запись разговора между моей Моти и мной. Я постараюсь вам показать обе стороны, участвующие в разговоре.— Он коснулся переключателя, и экран ожил: Реннер на мостике "Макартура" и его Финч (клик) в посольском корабле моти. Реннер прокручивал это с большой скоростью, пока не нашел то место, которое искал.

— Вы могли прийти откуда угодно,— сказала Моти Реннера.— Правда, наиболее вероятно, что вы пришли с ближайшей звезды, скажем... впрочем, я могу показать ее.— За спиной Моти по экрану побежали изображения звездного неба: экран на экране. Затем она вытянула вперед верхнюю правую руку. Звезда была Новой Каледонией.— Судя по тому, где вы появились, мы знаем, что у вас есть мгновенный двигатель.

Реннер на экране шагнул вперед.

— Где мы появились?

— Да. Вы появились в...— казалось, что Моти ищет подходящее слово, однако, потом она отказалась от этого.— Реннер, я должна вам рассказать о существе из легенды.

— Так расскажите.— Реннер на экране маленькими глотками пил кофе.

— Если позволите, мы будем называть его Безумный Эдди. Он... иногда он бывает вроде меня, а иногда бывает как Коричневый — ученый-идиот. И всегда он совершает плохие поступки, руководствуясь высшими целями. Он делает одно и то же снова и снова, и всегда это ведет к несчастью, но он никак не научится.

В офицерской кают-компании послышался шепот, а Реннер на экране сказал:

— Например?

Моти Реннера на мгновение задумалась, затем произнесла:

— Когда город переполнен так, что ему грозит опасность немедленного коллапса... когда пища и чистая вода поступают в город в количестве, достаточном лишь для того, чтобы накормить всех, и все должны постоянно работать, чтобы поддержать такое состояние... когда все коммуникации заняты перевозкой жизненно необходимых товаров, и никто не перевозит людей... это значит, что Безумный Эдди возглавил забастовку мусорщиков за лучшие условия работы.

В кают-компании послышался смех. Реннер на экране усмехнулся и сказал:

— Я думаю, что знаю этого джентльмена. Продолжайте.

— Это Двигатель Безумного Эдди. Он заставляет корабль исчезать.

— Замечательно.

— Теоретически это должно быть двигателем мгновенного перемещения, ключом — ко всей вселенной, а на практике это заставляет корабли исчезать навсегда. Этот двигатель изобретали, строили и испытывали много раз и всегда корабли исчезали навсегда со всеми, кто был на их борту, но только в том случае, если вы пользовались им как было надо. Корабль должен был находиться в нужном месте, которое довольно трудно обнаружить, а машины его должны были действовать в точном соответствии с теорией. Иначе не происходило вообще ничего.

Оба Реннера рассмеялись.

— Понимаю. И мы появились в этой точке, точке Безумного Эдди. Из этого вы сделали вывод, что мы раскрыли секрет двигателя Безумного Эдди.

— Вы сделали это.

Губы чужака раздвинулись в подобие человеческий улыбки... Реннер долго смотрел на него, прежде чем отвернуться.

Долго все молчали, потом Синклер заговорил:

— Что ж, это достаточно ясно, не так ли? У них есть Олдерсон Драйв, но нет Поля Лэнгстона.

— Почему вы так решили, командор?— спросил Хорват. Кто-то попытался объяснить ему, но этот голос перекрыл рев главного инженера:

— Корабли этих тварей исчезали, не только в строго определенном месте, верно? Значит, у них есть Драйв. Но они никогда не видели, чтобы корабли возвращались назад, потому что они выходили в обычное пространство к вон той красной звезде. Это совершенно ясно.

— О!— Хорват печально кивнул.— Безо всякой защиты... В конце концов это находится внутри звезды, верно?

Сэлли содрогнулась.

— И ваша Моти говорила, что они делали это часто.— Она снова вздрогнула, потом сказала: — Но, мистер Реннер, никто из других моти не говорил об астрогации или чем-то подобном. Мне рассказывали о "Безумном Эдди" как о персонаже давно минувших времен.

— А мне говорили о Безумном Эдди как об инженере, использовавшем завтрашние знания для решения сегодняшних проблем,— буркнул Синклер.

— Что-нибудь еще?— спросил Род.

— Ну что ж...— Священник Харди, казалось, находился в затруднительном положении. Его полное лицо было красным, как свекла.— Моя Моти говорила, что Безумный Эдди основал религию. Жуткую, очень логичную и невероятно неподходящую религию.

— Довольно,— сказал Род.— Похоже, я единственный, чья Моти никогда не упоминала Безумного Эдди.— Он задумался.— В общем, полагаю, что можно согласиться, у Моти есть Драйв, но нет Поля?

Все кивнули. Хорват почесал свое ухо, потом сказал:

— Я вспомнил сейчас историю открытия Лэнгстона, и, вовсе не удивительно, что у Моти нет Поля. Меня удивляет, что они имеют даже Драйв, хотя его принципы можно вывести из астрофизических наблюдений. А Поле было чисто случайным изобретением.

— Допустим, что они знают о его существовании. Что тогда?— спросил Род;

— Тогда... я не знаю,— сказал Хорват.

В комнате воцарилась тишина. Полная тишина. Потом послышался шепот, а Сэлли рассмеялась.

— Вы смотрите на это так смертельно серьезно,— сказала она.— Допустим, что у них есть и Драйв и Поле. Здесь есть только одна планета, полная моти. Они не враждебны к нам, да даже если бы и были, вы действительно думаете, что они могут угрожать Империи? Капитан, что может "Ленин" сделать с планетой моти прямо сейчас и в одиночку, если прикажет адмирал Кутузов?

Напряжение спало, и все заулыбались. Конечно, она была права. У моти даже не было военных кораблей. Они не имели Поля, да даже если бы и придумали его, как они могли научиться тактике ведения космической войны. Бедные мирные моти, что могли они противопоставить Империи Человека?

Так думали все, за исключением Каргилла. Он вовсе не улыбался, когда вполне серьезно сказал:

— Этого я не знаю, моя леди. А хотел бы знать.

Гораций Бари не был приглашен на это совещание, хотя и знал о нем. Когда оно еще продолжалось, к его каюте подошел морской пехотинец и вежливо, но очень решительно, увел его с собой. Охранник не говорил, куда он ведет Бари, и было ясно, что он и сам этого не знает.

— Канонир сказал оставаться с рами и быть готовым забрать вас туда, где будут остальные, мистер Бари.

Бари внимательно изучал этого человека. Что может он сделать за сотню тысяч крон? Впрочем, пока в этом не было нужды. Не сейчас. Наверняка, Блейн не собирался расстреливать его. На мгновение Бари испугался. Может, они заставили Стоуна говорить, и теперь возвращаются на Нью-Чикаго?

О, Аллах, никто не застрахован... Впрочем, это абсурд. Даже, если Стоун рассказал все, не было и не могло быть никакого имперского сообщения для "Макартура". Они были отрезаны от Империи так же надежно, как и моти.

— Значит, вы должны оставаться со мной. А ваш офицер говорил, куда я должен идти?

— Но это не сейчас, мистер Бари.

— Тогда отведите меня в лабораторию доктора Бакмена. А почему бы и нет? Там нам обоим будет более удобно.

Рядовой подумал и сказал:

— Хорошо, идемте.

Бари нашел своего друга в плохом настроении.

— Собираю все, что не может оставаться в глубоком вакууме,— буркнул Бакмен.— Приказано подготовить все для переноса. Никаких объяснений, просто сделать это.— Он продолжал упаковывать приборы, а вдоль стен уже стояло множество ящиков и больших пластиковых мешков.

Тревога Бари прорвалась наружу. Бессмысленные приказы, охрана у дверей... он снова почувствовал себя пленником. Глядя на него, и Бакмен растерял свое спокойствие. В конце концов астрофизик плюхнулся на стул и взял чашку кофе.

— Выглядите вы не слишком хорошо,— сказал он.— Много дел?