Ларри Нивен – Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца (страница 94)

– Может, я действительно сумасшедший. Хмии, я должен довести дело до конца. С тех пор как я покинул Мир-Кольцо, у меня нет… не было повода гордиться собой. Я должен доказать…

– Сам Луис скажет нам, что угроза со стороны огненных растений миновала, – заявил вождь великанов. – Он объяснит, что мы должны сделать…

Ву с приличествующей ему скромностью вышел из-за спины громадного кзина, и никто из великанов не заметил, что он разговаривает с собственной ладонью.

Полминуты спустя из челнока раздался громовой голос:

– Слушайте же меня, ибо пришло время огненным растениям очистить место для всех людских племен. Я явлюсь перед вами в виде облака, и вы увидите плоды моих трудов. Ваша задача – собрать семена, которые вы хотите засеять там, где сейчас растут огненные растения…

С первыми лучами рассвета, когда из-за теневого квадрата появился край солнца, великаны проснулись и взялись за дело.

Им нравилось спать, соприкасаясь друг с другом. Вождь великанов возлежал в центре круга женщин, а Ву – на его краю, положив маленькую, наполовину лысую голову на женское плечо и закинув ноги на длинные костистые голени какого-то мужчины. Земляной пол был покрыт плотью и волосами.

Просыпаясь, они поднимались один за другим. Первыми выходили ближайшие к двери, беря сумки и мечи-косы, за ними следующие. Ву вышел вместе с ними.

Возле далекого челнока однорукий великан с покрытым шрамами лицом быстро попрощался с Хмии и трусцой побежал к общему дому, внутри которого предстояло спать стоявшим на посту прошлой ночью часовым. Остались также несколько старух.

Великаны широко раскрытыми глазами уставились на Ву, который начал взбираться по стене дома.

Трава и глина крошились под ним, но крыша находилась на высоте всего в двенадцать футов. Подтянувшись на руках, Луис оказался между двумя подсолнечниками.

Растения высотой в фут торчали на узловатых зеленых стеблях. Каждое из них имело единственное овальное соцветие с зеркальной поверхностью от девяти до двенадцати дюймов в поперечнике. Из центра зеркала выступал короткий стебель, заканчивавшийся темно-зеленой луковицей. Обратная сторона цветка своей жилистой структурой напоминала растительный аналог мышечной ткани. И все соцветия отбрасывали солнечный свет на Луиса Ву, хотя света пока было недостаточно, чтобы причинить ему какой-либо вред.

Обхватив руками толстый стебель подсолнечника, Луис слегка его качнул. Стебель не поддавался – корни уходили глубоко в крышу. Сняв рубашку, он поместил ее между цветком и солнцем. Зеркальное соцветие нерешительно поколебалось, затем сложилось, скрыв внутри зеленую луковицу.

Луис спустился, помня о зрителях и продолжая играть прежнюю роль. Пока он шел к челноку, где его ждал Хмии, белое сияние следовало за ним.

– Я провел часть ночи, разговаривая с часовым, – сказал кзин.

– Узнал что-нибудь?

– Он полностью тебе доверяет, Луис. Они весьма легковерны.

– Как и мясоеды. Может, это просто хорошие манеры?

– Вряд ли. Мясоеды и травоядные ожидают, что со стороны горизонта в любой момент может прийти что угодно. Они знают о странных существах, обладающих божественными способностями. И они заставили меня задуматься, с чем мы можем столкнуться дальше. Грррм… и еще часовой знал, что мы не принадлежим к расе построивших Мир-Кольцо. Это важно?

– Возможно. Что еще?

– С другими племенами проблем быть не должно. Они, может, и скоты, но разумные. Те, кто остается в вельде, соберут семена для тех, кто решил вторгнуться на территорию подсолнечников. Если туда отправятся молодые мужчины, им отдадут женщин. Возможно, когда твоя магия сработает, уйдет около трети из них. Остальным вполне хватит травы, и им не придется нападать на краснокожих.

– Ладно.

– Я еще спросил про долгосрочный прогноз погоды.

– Отлично! И?

– Часовой – старик, – сказал Хмии. – Когда он был молод и имел обе ноги, до того, как кто-то его покалечил, – переводчик использовал слово «огр», – солнце всегда светило одинаково ярко и дни всегда были одной длины. Теперь солнце кажется иногда ярче, а иногда тусклее, а когда солнце яркое, дни кажутся слишком короткими, и наоборот. Луис, он помнит, как все началось. Двенадцать фаланов назад, что означает сто двадцать оборотов созвездий, наступила тьма. Рассвет не наступал два или три дня. Они видели звезды и распространяющееся в небе призрачное пламя. Потом в течение нескольких фаланов все было как обычно. Они не сразу заметили, когда дни стали неодинаковыми – у них нет часов.

– Вполне предсказуемо. За исключением…

– Но – та долгая ночь, Луис? На что это похоже?

– Солнце вспыхнуло, – кивнул Ву. – Кольцо теневых квадратов каким-то образом уменьшилось в размерах. Возможно, удерживающая его нить может автоматически сматываться?

– А потом сила вспышки сместила Мир-Кольцо относительно центра. Теперь продолжительность дня меняется все больше, и это пугает все расы, с которыми торгуют великаны.

– Неудивительно.

– Жаль, что мы ничего не можем поделать. – Кзин хлестнул хвостом. – Но вместо этого мы сражаемся с подсолнечниками. Тебе понравилась сегодняшняя ночь?

– Да.

– Что же ты не улыбаешься?

– Если тебе действительно интересно – мог бы сам посмотреть, как и все остальные. В том большом здании нет никаких стен, все толпятся вместе. И им в любом случае нравится смотреть на других.

– Я не могу вынести их запаха.

– Он просто сильный, – рассмеялся Луис. – Не дурной, просто сильный. И мне пришлось встать на табурет. Их женщины… весьма послушны.

– Самки и должны быть послушны.

– Только не человеческие! Их женщины вовсе не глупые. Естественно, говорить я не мог, но все слышал. – Луис постучал пальцем по наушнику. – Я слышал, как Риит организовывала команду по расчистке, и у нее отлично это получалось. Да, ты был прав – их жизнь в точности напоминает жизнь стада травоядных. Все женщины – жены вождя великанов. Никто из других мужчин не может их тронуть, не считая тех дней, когда вождь объявляет праздник, а потом уходит, так что сам он ничего не видит. С его возвращением забава заканчивается, и официально считается, будто ничего не произошло. Все пребывают в некотором замешательстве, поскольку не ожидали, что мы вернем его после случившегося два дня назад набега.

– А каковы, по-твоему, человеческие самки?

– Ну… у них есть оргазм. У всех самцов млекопитающих есть оргазм, но у самок, как правило, нет. Но у человеческих женщин есть. А женщины великанов… просто подчиняются. Они… как бы сказать… в этом не участвуют.

– Тебе не понравилось?

– Конечно понравилось. Какой-никакой, но секс. Но требуется время, чтобы привыкнуть, что я не могу доставить Риит того же наслаждения, которое получаю сам. Она к этому попросту неспособна.

– Что ж, могу только посочувствовать, – сказал Хмии, – учитывая, что ближайшая моя жена находится в двухстах световых годах отсюда. Что будем делать дальше?

– Подождем вождя великанов. Возможно, он слегка лишился сил – большую часть прошлой ночи он восстанавливал отношения со своими женами. Собственно, он мог показать мне, что следует делать, на собственном примере. Он достоин восхищения, – проговорил Луис. – Он… обслужил десяток женщин, и, невмирс, я изо всех сил старался за ним поспевать, но моему самолюбию это никак не помогло… Ладно, не важно. – Луис широко улыбнулся.

– Луис?

– Мои органы размножения не рассчитаны на подобные размеры.

– Часовой сказал, что самки других рас испытывают благоговейный трепет перед самцами великанов. Они занимаются ришатрой при любой возможности, и им крайне нравятся мирные переговоры. Часовой был сильно расстроен оттого, что Луис не сделал тебя самкой.

– Луис слишком спешил, – сказал Ву, входя внутрь.

Прошлой ночью сборщики вывалили из своих мешков на некотором расстоянии от общего дома огромную кучу срезанной травы. Большую ее часть сожрали часовые и вождь великанов; сборщики, видимо, ели за работой. Теперь Луис наблюдал, как вождь, вприпрыжку бежавший к челноку, остановился возле груды, чтобы ее доесть.

Травоядные проводят слишком большую часть жизни за едой, размышлял Луис. Как эти гуманоиды смогли сохранить разум? Хмии был прав – чтобы подкрасться к стеблю травы, разум ни к чему. Возможно, разум требовался, чтобы не съели тебя самого. Или… нужна была немалая хитрость, чтобы подкрасться к подсолнечнику.

Луис почувствовал, будто за ним кто-то наблюдает.

Он обернулся. Никого.

В лучшем случае могла бы возникнуть неловкая ситуация, если бы вождь великанов понял, что его провели. И тем не менее Луис был в кабине совершенно один, если не считать шпионских глаз Замыкающего. Откуда это покалывание в затылке? Он снова обернулся, и… кого он пытался обмануть? Это оказался дроуд. Черная пластиковая коробочка смотрела на него с шагодиска.

Порция тока могла бы по-настоящему заставить его почувствовать себя богом. Но она бы все и испортила! Он вспомнил, что Хмии видел его под током. «Словно безмозглое морское растение…» Луис отвел взгляд.

Сегодня вождь великанов пришел без брони. Когда они с Хмии вошли в комнату отдыха, кзин воздел лапы к потолку, сложив вместе подушечки, и нараспев произнес:

– Луис!

Великан попытался ему подражать.

– Найди мне одну из репульсорных панелей, – с ходу начал Луис. – Положи ее на пол. Хорошо. Теперь принеси немного сверхпроводящей ткани. Она тремя дверями дальше, в большом шкафу. Хорошо. Оберни тканью репульсорную панель. Полностью ее покрой, но оставь складку, чтобы можно было добраться до настроек. Хмии, насколько прочна та ткань?