Ларри Нивен – Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца (страница 142)
Ничего не было видно и слышно, кроме воя проносящегося мимо распадающегося базальта и вспышек молний где-то позади, где заряды электронов вновь заявляли о своих правах. Сколько же лавы вылила сюда Тила? Ему казалось, что прошли часы.
Внезапно он на что-то наткнулся.
Он смотрел сквозь окно на странное помещение, напоминавшее гостиную с кушетками и парящим в воздухе кофейным столиком. Но все выглядело мягким, без острых граней и твердых поверхностей, о которые можно было бы стукнуться коленом. В окне на дальней стене виднелись огромные здания и куски черного неба между ними. На улицах толпились кукольники Пирсона. И все это было перевернуто вверх ногами.
То, что он принял за одну из кушеток, оказалось кое-чем иным. Переведя лазерный фонарь на малую мощность, Луис включил его и тут же выключил. С минуту ничего не происходило, затем плоская голова на тонкой шее, появившаяся, чтобы попить из неглубокой чаши, удивленно дернулась и метнулась обратно под брюхо.
Луис ждал.
Поднявшись на ноги, кукольник повел Луиса вокруг корпуса корабля – медленно, поскольку Луису приходилось прокладывать путь дезинтегратором, – туда, где он поместил снаружи шагодиск-передатчик. Кивнув, Луис вернулся за своими спутниками.
Десять минут спустя он был уже внутри. Одиннадцать минут спустя они с Харкабипаролин жрали, как изголодавшиеся кзины. Аппетит самого Хмии не поддавался описанию. Каваресксенджаджок в ужасе таращился на кзина, но Харкабипаролин, казалось, ничего не замечала.
По времени погребенного в застывшей лаве в десятках миль от солнечного света корабля наступило утро.
– Наша медицинская аппаратура повреждена, – сказал Замыкающий. – Хмии и Харкабипаролин придется как-то обходиться самим.
Он находился в кабине, общаясь с ними по внутренней связи, что могло иметь какое-то значение, а могло и не иметь. Тилы больше не было, и Мир-Кольцо мог уцелеть. Перед кукольником внезапно открылась долгая жизнь, которую следовало оберегать, и близкие отношения с инопланетянами были ему противопоказаны.
– Я потерял контакт как с челноком, так и с зондом, – продолжал кукольник. – Практически одновременно с тем, как пропала связь с челноком, выстрелила противометеоритная защита, что бы это ни означало. Сигналы с поврежденного зонда прекратились сразу же после того, как Тила Браун попыталась вторгнуться на «Иглу».
Хмии выспался (на водяной лежанке, в полном одиночестве) и наелся досыта. На его шкуре вновь неизбежно должны были появиться интересные шрамы, но раны затягивались.
– Тила наверняка уничтожила зонд, как только его увидела, – сказал он. – Она не могла допустить, чтобы у нее за спиной остался опасный враг.
– У нее за спиной? Кто?
– Замыкающий, она назвала тебя более опасным, чем кзин. Несомненно, тактическая уловка, чтобы оскорбить нас обоих.
– И это ей удалось, – две плоские головы на мгновение взглянули друг другу в глаза. – Что ж, наши ресурсы сократились до самой «Иглы» и единственного зонда, который мы оставили на вершине возле летающего города. Датчики на нем все еще работают, и я послал ему сигнал возвращаться, на случай если мы придумаем для него какое-то применение. Зонд должен добраться до нас через шесть местных дней. Мы, похоже, вернулись к изначальной проблеме, имея дополнительную информацию, но вместе с тем и дополнительные сложности. Как восстановить устойчивость Мира-Кольца? Мы полагаем, что вполне можем приступить к решению этого вопроса, – сказал Замыкающий. – Согласны? Поведение Тилы, неприемлемое для любого признанного разумным существа…
Луис Ву никак не комментировал слова кукольника. Все это утро он молчал.
Каваресксенджаджок и Харкабипаролин сидели, скрестив ноги, у стены, почти плечом к плечу. Рука Харкабипаролин была забинтована и висела на перевязи. Время от времени мальчик бросал на нее обеспокоенный взгляд. Естественно, она приняла обезболивающее, но вряд ли именно этим объяснялось охватившее ее оцепенение. Луис понимал, что с мальчиком стоило бы поговорить… если бы он знал, что сказать.
Ночь Градостроители провели в трюме – Харкабипаролин в любом случае не согласилась бы на спальное поле, боясь упасть. Когда Луис присоединился к ним за завтраком, она без особой спешки предложила ему ришатру, сказав лишь:
– Только осторожнее с моей рукой, Лувиву.
Отказ от секса требовал в культуре Луиса определенного такта. Он сказал ей, что опасается повредить ей руку, что было правдой. Не меньшей правдой было и то, что он, похоже, просто не смог бы себя заставить. Не повлияло ли на него таким образом древо жизни? Но он не ощущал никакого влечения к желтым корням, даже к подающему электрический ток проводу.
Казалось, в это утро у него вообще отсутствовали какие-либо желания.
Полтора триллиона жизней…
– Примем как данность мнение Луиса относительно Тилы Браун, – сказал Замыкающий. – Тила доставила нас сюда, и ее намерения совпадали с нашими собственными. Она сообщила нам столько информации, сколько смогла. Но какой именно информации? Она сражалась с обеих сторон. Насколько было для нее важно создать еще троих защитников, а потом убить двоих из них? Луис?
Погруженный в задумчивость Луис почувствовал, как его кожи над сонной артерией коснулись четыре острых когтя.
– Прошу прощения?
Замыкающий начал было повторять, но Луис яростно покачал головой:
– Она убила их с помощью противометеоритной защиты, дважды выстрелив по целям, отличным от жизненно необходимых для нас. Нам было позволено за этим наблюдать, не пребывая в стазисе. Еще одно послание, так сказать.
– Полагаешь, она могла выбрать другое оружие? – спросил Хмии.
– Оружие, время, обстоятельства, число действующих защитников – выбор у нее был достаточный.
– Теперь уже ты играешь с нами в игры, Луис? Если что-то знаешь – почему бы не рассказать?
Бросив виноватый взгляд на Градостроителей, Луис увидел, что Харкабипаролин пытается не заснуть, а Каваресксенджаджок внимательно слушает. Двое самопровозглашенных героев ждали шанса помочь спасти мир. Невмирс…
– Полтора триллиона жизней, – сказал он.
– Ради спасения двадцати восьми с половиной триллионов и нас самих.
– Тебе не довелось с ними познакомиться, Хмии. Впрочем, не со многими. Я надеялся, что кто-то из вас об этом задумается. И ломал голову, пытаясь найти какой-то…
– Познакомиться? С кем?
– С Валавиргиллин. Гинджерофер. Вождем Травоядных. Мар Корссил. Лалискарирльяр и Фортаралиспльяром. Скотоводами, травяными великанами, земноводными, Висячим народом, Ночным народом, Ночными охотниками… Предполагается, что мы убьем пять процентов, чтобы спасти девяносто пять. Эти цифры ничего тебе не напоминают?
Ему ответил кукольник:
– Система коррекционных двигателей Мира-Кольца функционирует на пять процентов. Ремонтная команда Тилы заново установила их на пяти процентах дуги Мира-Кольца. Это и есть те, кто должен погибнуть, Луис? Живущие в пределах этой дуги?
Харкабипаролин и Каваресксенджаджок недоверчиво уставились на него.
Луис беспомощно развел руками:
– Мне очень жаль.
– Лувиву! – воскликнул мальчик. – Но почему?
– Я дал обещание, – ответил Луис. – Если бы я не пообещал, возможно, у меня оставался бы выбор. Я сказал Валавиргиллин, что спасу Мир-Кольцо, чего бы это ни стоило. Я пообещал, что спасу и ее, если смогу, но это невозможно. У нас нет времени, чтобы ее найти. Чем дольше мы ждем, тем больше сила, отталкивающая Мир-Кольцо от центра. Так что она где-то на той дуге, как и летающий город, и империя Машинного народа, и маленькие красные мясоеды, и травяные великаны. И все они погибнут.
Харкабипаролин стиснула руки:
– Но ведь это все, кого мы знаем в этом мире, хотя бы понаслышке!
– Я тоже.
– Но ведь это значит, что спасать, собственно, нечего! Почему они должны погибнуть? Каким образом?
– Смерть есть смерть, – ответил Луис и, помедлив, продолжил: – Лучевая болезнь, от которой умрут полтора триллиона представителей двадцати или тридцати рас. Но только в том случае, если мы сделаем все как надо. Для начала нужно выяснить, где мы находимся.
– А где нам следует находиться? – рассудительно спросил кукольник.
– В двух местах. В тех, откуда управляется противометеоритная защита. Нам нужна возможность направить в требуемую точку плазменные выбросы, солнечные вспышки. И еще нам нужно отсоединить подсистему, которая превращает плазменные выбросы в лазерные лучи.
– Я уже нашел эти места, – сказал Замыкающий. – Пока вы отсутствовали, выстрелила противометеоритная защита, вероятно, чтобы уничтожить челнок. От магнитного воздействия пострадала половина моих датчиков, но я сумел отследить источник импульса. Мощные токи в поверхности Мира-Кольца, которые создают солнечные вспышки и управляют ими, исходят из точки под северным полюсом Карты Марса.
– Вероятно, аппаратура нуждается в охлаждении… – начал Хмии.
– Невмирс, не важно! Что насчет лазерного эффекта?
– Несколько часов спустя последовали более слабые электрические воздействия, подчиняющиеся определенной закономерности. Про источник я уже говорил – он прямо у нас над головами, с точки зрения расположения корабля.
– Как я понимаю, мы должны отключить эту систему, – сказал Хмии.
– Легко, – усмехнулся Луис. – Я мог бы это сделать с помощью лазерного фонаря, бомбы или дезинтегратора. Самое сложное – научиться вызывать солнечные вспышки. Вряд ли управление рассчитано на идиотов, а времени у нас не так уж много.