Лариса Володина – Семечко дерева жизни (страница 16)

Круглая комната могла служить внутренностью цветка, сомкнувшего свои лепестки. Тонкие стены струились и трепетали, словно за ними текла сребристая река, воды которой поднимались от пола к потолку. Эта комната очаровала меня своей неяркой красотой. Немного погодя я заметила у одной из стен невысокий овальный стол, на котором лежал древний свиток. Он сворачивался с помощью длинных палочек, прикрепленных к его краям. Дверь в другое помещение находилась у противоположной стены, и я намеревалась уже двигаться дальше, когда мои размышления прервались самым бесцеремонным образом.

– Долго ты еще будешь стоять? – спросил голос сердито. – Говори, зачем пришла. Ты кто – посланник?

Обернувшись, я увидела сидящего ко мне спиной человека. Он склонился над небольшим столиком, на котором лежала книга.

– Нет, – ответила я.

– Подойди.

Я подошла.

Он был очень стар. Пушистые белоснежные волосы с пробором посередине обрамляли суровое лицо. Широкие белые одежды, расшитые по краю шелком, скрывали худенькое тело, оставляя свободными только маленькие руки, лежащие на книге. Темно-карие строгие глаза уставились на меня, и я смутилась, как провинившийся ребенок.

– Говори, кто ты и зачем пришла.

Я сказала.

– Я ничем не могу помочь тебе, – нахмурился старик. – Вижу, ты путешествуешь для собственного удовольствия.

– Разве так уж плохо – пытаться помочь кому-то? – возразила я обиженно.

Он помолчал, потом поднялся с кресла, в котором сидел, и прошел к столу, где лежал свиток.

– Хорошо, – проворчал он, – посмотрим, что можно сделать.

Он взялся за палочки и развернул свиток.

– Ты ничем не можешь помочь этой девушке, – заговорил он немного погодя. – Ее жизненная линия не встречается с твоей, а Господь дал тебе право помогать только тем людям, чья судьба пересекается с твоей. Ты можешь оказать помощь ее матери, а через нее —девушке.

– Подожди, – остановила я его. – Ты дал понять, что не знаешь, кто я. Почему тогда на твоем столе лежит расчерченной только моя судьба и больше ничья?

Ничуть не смущаясь, он ответил:

– Тебе следовало уже научиться задавать правильные вопросы, а не те, на которые не можешь получить ответ.

Он положил свиток на место и вернулся в свое кресло. Помолчав немного, он заговорил снова:

– Нельзя вмешиваться в промысел Божий, и тот, кто это делает, будет наказан. Ты и так уже достаточно сделала для этой девушки, и большего не сможешь. Ее душа все еще болит от потери, и излечить ее сможет только любовь к другому мужчине. Сейчас она думает, что ее жизнь закончилась, так и не успев начаться. Ей нужна опора и поддержка семьи. Только любовь и покой. Все пройдет со временем.

–Ты говоришь, что я могу помочь ее матери. Но как?

– Дай ей свою тетрадь, ту, о которой говорил Господь.

– Дать тетрадь?

У меня все оборвалось, словно он говорил о моей руке или ноге.

– Тебе все равно когда-то придется это сделать, – вздохнул он. Я увидела мягкий свет в его карих глазах, и глубоко за ним— понимание и печаль. – Отдать людям то, что написано в твоих тетрадах. Дающим возвращается втройне.

Я уже собралась уходить, когда он остановил меня.

– Подойди, – сказал он. – Я так и не рассмотрел тебя как следует.

Я подошла и села у его ног. Он больше не казался мне сердитым или суровым. Какая-то особенная, трогательная доброта разливалась вокруг него.

– Бог наделил тебя красотой, силой и стойкостью, – говорил он, гладя меня по голове, – но не дал тебе счастья. Но ты все же постарайся быть счастливой. Твоя судьба занимает Его более других судеб. Я вычерчиваю жизненные линии его избранников и посылаю ангелов следить, чтобы происходило то, что должно. И еще я читаю молитвы из этой книги за вас.

Часть 6. Страна грез

Входить в этот мир трудно, поэтому его делают похожим на сказку.

Я стояла на зеленом лугу, усыпанном цветами. Такой трава бывает в начале лета – высокой, сочной, ярко-зеленой. Среди многообразия цветов выделялся один, особенный – темно-фиолетовый, странной треугольной формы, на пушистом высоком стебле. Только я наклонилась к нему, как мир закружился и свернулся в сверкающую точку.

Свет сменился темнотой и сыростью. Из маленького тесного подземелья было два выхода. Первый, небольшой, располагался под потолком. Перспектива вскарабкаться так высоко по скользким мшистым камням выглядела непривлекательно. Второй, побольше, более удобный, выходил на огромный водопад, шумный и неистовый. Броситься в бушующую бездну тоже не лучший вариант, но я выбрала именно эту дорогу. Почему? Понятия не имею. К счастью, водопад оказался иллюзией. Я вошла в воду – и перенеслась в другое место.

Большой светлый зал показался мне необычным. Колонны из светящегося вещества располагались слишком близко друг к другу, поэтому, скорее всего, предназначались не для того, чтобы поддерживать свод. Белое, смешанное с черным, создавало ощущение разводов на граните.

– Водопад – всего лишь обман для душ человеческих, которым нельзя входить сюда, – сказал голос.

Я обернулась, но никого не увидела. Просто почувствовала присутствие.

– Этот зал тоже обман?

– Нет. Ему тысячи лет. Но в нем все не так, как ты подумала. – ответил голос. – Подойди к колоннам.

Я подошла колоннам и поняла, что вещество, из которого они сделаны, не твердое, а газообразное.

–Это вещество – слова и мысли человеческие, произнесенные и выплеснутые наружу. И эмоции – радость, ненависть, счастье и многое другое. Они принимают здесь вещественную форму и накапливаются в таких столбах. Их много здесь, таких залов. Многие тысячи лет уходит на то, чтобы их заполнить. Но свободных залов почти не осталось.

– Что вы делаете с этим веществом?

– Иди дальше.

Я вышла в бесконечный белый коридор, конец которого исчезал в светлой дымке. Мой невидимый собеседник свернул направо, открыл дверь и подвел меня к мосту из молочно-белого стекла. Под мостом текла черная вязкая река.

– Необходимо тысячи лет, чтобы чернота осела в колоннах. Она стекает в эту реку, которая дальше движется в царство Темного правителя. Он питает ею себя и свой мир. А из чистых белых колонн, которые остаются, мы строим в благословенном мире все, что нам необходимо. Из этого вещества созданы дворцы, сады, моря и реки, миры, где обитают души человеческие – все, что нам может понадобиться. Мы создаем это здесь, а потом переносим, куда необходимо. Только границы благословенного мира и ворота созданы из тела Господнего, энергии Святого Духа – этот материал слишком драгоценен, чтоб расходовать его на другие вещи. Хочешь посмотреть зал вашего поколения?

Я кивнула.

Мы вернулись в коридор, и мой невидимый собеседник открыл другую дверь. Мы вошли в небольшой зал с черными полом и потолком. Колонны тоже состояли, в основном, из черного вещества, с небольшими вкраплениями белого.

– Чернота заполняет этот мир, – заговорил ангел с печалью. – Скоро река выйдет из берегов и затопит здесь все. Белое не станет черным, но мы уже не сможем строить. – Он помолчал немного и добавил: – Найди колонну со своей сегодняшней ссорой.

Я вспыхнула и молча потянулась к одной из них. Ангел помолчал, вероятно, изучая, содержимое, потом сказал:

– Посмотри, вещество не белое и не черное, а желтоватое. Это не злоба, а досада. Но все равно этого не должно быть. Забирай.

Я сложила желтое в подол платья – оно шевелилось, словно живое.

– Куда мне это деть? – спросила я с отвращением и стыдом.

– Богу это не нужно, а Темный правитель с радостью бы забрал, но ему не отдавай. Лучше выброси в огненное озеро, где Бог утопит все зло.

Мы вернулись в коридор, и ангел открыл маленькую тяжелую дверь из очень плотного материала. Мне в лицо полыхнул багровый свет. Темно-красные облака танцевали над расстилавшейся до горизонта пропастью, в глубине которой ярко-алым мерцало огненное озеро. Низкий гул, грохот и вой облаков, которые рвали на части черный вихри, то и дело возникающие над поверхностью озера, ударили в меня с такой силой, что я едва не упала. Еле переставляя ноги, я подошла к краю пропасти и, наклонившись, бросила туда то, что принесла. Это длилось всего мгновение, но я почувствовала неимоверное облегчение.

– Теперь тебе станет легче, – сказал ангел.

– Значит ли это, что снята тяжесть с моей души?

– Нет. Ты избавилась от выплеснутых эмоций и чувств. Душа—это другое.

– Если бы человек боролся с животным внутри себя, эти колонны стали бы чище.

– Это не так. Животное проявляется в малом – есть, спать, размножаться, убивать ради пищи. Когда не хватает чего-то или излишек, это не отражается на душе. К изменениям приводит недостаток работы над душой. Ты видела черную реку. Разве темный правитель питается хлебом или пьет вино? Его пища —то, что в реке.

– Во время поста человек ограничивает себя в еде.

Я почувствовала, как ангел покачал головой.

– Пост —для души. Неважно, чем питается человек. Он может есть мясо и оставаться с Богом. Он может поститься всю жизнь, и не попасть к Богу.

Следующий зал напоминал огромную подземную пещеру. Под ее темными сводами плясали золотые и белые искорки, которые падали дождем на белый камень пола, рождая ощущение сна или сказки.

– Скажи, почему я не вижу тебя? – решилась я спросить.

– Мы ждем, когда ты нас позовешь, – ответил ангел.

В то же мгновение пещера наполнилась белыми ангелами. Они окружили меня. Они водили вокруг меня хороводы, пели и смеялись.