Лариса Вединская – Рассказы за горизонтом (страница 6)

— Ну и кто здесь живёт? — пробасил незнакомец так громко, что даже чашки на столике тихонько звякнули.

Клэр ошарашенно посмотрела на него, а Бэн не растерялся:

— Мистер, мы не живём здесь, а едем в гости к маминой подруге, знакомиться с женихом.

— Бэн! — с испугом воскликнула мама и покраснела так, что даже кончики ушей стали розовыми.

— Меня зовут Бэн, а маму — Клэр, — продолжил мальчуган, не замечая маминого смущения. — А вас как?

Мужчина усмехнулся, и его шикарные седые усы дрогнули. Он положил чемоданчик на верхнюю полку, повесил шубу и шапку на вешалку, прикрыл дверь купе, будто хотел создать свой собственный маленький уютный мир.

— Позвольте представиться, — он вытянулся в струнку и шутливо поклонился. — Паровоз Красный Нос… Фу ты, Мороз Красный Нос!

Бэн и Клэр на секунду онемели. Потом Клэр вспрыснула и засмеялась — тихо, но так искренне, что даже воздух в купе стал теплее.

— Нет такого имени, — насупился Бэн, скрестив руки на груди, но в глазах у него уже мелькал интерес.

Мужчина бесцеремонно схватил Бэна в охапку и посадил себе на колено.

— Разве мама не говорила тебе, что в Северном королевстве живёт волшебник на полюсе?

— Что-то говорила, — недовольно скривился Бэн. Он хотел было слезть, но этот шумный, тёплый весельчак ему всё больше нравился. — Толстый дядька ночью через дымоход попадает в дома и оставляет послушным детям подарки.

— Ну, не совсем толстый, — подмигнул мужчина. — И он ещё многое чего делает!

Бэн вопросительно посмотрел на него, будто требовал доказательств.

— По его команде идёт снег. Им он накрывает землю и спасает посевы от замерзания. Сковывает льдом реки и озёра, чтобы их жителям было комфортно.

— А ещё? — не унимался Бэн.

— Ещё? — переспросил мужчина и бросил быстрый взгляд на Клэр. Та улыбнулась и опустила глаза к вязанию, пряча улыбку. — Волшебник летает на санях и наряжает городские ёлки.

— Ух ты! — обрадовался Бэн, и его глаза загорелись так ярко, будто в них зажглись маленькие огоньки.

В дверь купе постучали.

— Войдите, — сказал мужчина.

Дверь открылась, и все увидели проводника — худощавого молодого человека с внимательными глазами. В руках он держал три стакана в серебряных подстаканниках. Купе мгновенно наполнилось ароматом высокогорного чая — терпким, пряным, уютным.

— Ваш чай, мистер, и ваш билетик, — вежливо произнёс проводник.

Мужчина снял Бэна с колена и аккуратно одёрнул его курточку.

Достав из кармана билет, он подал его проводнику.

Проводник вслух прочитал:

— Морозь Николай Иванович.

Он пробил билет и вернул его мужчине, затем быстро вышел, прикрыв за собой дверь.

Попутчик положил билет обратно в карман, сел и потёр ладони, будто собирался устроить настоящий праздник.

— Давайте пить чай, — предложил он.

Клэр засуетилась, достала из сумки красивую коробку с печеньем и поставила её на столик.

— Угощайтесь, — сказала она. В её голосе прозвучала домашняя теплота.

— Так вас зовут Николаем Ивановичем? — ехидно спросил Бэн, откусывая печенье и глядя на попутчика с хитринкой.

— Кто как, — ответил Николай Иванович, отпивая горячий чай и закусывая его печеньем. — Кто Морозом, кто Николаем, а кто и Морозом Ивановичем.

— А у вас есть семья, дети? — не унимался Бэн, будто пытался разгадать самую большую тайну.

— Ну всё, я проголодался, — ловко ушёл от ответа Николай Иванович. — Приглашаю вас отужинать со мной в ресторане.

— Мама, мамочка, соглашайся! — закричал Бэн, подпрыгивая на месте.

— Тише, Бэн, не кричи, — шикнула на него мама, но в её глазах уже мелькнула улыбка. Она посмотрела на попутчика. — Хорошо, мы принимаем приглашение мистера Паровоза.

В ресторане было немного посетителей: дамы в красивых платьях, их напыщенные кавалеры. Официанты важно ходили между столиками, принимая заказы.

Бэн выбрал столик у окна. Официант быстро накрыл стол, и вскоре перед ними появились тарелки с горячей едой. Снегопад уже закончился, и небо стало прозрачным, усыпанным звёздами. Бэн то и дело поглядывал в окно, надеясь снова увидеть живую снежинку‑незнакомку. Он ел, слушал тихий, живой разговор мамы и Николая Ивановича, который шутил и всячески старался расположить к себе Клэр. Но снежинка больше не показалась, и Бэн заскучал.

— Мам, я наелся и хочу спать, — наконец признался он, зевая и пряча зевок в кулачок.

Клэр положила вилку.

— Хорошо, пошли, я тебя уложу, — согласилась она.

— Я тоже хочу спать, — зевнул Николай Иванович, вытирая салфеткой уголки рта. Он подозвал официанта и попросил счёт.

Рано утром проводник разбудил всех громким криком:

— Конечная! Конечная!

После утренних сборов пассажиры быстро оделись. Поезд медленно подъехал к белоснежному вокзалу. Он сверкал на солнце, будто был сделан из чистого льда и хрусталя.

— Какой красивый! — с восторгом произнёс Бэн, разглядывая вокзал в окне, и его голос дрожал от восхищения.

— Пошли, Бэн, пошли, — позвала его мама.

Николай Иванович любезно согласился помочь с багажом.

Когда они вышли из поезда, то услышали звонкий, зовущий голос:

— Клэр, Бэн, я здесь! — махала им молодая женщина, подбегая всё ближе.

Она крепко обнялась с Клэр, подмигнула Бэну и весело протянула ему руку.

— Молли, — представилась она.

Вслед за Клэр и Бэном из поезда с багажом вышел Николай Иванович и подошёл к ним. Молли уставилась на него, будто увидела привидение.

— Николай?!

— Привет, — весело ответил он. — Клэр, куда нести багаж?

— Так вы знакомы?! — продолжала удивляться Молли, переводя взгляд с одного на другого.

— Да, вот уже двенадцать часов, а что? — равнодушно спросил Николай.

— Ну даёте! Вы уже сами познакомились, — выпалила она, всплеснув руками.

Клэр, Бэн и Николай удивлённо посмотрели друг на друга и расхохотались — громко, искренне, так, что прохожие оборачивались и улыбались.

В это время к ним подбежала зверушка, очень похожая на белку, одетая в скромную шубку, из‑под которой выглядывала тёмная юбка, а пушистый хвост весело подпрыгивал при каждом шаге.

Бэн увидел её и обомлел, будто увидел не белку, а настоящего дракона.

— Госпожа, за вами не угонишься, — запыхавшись, пропищала зверушка.

— Прости, Кэт, не удержалась, — извинилась Молли и озорно посмотрела на Бэна.

Николай покачал головой и спросил у Клэр: