Лариса Васильева – О, мой профессор! (страница 8)

Черт, действительно, темно! Я потянулась рукой к профессору, но промахнулась, мазнув пальцами по холодной стене.

— Что ты делаешь? — Григорьев тоже клацнул зубами.

Было холодно, и я дрожала, но вместе с тем внутри росло приятное ощущение тепла с примесью возбуждения и опасности. Так себя, наверное, чувствуют гонщики перед финальным заездом или бандиты, планируя грабануть банк.

— Пытаюсь нащупать твой стояк. Тебя же жутко заводит разгуливание голышом. Возбуждение так и зашкаливает! — я захихикала, Матвей тоже.

— Ты сумасшедшая, — он сократил расстояние, и теперь мы только каким-то чудом не касались друг друга обнаженными телами.

— Ты тоже, — я смеялась, но это было скорее нервное. Острое желание разливалось волнами по телу, концентрируясь между ног. А ведь он даже толком ко мне не прикоснулся.

Мы смеялись, почти касаясь друг друга, и неизвестно чем бы это все закончилось, но неожиданно включился свет, и раздался громкий женский визг.

— Твою же мать!

Рита?!

Я вздрогнула, обернулась, но свет телефонного фонарика бил в лицо и ни хрена ничего не было видно. Зато сестричка, наверное, все разглядела.

— Больной придурок! — выкрикнула она, скорее всего, имея в виду брата, и как фурия выскочила из нашего укрытия. Как показала практика, не такого уж и укрытия.

— Она всегда так ругается? — я посмотрела на место, где только что стояла Рита.

— Почти, — хмыкнул Матвей и потянулся за одеждой. — Все-таки посверкал.

Сестренку мы нашли сидящей на бордюрном камне в стороне от основной тусовки. Она нервно курила и выглядела не склонной к диалогу.

— Ключи! — Григорьев подошел и протянул руку.

— Чего? — Рита подняла на него взгляд. Потом на меня. Хмыкнула.

— Немедленно! — потребовал Матвей.

А профессор умеет быть напористым!

— А мне на чем добираться? — возмутилась байкерша, но нехотя полезла в карман и вложила связку в раскрытую ладонь брата.

— С Рустамом поедешь, а мне девчонку надо отвезти.

— Знаешь, что ты дебил? — фыркнула Рита, и в ее голосе звучала неприкрытая ярость.

— А еще больной придурок, — кивнул Матвей. — Ты сегодня была жарка на эпитеты. Всем до свидания! — он поднял руку, прощаясь. — Поехали, — обернулся, и я доверчиво вложила свою руку в его широкую ладонь.

Обратный путь мы преодолели быстро и с ветерком. К концу поездки я дрожала, как осиновый листок, но было безумно приятно держаться за Матвея. Ощущать теплоту его кожи, чувствовать сердцебиение и напряжение, когда тормозил на светофоре и также резко срывался с места.

— Спасибо, — я вернула шлем и помялась с ноги на ногу.

Ненавижу прощания, особенно когда не хочется расставаться. На часах половина двенадцатого и знаю, Матвей уедет при любом раскладе. Что бы я ни предложила.

Григорьев сидит на байке, и я прижалась к нему всем телом.

— Я буду скучать, — поцеловала и быстро отстранилась. Он удержал меня. Чуть-чуть, самую малость, но мне этого достаточно, чтобы чувствовать себя уверенно.

Остаток ночи сижу на балконе, потягивая безалкогольное пиво. Мысли скачут, как сумасшедшие, сна ни в одном глазу. Я перевозбуждена и не удовлетворена. Тело ноет и просит разрядки, но Матвей уехал, и мне некому помочь.

Меня обуревают странные желания и мысли. Все началось с невинного розыгрыша, когда же я успела заиграться настолько, что постоянно думаю о Матвее. Желание, риск, страх, пикантные ситуации — все вместе будоражат кровь и усиливают влечение.

Копаюсь в телефоне, читая об удовольствиях, которые можно доставить мужчине. Советов много, но подойдут ли они для Матвея? Все люди разные. Если одного заводит сверху, другого сзади или как-нибудь еще. На видео о минете я зависла дольше. Здесь все гораздо сложней и изящней. Я столько раз обещала порадовать Матвея. Будет глупо, если он узнает, что я в этом новичок. На видео девица так искусно изощрялась, лаская мужчину, что мне стало страшно не повторить ни одного движения.

Несколько дней льет дождь и выходить на улицу совсем не хочется. Просиживаю в интернете, болтаю с девчонками, планируя очередную вылазку, но снова и снова возвращаюсь мыслями к профессору. У Змея есть мой номер телефона. Забила ему в записную книжку мобильника в ту роковую ночь. Наверное, он даже не знает, что «милая» это и есть я. И у меня есть его номер, но звонить сейчас глупо и банально. Назначать встречи, на которые он, возможно, не придет не в моих правилах.

— Снежан! — в комнату вошел отец и я резко захлопнула ноутбук. — Сегодня вечером у меня ужин с деловым партнером. Ты обязана на нем быть.

— У-ужин? — я все еще витаю в облаках романтики. — А зачем мне там быть? Выбудете обсуждать дела, я так понимаю.

— Сергей будет не один, — отец улыбнулся. Обычно он более напорист. Значит, что-то задумал. — С ним будет сын Александр примерно твоего возраста.

— Пап, сейчас двадцать первый век! — протянула я, разгадав замыслы моего предка о сводничестве.

— Я знаю и не прошу от тебя особых усилий. Просто веди себя как обычно. Но, если вы с Александром приглянетесь друг другу, я буду очень и очень не против.

— Бесит старик! — после обеда пожаловалась Русе.

У подруги есть повод для радости — экзамен сдала на отлично. А у меня тупое сводничество, от которого выворачивает.

— Да, я симпатичная, — разглядываю себя в зеркале, в который раз убеждаясь, что природа не обделила меня красотой, — но это не повод пихать меня к сынку каждого делового партнера.

— Он же не просит тебя трахаться с ним, — резонно замечает подруга. — Просто посидишь в ресторане, похаваешь вкуснятины и свалишь, когда надоест.

— Не просит, но будет очень и очень не против, если это случится.

Собираясь на предстоящий ужин, думала о Матвее. Мысли хоть как-то примиряют меня с предстоящей действительностью. Платье, туфли, изумрудные сережки. Волосы распустила и выпрямила. Отцу нравится, когда они свободно струятся по плечам.

— Ты у меня красавица! — восхитилась мама, когда я спустилась в холл. — Игорь ждет тебя в машине.

У моих родителей не было мексиканских страстей. Да, я несколько раз заставала их в пикантных ситуациях и также быстро исчезала, не позволяя себя заметить, но их общение походило на заранее отработанную программу. «Доброе утро, дорогой!», «Люблю тебя», дежурный поцелуй. И так каждый день. Я никогда не видела, чтобы отец обнял маму на лестнице или в темном холле. Они никогда искренне не смеялись, оставшись наедине. Возможно, быт убил в них всю романтику, а, возможно, между ними ее никогда и не было.

— Снежана Игоревна, вы просто красавица! — Сергей, партнер отца встал, когда мы подошли к столику. — Игорь рассказывал, но в действительности вы намного красивее.

Дежурный комплимент, но мне не по себе. Чувствую, что должна находиться в другом месте, но послушно улыбаюсь и благодарю.

— Спасибо!

— Александр задерживается, — Сергей смотрит на часы и предлагает начать без него. — Он у меня слишком деловой. Энергия молодости. Хочется все успеть, за день переделать кучу дел. Я сам был такой.

Он нахваливает своего сыночка, стараясь произвести на меня впечатление. А вот и он сам.

— Всем добрый вечер! Александр Неверов, — представляется.

Мужчины пожали друг другу руки, я дежурно улыбнулась. Высок, строен, энергичен и совсем недурен, но не мое. Совсем.

Александр сел рядом и широко улыбнулся. Девчонки, наверное, от этой улыбки млеют, но мне почему-то хочется бежать на край света.

Пока родители обсуждают дела, Александр пытается меня разговорить. Стараюсь отвечать односложно, не вдаваясь в подробность.

— Я несколько лет жил в Америке, — сообщил он заговорщическим тоном и вывалил на меня кучу подробностей своей забугорной жизни.

Отвернулась, зевнула, вернулась взглядом к собеседнику, улыбнулась, демонстрируя заинтересованность. Когда принесли закуски, накинулась на них, словно изголодавшийся койот. Только бы не слышать противного голоса Александра. Не пойму, почему меня от него выворачивает, но так мерзко еще никогда себя не чувствовала.

Мужчина неосторожно коснулся моего локтя и тело словно пронзило током. Страшное, парализующее чувство, от которого хочется бежать на край света. Ничего близкого к эротическому желанию.

— Между нами уже искры летят, — рассмеялся Александр, заметив, как я дернулась.

— Ткань пиджака наэлектризована, — солгала я.

Пиджак у него что надо. Модный, шерстяной и жутко дорогой. А уж я разбираюсь в брендах.

— Наверное, — мое замечание его задело. Могу поспорить, что, вернувшись домой, он выкинет пиджак в мусорку. Такие, как Александр привыкли к роскоши и всему безупречному. И в этот безупречный мир пытается запихнуть меня мой отец.

Наконец, официальная часть ужина подходит к концу. Предки планируют продолжить обсуждение в другом месте. Уже без нас.

— Подкинешь Снежану домой, — инициатива Сергея, но не моя. Как по мне, сбежала бы куда глаза глядят, но надо до конца вечера быть хорошей девочкой.

— Не вопрос, — легко согласился Александр и подставил мне локоть. — Моя красавица! Четырехцилиндровый турбомотор, 240 лошадиных сил, разгон до сотни 4,5 секунды, — похвалился своей крутой тачкой и распахнул передо мной блестящую дверцу.

Alfa Romeo хороша, как и сам Александр. Не сомневаюсь, что толпа его поклонниц растет с каждым днем. Почему же у меня такое чувство, что мы с ним уже встречались? Он улыбается, а я чувствую, что все это фальшь, просто маска, которую он носит передо мной и остальными.