Лариса Соболева – Желтые розы для актрисы (СИ) (страница 44)

– М-да… Умный ты. Где? Как увидеться с ней?

– На кладбище.

– То есть она…

– Машина сбила, – кивнул Никита, подтверждая, что мошенница умерла не своей смертью. – Когда я нашел ее, договорился о свидании, ну, через их контору, разумеется. Мы с Алексеем ждали Мину в гостинице, номер сняли шикарный, чтоб не сомневалась: у меня большие бабки. А она не явилась. Потом выяснилось, что, когда Мина вышла из своего дома, в нее врезался автомобиль на большой скорости и уехал. Вывод сам вырисовывается: ее наняли, чтоб она полежала в кровати с Алексеем. Но я не знаю, кто. Пока не знаю.

Хорошенькое дело! Иннокентий несколько сник: столько времени уделили какой-то там шлюхе, а ее сбила машина. Ну, тут что первое в голову приходит? Мину убрал тот, кто подослал ее к Алексею, ведь проститутку всегда можно перекупить, значит, она подлежала ликвидации с самого начала заговора как свидетель. Этот же человек преследует Сашу. У него есть цель, а как ее понять, если в логику не вписываются поступки?

– А что Тамила? Ты же заподозрил ее, кстати, я тоже. Итак, времени прошло много, она как-то обозначила свой интерес, связанный с Миной?

– Никак. Кстати, она действительно летала в Таллин – я проверял. Пробыла там несколько дней. Фотик Алексею вернула со снимками, предложив полюбоваться красотами города и самому потом удалить – ей было некогда. Посоветовала на комп установить в качестве обоев, он так и сделал, снимки на самом деле супер. Больше трех лет прошло, а мотива у нее мы не нашли.

Иннокентий решил, что о мотиве поразмыслит позже, а в данную минуту предложил Никите, достав смартфон:

– Поработаем вместе? Думаю, так дело быстрей пойдет. Тут записи Сашиных рассказов, я поступил нехорошо – сделал их тайком, перекинь файлы в комп и внимательно прослушай. Потом по-честному удалим. У меня есть идеи, но сначала хочу услышать твой вариант. Поторопись, от нас зависит Сашина жизнь.

Расставшись с парнем, Иннокентий тут же, идя по коридору, связался с шефом, сначала кратко изложил о проделанной работе, закончил просьбой:

– Нужно вытащить два дела, только почитать… Скажите, в случае успеха вся слава достанется им. Нам и денег хватит, верно?

Не сразу Иннокентий посетил Роберта, работал тот тоже у отца, имел собственный кабинет. Сначала отправился обедать и заодно продумать, что следует говорить, как-никак это один из подозреваемых, которому по праву можно присвоить первый номер, одно неосторожное слово и… непредсказуемая ответка гарантирована. Саша довольно точно описала его внешность, правда, несколько преувеличила негативную оценку, на самом деле Роберт не производил впечатления законченного подонка. Но, как известно, человеку имидж делают его поступки, так что упрекать Сашу в необъективности было бы неверно. Что поразило Иннокентия – братья абсолютно разные, ну, ничего общего между ними.

Роберт внимательно изучил удостоверение. Без слов, одним жестом указал на кресло напротив, затем небрежно кинул книжечку на стол по направлению к Иннокентию и, соединив кулаки, подперев ими подбородок, уставился на гостя, дескать, давай, выкладывай, что надо.

– Я ищу Боярову Александру по заданию вашего брата, – решил именно так объяснить свой визит Иннокентий. – Меня интересует все, что с ней связано.

– Ну, да, да… – ухмыльнулся Роберт, развалившись в удобном кресле и перебирая авторучку пальцами. Он ничуть не испугался появления детектива, напротив, даже развеселился. – И охота братцу столько денег бросать на ветер… да еще по прошествии трех лет?

– Так любовь…

– А я тут при чем? Алешка меня винит, отца…

– Вам она тоже нравилась…

– Но я не нравился ей. Не судьба.

Разумеется, Иннокентий пришел не о Саше потрепаться, ему нужно совсем другое: подойти к самоубийству бывшей жены Гелы, но чтобы Роберт не понял этого. Возможно, Иннокентий бежал впереди паровоза, ведь дело еще не получил, не знает, что по сему поводу думали следователи, однако и предварительная беседа часто приносит пользу. Он находился в выигрышном положении, так как знал уже многое из жизни семейства Рябовых, а Роберт об этом не подозревал. В данных обстоятельствах легко поймать человека и на лжи, потому был внимателен к ответам. Вопросы задавал быстро и много, но к Геле ему не удавалось подвести Роба, намеков тот не понимал и ускользал от темы, как рыба в воде. На сей случай есть лобовой прием:

– А почему ваша жена… бывшая… пригласила вас, Сашу и Алексея к себе перед своей смертью?

– Вызвала, – поправил Роберт. – Обманув всех троих. Почему?.. Ответ на этот вопрос она унесла в могилу.

– А незадолго до этого Гела написала вам письмо…

– Откуда вы знаете?

– Алексей рассказал, а ему письмо показывала Саша, именно ей отдала конверт Гела. Ваш брат его передал вам.

– Да, да, – закивал Роберт. – Вас интересует, что было в том письме? Она умоляла меня о встрече.

Он сказал правду, отметил про себя Иннокентий, следом спросил:

– И как? Встретились?

– Конечно. Она же грозилась проблемами.

– А что за проблемы могли возникнуть?

– Хорошо, не буду тянуть резину, мне скоро уезжать. Гела сообщила, что наш сын не мой, она имеет на него прав больше. Зная ее подлую натуру, я решил сделать генетический анализ, который показал, что отец я. Мне было весело, я позвонил и сказал, что больше не поймаюсь на ее уловки. Но поймался, когда прислала сообщение, что Саша у нее пьяная, просила меня забрать ее, так как боялась Алексея. Я приехал, а Саша трезвая вместе с моим братом, Гелка…

Он сделал жест ладонью сверху вниз, мол, спикировала бывшая прямо в землю. То, что ему не жаль несчастной, видно невооруженным глазом, а, собственно, почему Гелу нужно жалеть, если от нее исходили одни неприятности? Но следовало продолжить, а то ведь время поджимало:

– И никто не смог ответить на вопрос, почему она прыгнула?

– Накачалась наркотой и, наверное, решила полетать, – цинично усмехаясь, высказался Роберт.

– Наркотой? Это подтвердило вскрытие?

– Именно. На вскрытии и выяснилось.

– Вы сохранили результаты генетического анализа?

– Само собой! – весело сказал Роберт. – Сейчас показать?

– А вы держите документ здесь? – изумился и несколько засомневался Иннокентий.

– Да, с тех пор. Мне несколько раз пришлось показывать следствию результат анализа, меня-то подозревали, потом положил в сейф и забывал забрать. Ну, отсюда все равно он никуда не денется.

Роберт вышел из-за стола, открыл сейф и достал лист из файла, принес Иннокентию, полюбопытствовав:

– Какое отношение все это имеет к Саше? Это мои дела.

Имеет, еще какое! До этого момента Иннокентий думал, что потерял время зря, теперь, углубившись в строчки, забыл ответить Роберту. Итак, подлинность документа вне сомнений, экспертиза проводилась до гибели Гелы, так что подозревать Роберта в подтасовке фактов или лжи неправомочно. Тоже результат. Только при этом результате нет ответа – какого хрена Гела собрала враждующие кланы в своей квартире и сиганула вниз? А раз нет ответа, его надо искать, он должен быть, ибо странностей просто так не случается.

День Иннокентий выделил на отдых, в конце концов, он тоже человек, а не вечный двигатель. Спал, ел, вечером тусил с друзьями и девушкой – кандидаткой в жены, но это не значит, что его серое вещество отдыхало. Он постоянно анализировал, вспоминал мелочи, ставшие известными, мысленно составлял план, что сделать в первую очередь. А на следующий день получил дело Гелы, шеф приказал у него в кабинете прочесть, сделать выписки и расстаться с весьма увесистым томом.

Итак, Гела… Смерть понятно от чего наступила, подробности описания положения тела читать не стал, а результаты исследования трупа – непременно. Укол наркотического вещества был сделан… в мышцу руки!

– Очень нетипично, кайф совсем не тот, как утверждают наркоши… – произнес он вслух. – Наркотическое отравление не явилось причиной смерти… Значит, доза была не смертельной. До этого погибшая не употребляла наркотические вещества, в результате которых происходят морфологические изменения тканей внутренних органов… Ага, внутри у нее был порядок, не наркоманка. Что еще тут интересного… «Следов насилия на теле погибшей не обнаружено…» Выходит, медик не знала, куда колоть, чтобы получить быстрый и качественный кайф? Фантастика.

Он быстро просматривал отпечатанные листы, нашел то, что искал, – протокол обыска. Следов явной борьбы в квартире не обнаружено, беспорядок – да, но! Иннокентий не нашел и записей об упаковке наркотика. Как же так? Должна быть ампула, пакетик (что реальней), но тогда и предметы, которыми Гела смешала вещества для инъекции. Только шприц в мусорном ведре. И да, в нем остались капли вещества, а также отпечатки пальцев Гелы, что и доказывало: суицид. Однако в виду существенных недостач у следователя возникла версия убийства, но ее не смогли подтвердить…

– А моя интуиция подсказывает, что Гелу убили, – делился он с Никитой в тот же день на рабочем месте парня, но ближе к вечеру. – Не знаю, как обездвижил ее убийца! Видимо, лишь бы до точки доступа добраться…

– Значит, убийца как-то обманул, расслабил жертву, – подсказал Никита. – Ведь на ее теле не было следов насилия.

– Именно. Вколол наркоту, чтоб она не сопротивлялась и не было синяков и ссадин. А когда она была в наркотическом опьянении, отнес или отвел на балкон и столкнул…