Лариса Соболева – Отравленная кровь (страница 27)

В контактах Майи оказались и оба номера мужа Моники, а в списке оператора она звонила ему второго мая два раза. Один раз он не ответил, потому что времени длительности диалога не дано, значит, был только звонок, второй раз они поговорили… двадцать секунд. Любопытно, что можно сказать за двадцать секунд.

— Послать далеко и надолго, — заключил Феликс, доставая свой телефон. — Ладно, дождемся этой Инги, увидим, что она такое, а я звоню нашему дорогому… Привет, Антоша Степанович, скажи, ты продумал, куда Майя укусила убийцу?

— Так я вроде говорил… — послышался голос из трубки.

— В общих чертах. А конкретнее?

— Частичек чужого эпителия, чужеродных клеток не обнаружено ни на постели, ни под ногтями убитой. Значит, убийца был хорошо упакован. Думаю, даже голову закрыл, чтобы волосы не упали. Да, укусить могла и в руку, в кисть. Но на руках, скорей всего, были перчатки, но прокусить латекс, а потом руку реально?

— Ну да, есть же вторая рука, она способна обороняться, — согласился Феликс.

— И Огнев обнаружил бы не только свежие отпечатки бабули, сложно убивать и ни до чего не дотронуться. Так вот, повторяю: это должны быть открытые места: шея и лицо, возможно, трапециевидная мышца шеи, но тут я не уверен. Можете смело кинуть в медицину призыв о помощи — кто обращался с укусом человеческих зубов в обозначенных местах. Не факт, что к официальной медицине отправится за помощью, но попробовать стоит. Рану надо шить, здесь знахарь не поможет.

— Это все? Точно?

— Больше открытых мест не могло быть. Я уже говорил, почему она укусила его именно в лицо и в шею. Полагаю, во время борьбы. Да, непросто будет его найти, но надеюсь, остальные экспертизы подтолкнут к нему.

Надо заметить, в жизни все непросто, люди ищут легких путей, а на деле легкость обманчива и выходит боком. Феликс с Павлом задумались: где же место укуса, если это видимая часть — это одно, если же отметину можно спрятать под одеждой — совсем другое, раздевать каждого подозреваемого нереально, в суд подадут, обвинив в домогательстве.

— Антон, — вспомнил Павел, — что нового расскажешь про старушку?

— Пока ничего, консультируюсь, читаю.

— Ты подумал, каким образом ее отпечатки очутились наверху?

— Конечно. Если отнести старуху наверх и приложить ладони…

— Женщина отнести не могла, да?

— Могла. Чтобы свернуть нам всем мозги на сторону.

— Ты настаиваешь на женщине? — задал вопрос Феликс.

— Нет, не настаиваю. Я же объяснял…

— Ладно, ладно, Антоша, не сердись, — сказал Павел. — Мы ждем твоих выводов, никто тебя вперед не гонит, работай спокойно.

— Спасибо, Павел Игоревич, до свидания.

В это время вошел Женя Сорин с кислой миной на лице Феликс, оглянувшись на него, все понял:

— Наш меланхолик пришел с плохими вестями.

— Я не виноват, что опросы жителей Орехова ничего не дали! — Женя подошел ближе, по пути подхватил стул, сел рядом с Феликсом. — Зато я прибавил два килограмма, опрашиваемые угощали обедами, пирожками. Но есть другой путь к загородным усадьбам, не заезжая в Орехово. Клянусь, если б я знал, то мы с ребятами из полиции не потратили так бездарно время.

Скрестив на груди руки, Феликс покосился на парня, бросив:

— А покороче, что за дорога?

— Если не сворачивать после указателя на Орехово, а проехать дальше пять километров, там тоже есть поворот, дорога проселочная, узкая, пролегает через лес. Эта дорога как раз и ведет к усадьбам. Но это не все. К этой дороге можно попасть и с противоположной стороны. Короче, надо выехать из города не по трассе, а через район Лебяжий, проехать мимо вонючей лужи, которую называют озеро Лебяжье, утки там плавают, лебедей не видел. Потом километров восемь дорога к поселку, а за ним…

— Сельскохозяйственные поля, — закончил Феликс.

— Вот-вот, именно между полей едешь к лесу, трудность в том, что указателей нет, а так… эта дорога короче той, по которой мы ездим. Я проверял.

— У тебя машина появилась? — поинтересовался Павел.

— У меня права появились, а машины нет. Приятель возил.

— Возьми в кредит тачку и не мучай других, — посоветовал Феликс.

— Я жадный, предпочитаю копить, а не отстегивать проценты. В общем, Павел Игоревич, преступник воспользовался этой дорогой, я уверен, потому что она безопасная: нет ни постов ГИБДД, ни камер наблюдения, ни автомобильного движения. Идеальный путь.

Да-а… Говорят, на картах нет белых пятен? Они буквально под носом. С другой стороны, открытие белого пятна, точнее, безопасного для преступника пути ничего не меняет. Павел отпустил на пару дней Сорина, паренек работал много и безрезультатно, к сожалению, везение коварно, на этот раз оно где-то заблудилось. Подозреваемые… нет, не определены. Павел с Феликсом изучили биографии семьи, но так и не нашли за что зацепиться, хотя бы мало-мальски убедительный повод был, чтобы определиться и начать раскрутку.

— Допустим, кто-то среди братьев и сестер замочил мачеху, — угадал Феликс, о чем молчит Павел. — А что получит? За наследство будут биться родственники Майи, представь: на халяву получить домину, квартиру, машину и два магазина!

— Но мы же не знаем нюансов, которые трясут эту семью, — возразил Терехов. — Вызовем первым Ярослава.

— Я бы с адвоката начал…

— Не-не-не. Я справлялся о нем, жук, личность скользкая, хитрая и непорядочная. Выстроит свои версии и начнет путать, мы только время потеряем.

— Так они все равно припрутся с адвокатом.

— Не припрутся, — улыбнулся Павел. — Он уехал. Думаешь, я просто так выжидал? Сначала про этого жука выяснил, ты же знаешь, друг отца помог…

Ярослав еще раз достал список,

…написанный матерью, кажется, ничего не забыл купить, просмотрев его, удовлетворенно кивнул, взял два пакета и вышел из гастронома. Вечер располагал к неспешной прогулке — теплый и тихий, ни один листок на деревьях не шевелился, словно мир замер в молитве. Подчиняясь покою, о котором он давно забыл, Ярослав медленно шел по направлению к дому, не замечая, что за ним так же медленно едет автомобиль.

Прогулка стала еще и возможностью для раздумий, дома не удается подумать, разве что ночью перед сном, но молодой организм быстро засыпает, не успев как следует увидеть себя в настоящем, а затем в будущем. У поворота к жилому комплексу дорогу перегородил автомобиль, слившийся с глубокими сумерками и отражавший на полировке огни фонарей. Ярослав остановился, понимая, что люди внутри что-то хотят от него, в подобных случаях ничего положительного в голову не приходит. Из авто вышел жлоб, отсутствие интеллекта на физиономии бросалось в глаза даже в полумраке, он открыл заднюю дверцу и пригласил:

— Заходи.

Ничего себе! В данных обстоятельствах что думать и как быть? В мозгу Ярослава пронеслось со скоростью света: кто и почему? Вслух спросил, стараясь придать голосу нейтральную интонацию:

— Меня похищают?

— На хрен надо, — буркнул жлоб. — Поговорить с тобой хотят.

Мгновенно Ярослав просчитал, что убежать вряд ли удастся — у двух ног нет шансов перед четырьмя колесами, по большому счету грехов за собой он тоже не помнил… А если Мона наняла мужиков, чтобы «поговорить» с мужем? Неприятная ситуация, но он решил рискнуть и шагнул к машине, жлоб сказал:

— Давай пакеты, подержу.

Ярослав вручил ему пакеты и забрался в салон, к его изумлению Моники там не было, а сидел мужчина лет пятидесяти (может, больше), он и начал слегка ленивым тоном, за которым виделся не человек, глыба:

— Не пугайтесь, Ярослав, вам ничего не грозит. Ничего плохого. Мы звонили вам, вы не берете трубку.

— Не беру, мне нужна пауза.

— Нам пришлось вас отлавливать. Это мои люди вели с вами переговоры насчет производства упаковки.

— А, так вы…

— Шуравин, компания «Гермес». У меня к вам предложение. Мы знаем, что вы поссорились с женой, ушли из компании, без вас никаких заводов быть не может. А давайте-ка продолжим сотрудничество?

— То есть вы хотите мой проект…

— Да. Но! Вы вольетесь со своим изобретением в мою компанию. Можете работать автономно, управлять, нанимать штат, вы как компаньон вольетесь. Денег на производство получите столько, сколько нужно.

— Честно говоря, не готов я к такому повороту…

— Понимаю. Все перемены нужно обдумывать. Думайте, но не тяните. Надеюсь, мы скоро встретимся.

Ярослав вышел из машины, получил свои пакеты и проводил взглядом удаляющийся автомобиль, еще не зная, отказаться или рассматривать предложение как неизбежность. Однако зря на Монику подумал.

Тамару разбудил звонок, взглянув на часы…

…она повернулась на другой бок, так как шесть часов утра еще не повод встречаться с кем бы то ни было. Но звонки не прекращались, пришлось встать с постели, накинуть халат и плестись в прихожую. Посмотрев в глазок, она окончательно проснулась, торопливо защелкала замками, открыв дверь, сердито высказалась:

— У тебя разве нет ключей? У меня голова трещит от звонков…

— Тихо, тихо, — обнял ее Павел. — Я забыл ключи дома, возвращаться — примета плохая. Звонил, но ты вне доступа.

— Я отключаю на ночь телефон, — отстранившись от него, сказала Тамара, она еще сердилась. — Странно, что ты не помнишь этого. Так и быть, заходи.

Собственно, он и так в квартире, то есть в прихожей, но не дальше, а присел у входа, к нему примчалась Грета, ее обязательно нужно погладить, заодно Тамаре бросил: