Лариса Соболева – Четыре угла коварства (страница 28)

– Феликс, скажи, ты получал эсэмэски от анонимов с таким содержанием: «Твоя жена тебе изменяет»?

– Нет, а что?

– А то, что Настя регулярно получает поклеп на тебя, будто ты ей изменяешь, шесть сообщений получила.

– Да? А мне ничего не сказала.

– Потому что Настя не только красавица, но и умница, не поверила, а женщины на такие наживки ловятся, так что цени девчонку. Супруги Елагины регулярно получали подобные сообщения.

– Оба? – спросил Феликс. – И Руслан, и Вера?

– В том-то и дело, что оба. А теперь присылают Насте, ты понял? По ходу, интрига с Настей завязывается та же, что и с твоими друзьями. Тебе твой друг об анонимках ничего не говорил?

– Ничего. Может, не придал значения, как и Настя?

– Возможно, – практически согласился Павел. – Раз твоя Настя поняла, чего добивается анонимщик, почему же Руслан не мог до этого дойти? Феликс, подумай о его друзьях и знакомых помимо тебя, они нам очень нужны.

– Я не знаком с ними. Ты же знаешь нашу работу, у нас и друзья только в нашем кружке, на других времени нет. Следуйте по номерам телефонов, наверняка есть подруги у Веры и те, кому Руслан доверял, они оба общительные были. Слушай, Паша, а ты посмотри в моей трубе со второй симкой, тот номер я раздаю направо и налево, он расхожий. Вдруг туда пришла анонимка на Настю.

– Обязательно посмотрю. Тебе передают все привет…

– Фил, держись, мы победим! – крикнул Женя.

– Надеюсь, – без веры в будущую победу буркнул Феликс. – Паша, мне эта история очень не нравится, ты не мог бы организовать Насте… чтобы присмотрели за ней? Мне неспокойно.

– Не беспокойся, – взял уверенный тон Павел, чтобы хотя бы этот вопрос не мучил друга. – Алина уже ночевала у нее, отправим ее к Насте вместе с Вениамином, ребята не откажутся пожить там до твоего возвращения. А еще попрошу Левченко отпустить Алинку и днем, чтобы с Настей была, поработает на удаленке. Пока.

Переговорив, он обхватил пятерней подбородок и уставился в одну точку, а конкретно на свой смартфон, думал о времени, которое в нужный момент стремительно пролетает. Можно было бы не расстраиваться по этому поводу, но Феликс… неизвестно, что для него припас враг, а это, без сомнения, враг взялся за него, причем сильный и жестокий. Но нет ни одной версии, даже бредовой.

– Нам могут помочь друзья Елагиных и стакан, – произнес вслух Павел. – Если мы поймем, как попал на место преступления стакан со свежими отпечатками Феликса и остатками яда… Нет, я мечтатель. Скорее найдем друзей Руслана и Веры, чем поймем, кто стоит за стаканом. Еще у нас есть Артюхина.

– Видел я это чучело, – безнадежно махнул рукой Женя. – Да ей соврать – как с горы скатиться на санках. Давайте мы с Веником ее прижмем?

– Артюхину беру на себя, – отказал ему Павел. – А вы оба работайте с номерами телефонов.

Вениамин почесал затылок, вздохнул и уточнил:

– Стакан с отпечатками был единственным, таких в доме больше не нашлось, я лично провел обыск на кухне, мусорный бак перетрясли.

И вдруг Женя с загадочной улыбкой прокурлыкал:

– А я знаю, где стаканы один к одному.

– В магазинах, – усмехнулся Вениамин.

– Ближе, – загадочно произнес Женя, наклонив голову к плечу и скромно опустив глаза. – Вы даже не представляете, как они близко.

– И где? – скептически фыркнул Вениамин. – Сорняк, не томи.

– Прошу следовать за мной, – подскочил Женя.

– Сорняк, а нельзя просто на словах…

– Нет-нет, господа, – улыбнулся Женя, а слова произносил нараспев. – Вы должны увидеть это сами. За мной, смелее!

Павел упредил порыв Вениамина сказать что-то резкое, нередко они пикируются, и, приложив палец к улыбающимся губам, указал подбородком на выход, мол, вперед. Далеко идти действительно не пришлось, Женя привел их на этаж и указал на кулер, точнее, на место, где лежали в стопках стаканчики со знакомым узором, упакованные в целлофан.

– Обалдеть, – вытаращился Вениамин, взяв стопку стаканчиков со знакомым рисунком. – А мы тут воду пили и даже не вспомнили, что стакан…

– …был украден, – закончил фразу Сорин Женя. – Украден, когда Феликс выпил воду на этом самом месте и кинул стакан в эту урну. Он постоянно бегает сюда пить воду, при этом с кем-нибудь бла-бла-бла, поэтому даже не вспомнил, что любит попить водички, словно с похмелья.

– Это место исключается автоматически из подозрений, – объяснил Вениамин. – Мы тоже его промахнули.

Ничего себе поворот! Павлу такая исключительная гнусность не пришла в голову от растерянности, которая свойственна многим людям и не является признаком слабости. Он бросил дурацкий вопрос:

– Женя, ты уверен?

Редко Сорин обходится без ироничного тона, в этот раз парень был предельно серьезен:

– Но вы же, Павел Игоревич, не думаете, что Феликс убил своего друга и его жену, потом вложил в ее руку пистолет?

– Конечно, нет, – сказал Терехов, потирая лоб.

– Мы не поленились с Веником, взяли стаканчик и проехались по всем магазинам в поисках сосуда с этим рисунком. Есть похожие, но цветовая гамма другая, а подобных не поступало к ним в продажу. Когда сегодня я прибежал сюда попить водички, как Феликс, смотрю… а они вот. Один к одному. Наш снабженец показал, где купил эти стаканы. На оптовом складе за городом, там большущий магазин, он забрал последние упаковки, так как они дешевле стоили, их уценили, чтобы сбросить товар. Три вида купил, менял их, сегодня положил две упаковки данной расцветки, поэтому мы не видели их. Вот как все просто в нашем храме.

Мысль чудовищная, но одновременно пришла на ум всем троим: кто-то в этом почти святом месте взял стакан и передал убийце. Ребята смотрели на Терехова выжидающе, не смея произнести вслух, кого подозревают, но Павел недаром следователь, догадался:

– Коноплева, да? (Оба оперативника пожали плечами, дескать, это вы произнесли, а не мы.) Огорчу вас, ее не было в городе, вы забыли, что Ольга взяла отпуск. Наша неприязнь к ней еще не повод подозревать ее в пособничестве убийце. Но… стакан кто-то взял здесь.

И Павел с досадой провел пальцем по кулеру с водой, затем сунул руки в карманы брюк, опустил голову, прокручивая в голове портреты тех, кто в этом месте работает. Женя словно угадал, о чем он думает, а думы очень скверные – по мимике Терехова видно, и подтвердил, что других вариантов быть не может:

– Посторонний не мог караулить Феликса, когда он водички попьет, это исключено. Постороннего заметили бы. Не сам же Феликс отнес стаканчик со своими отпечатками на место преступления, эта идея у тех, кто уверен, будто он убийца. Кто-то из наших стырил и передал либо посреднику, либо убийце.

– В таком случае, – подхватил Вениамин, – и брелок перекушен в этом замечательном здании тем же крысенышем. Я много раз видел, как Феликс бросал ключи сверху сумки.

– Идемте в кабинет, – махнул рукой Павел.

Разумеется, в кабинете безопасно обсуждать что бы то ни было, а проблема вырисовывается серьезная, однако наконец появилась ниточка. Расположились на тех же местах вокруг стола, и Павел не стал тянуть резину:

– Подозрение, что некто у нас является пособником убийцы… само по себе невероятно, но другого объяснения нет. Отсюда настоятельно прошу лишнего не болтать в наших стенах, все обсуждения только в кабинете. Женя, смартфон Феликса – это твое задание, после займись номерами телефонов, с которых приходили анонимки всем троим. Вениамин, скачи к админу, вдруг сохранились видеозаписи, просмотри все за двадцать третье и двадцать четвертое число, на заметку бери всех, кто подходил к кулеру после Феликса.

– Павел Игоревич, времени прошло много, – напомнил Веня.

– Ну а вдруг? – не унимался Терехов.

– А меня страшно мучает один вопрос, аж кушать не могу, – задумчиво произнес Женя в своей ироничной манере. – Как аноним выяснил номер телефона Насти? Ни у кого предположений нет? А жаль, очень любопытно.

– Сорняк, не валяй дурака, – насупился Вениамин. – Тот, кто откусил брелок, наверняка смог узнать и номер трубы.

– Я еду к Артюхиной, – поднялся Павел. – Не забывайте, вы занимаетесь контактами Елагиных, назначайте встречи, обнаружите друга-подругу – сразу ко мне их. Нам край как нужны свидетели, которые хоть немного прояснят, что из себя представляла на самом деле эта пара. У нас нет ни одного мотива, а он есть, убить просто так, без мотива, – нереально, разве что преступник постоялец психбольницы, но для сумасшедшего слишком продуманы стрелки, которые он перевел на Феликса. Ну, ребята, вперед?

Выйдя из машины, Павел осмотрелся, …улица выглядела пустынной, но это ничего не значит, в частном секторе всегда полно людей. Он подошел к калитке, которая доставала ему до пояса, опустил руку и поискал задвижку, однако она и так подалась Павел вошел во двор. Короткая дорожка вела на крыльцо старенького домика, постучал в дверь и позвал:

– Хозяйка!

Никто не ответил. Павел постучал в окно, ответа не получил, потом снова взошел на крыльцо и тронул дверь… открыта. Вошел в дом, заглянул в комнаты и на кухню, звал хозяйку, но кроме беспорядка, словно в доме побывал ураган, никого не нашел. Вот теперь пора поискать живых в этом безлюдном месте. Павел обошел три дома, в одном ему ответили, что не знают, где шатается Манька, а в третьем тетенька преклонных лет посоветовала сходить к Кларе, это на соседней улице.