Лариса Порхун – Психи (страница 6)
Тася хотела что-то сказать, но только внимательно посмотрела на него, и тихо вздохнула. Он встал из-за стола и подошёл к стеклянной двери в лоджию.
— Сроки лечения вынуждены сокращать, — после паузы, тоскливо произнёс он, — а значит, едва купируя основные симптомы, приходится выписывать недообследованных и недолеченных, чтобы освободить места для новых больных… Но и это не помогает, с некоторых пор, у нас лежат даже в коридоре… Ты можешь представить себе? И это психически больные люди, у многих заболевание, а то и не одно — в острой фазе. А эта текучка? Сегодня, кстати, ещё две медсестры уволилось…
— Но как же так, — упавшим голосом произнесла побледневшая Тася, — ведь нужно что-то делать, нужно требовать…
Женщина растерянно замолчала, следя тревожными глазами за мужем, который, пересёк большими шагами кухню и снова сел напротив неё.
— Пытаемся, ты же знаешь, но… нас не слышат, в лучшем случае просто удивляются, мол, как это, вам ещё что-то нужно? Для вас ведь и так столько сделали, вот и работайте…
Они сидели долго за столом с остывшим чаем, негромко переговариваясь, чтобы не разбудить Арину, дочь, спавшую в соседней комнате. Улеглись уже за полночь. Но и тогда уснули не сразу. Андрей шумно дышал, ворочался, переполнявшие мысли не давали покоя.
Ему вспомнился недавний разговор с главным, который вдруг в последнее время как-то изменился, поскучнел, при беседе нередко отводил взгляд.
— А действительно, — говорил Крупеник, — ну что мы хотим от них? Что они должны сделать, по-твоему? Объявить ЧС федерального масштаба, или может сразу международного? Рассказать о начале психопандемии?
— Но ведь вы же видите, что происходит, Борис Палыч!?
Тогда ещё Сикорский не догадывался, как далеко всё зашло, и был уверен, что сможет переубедить шефа.
— И у Аксёнова в Москве, — горячо напоминал он, — и в Казани, и в Перми, да и в остальных клиниках… Везде примерно тоже самое… И потом, вы ведь сами докладывали на последнем селекторном совещании, озвучивали наши цифры и…
Крупеник не дал ему закончить и произнёс туманно:
— Цифры цифрами, а то люди, понимаешь…
И видя недоуменный взгляд Андрея, смягчаясь и удручённо вздыхая, произнёс:
— Я понимаю тебя, твоё нетерпение, твоё беспокойство. Мне также ещё какое-то время назад было трудно понять инертность властей, но не забывай, в каком городе мы живём… В Питере удивить кого-нибудь количеством сдвинутых также сложно, как и числом преступлений, совершённых ими…
У Андрея появилось стойкое ощущение, что его шеф говорит не то, что думает и более того, догадывается, что Сикорский это видит. От чего обоим стало неловко. И чтобы её скрыть, главный жестикулировал, смотрел мимо Андрея и повышал тон голоса, чтобы придать уверенности, которой на самом деле не испытывал.
— А что если ты… если мы, — быстро поправился он, — ошибаемся? Ведь до сих пор неясно, с чем именно мы имеем дело… Может это какое-то временное явление, связанное с осложнениями после коронавируса, например? Или вполне ожидаемые, и даже прогнозируемые последствия технического прогресса, информационного зомбирования, тотальной урбанизации, социальных и экологических катастроф… Да мало ли чего ещё…
Сделав в этом месте паузу и мельком взглянув на Андрея, он примиряюще усмехнулся, как бы подчёркивая смехотворность надуманной угрозы и призывая к его здравому смыслу. Сикорский помнил, что именно эта усмешка была неприятнее всего.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.