Лариса Петровичева – Принцесса без короны. Отбор не по правилам (страница 10)

– Она спасла меня, – твердо произнес Гровир. Дайна вспомнила, что о степняках обычно говорили, будто они невероятно упрямы и всегда стоят на своем. – Теперь она сестра моей крови. Я не позволю ее обидеть.

Вспомнилась степь, туманные горы на горизонте. Вспомнилось то чувство дома, которого у принцессы никогда не было. Ей захотелось заплакать, но глаза остались сухими.

– И что вы скажете инквизиции? – услышала Дайна голос ректора и снова обрадовалась.

Валентин был жив, он рядом. Конечно, минувшая ночь не должна ничего значить ни для нее, ни для него, но Дайне хотелось думать о ней. Хотелось тянуться к живому теплу. Кожа еще хранила отпечатки пальцев Валентина – золотые, обжигающие.

Как хорошо, что этого больше не повторится, она ведь расплатилась с ним за его доброту.

Хорошо ли?

– Ничего! – беспечно ответил Гровир. – Я закрыл собой ее высочество, ударился, когда падал. Потом поднялся, когда заклинания защиты иссякли, вот и все. Я не вернувшийся мертвец.

Он помолчал и добавил:

– Почему мы вообще должны объясняться с инквизицией?

– Он прав, – сказал Кристиан. Дайне вдруг захотелось открыть глаза. Посмотреть на них, убедиться, что все они живы и все хорошо. – Нам лучше сделать вид, что ничего не произошло. Не из гроба же она его подняла.

Темные волны отхлынули, и Дайна увидела высокий белый полог одной из повозок Аделардова обоза. Она лежала на походной кровати, Валентин сидел справа, и почему-то принцесса почувствовала, что он взволнован. Она сама не знала, как смогла это понять. Лицо Валентина было по-прежнему закрыто маской, белые волосы приведены в порядок, и все выглядело так, словно ничего не случилось.

– О, пришла в себя наша некромантка! – услышала она Кристиана. Дайна повернула голову: Кристиан и Гровир сидели чуть поодаль и не сводили с нее глаз. – Рассказывайте, как вам это удалось?

– Что именно? – хрипло осведомилась Дайна.

Валентин поднес к ее губам серебряный стакан с трубочкой, и глоток ледяной воды с едва заметным травяным привкусом оживил и взбодрил. Голова сделалась свежей и легкой, и на мгновение девушке показалось, что она готова взлететь.

Дайна осадила себя. Заставила улечься ту прохладную волну счастья, что вдруг наполнила душу.

Она предчувствовала неприятности.

– Оживить вашего однокурсника, – ответил Кристиан. – Мы осмотрели его, на спине такая рана, с какой не живут. А ведь надо же! И живой, и рана зарубцевалась.

Гровир смотрел на Дайну с благодарностью и любовью. Бледное лицо орка было осунувшимся и усталым, но глаза блестели энергично и весело. Все, что случилось, представлялось ему просто опасным приключением.

– Я не знаю, – искренне ответила принцесса. – Я не могла… не хотела, чтобы он умер. Гровир спас мне жизнь…

– Благородный муж не оставляет ближнего перед лицом опасности, – важно заметил Гровир. Валентин усмехнулся.

– Магия пробудилась в вас только вчера. – Его голос прошелестел из-под маски сухо, словно осенние листья, подхваченные ветром. – А сегодня вы уже подняли мертвого. Я такого не видел. Никогда.

По голове Дайны мазнуло холодком. Вспомнились страшные сказки о некромантах, которые рассказывала нянюшка. Вспомнилось и то, что делали с некромантами, если умудрялись их поймать. От этого стало еще холоднее.

– И что надо было делать? – спросила Дайна, чувствуя, как в ней поднимается гнев. – Позволить ему умереть? Я могла помочь и помогла.

– Мы ее не остановили, – подал голос Кристиан. – Хотя должны были это сделать. Поэтому будем молчать обо всем, что случилось, иначе академия останется без ректора и главного специалиста по боевой магии.

– Хорошо, – согласился Валентин. – Как там наш младший принц?

– Надо посмотреть, – ответил Кристиан и поднялся. Гровир тотчас же последовал его примеру, поняв, что разговор окончен. – Его крепко ударило, когда повозки разлетелись.

Они вышли, а Валентин какое-то время молчал, и Дайна всем телом чувствовала его оценивающий взгляд. Ни тепла, ни доброты – так ученый смотрит в лупу на незнакомое насекомое, прикидывая, как растут его ножки и крылышки и что будет, если отсечь, допустим, вот этот усик.

– Все плохо, да? – спросила Дайна.

Валентин неопределенно пожал плечами.

– Вы некромант, ваше высочество, – ответил он. – Некромантов убивают даже до того, как они начинают поднимать мертвых. Когда приедем в академию, я укрою вас маскировочным заклинанием.

Дайна попробовала сесть – Валентин поддержал ее под руку, подложил подушку под спину, и на мгновение девушке захотелось, чтобы он остался с ней. Просто посидел бы рядом, не уходил.

Он ведь уйдет. Что ему тут делать? Сейчас все опомнятся, окончательно придут в себя, и путь в академию продолжится.

– Никому не говорите о том, что оживили этого парня, – посоветовал Валентин уже мягче. Дайна кивнула.

– Вы защищаете меня, – сказала она. – Почему?

Она снова почувствовала, как Валентин улыбается.

– Потому что хочу сделать доброе дело, – искренне ответил он и, помолчав, добавил уже серьезнее и горше: – Однажды я не смог спасти одну девушку. Сейчас хочу спасти другую. Вас. Вот и все.

Значит, все дело в его прошлом. Может быть, именно поэтому он и прячет лицо под маской – впрочем, Дайна не осмелилась бы спросить об этом.

Но Валентин любил ту девушку. Наверняка любил, иначе не говорил бы об этом с такой затаенной тоской. Может, Дайна похожа на нее – поэтому он и провел с ней ночь.

Что с ней случилось, с той девушкой? Погибла ли она по вине Валентина?

Вопросов было много. Вопросы так и рвались с языка, но Дайна сказала:

– Что ж… спасибо вам, милорд. Я вам очень благодарна, правда.

Валентин кивнул, и блеск глаз в прорезях его маски померк.

– Тогда отдыхайте, – велел он. – После таких всплесков магии надо лежать и не шевелиться.

– Посидите со мной, – попросила Дайна, вдруг почувствовав себя совсем маленькой и слабой.

Повозку мягко качнуло и повлекло вперед – обоз шаннийского принца продолжил путь в академию. Валентин слегка усмехнулся и погладил принцессу по руке.

Вспомнил ли он в этот момент ту, далекую, потерянную навсегда?

Дайна сказала себе, что это не имеет значения. Она не должна думать о таком – не хватало ей еще влюбиться в придачу ко всем остальным неприятностям.

– Посижу, конечно, – мягко ответил Валентин и провел над Дайной ладонью. – Спите, ваше высочество. Все будет хорошо.

Они приехали в академию вечером. К тому времени Дайна проснулась, свежая и полная сил, и, выглянув из повозки, увидела, как обоз поднимается по дороге к замку. Белокаменный, вырезанный прямо в скале, он гордо вскидывал пальцы башен в закатное небо, и Дайне казалось, что она едет в картинку в книге со сказками. Там были такие замки, и башни, и алые флаги.

Сказки про некромантов всегда заканчивались плохо. Принцессе хотелось надеяться, что в ее случае все-таки будет иначе.

Что у нее оставалось, кроме надежды?

Во дворе к повозкам сразу же бросились слуги. Всмотревшись в одного, который проворно поволок ее сундучок, уцелевший во всех приключениях, Дайна удивленно ахнула: слуга был самой настоящей крысой, конечно, если бывают крысы ростом по пояс человеку, которые носят красные сюртучки и украшают хвосты алыми лентами.

Валентин помог Дайне выйти из повозки, и, опираясь на его руку, девушка с неожиданным сожалением подумала, что с каждой секундой они становятся все дальше и дальше друг от друга. Теперь Валентин – ректор, хозяин этого замка, а она всего лишь одна из студенток. Между ними ничего не может быть – ни дружбы, ни привязанности, ни любви.

– Вы бледны, – негромко заметил Валентин.

«Между нами и не может быть любви, – сердито подумала Дайна. – Я не должна к нему привязываться. Мы просто провели вместе ночь, вот и все. Совершенный пустяк, если послушать фрейлин моей бывшей свекрови».

Она почувствовала, как на щеках выступает румянец. Сердце забилось быстрее. Дайна изо всех сил старалась держаться свободнее и твердила, что ничего особенного не произошло – но душа горела, душа рвалась куда-то прочь, и девушка не находила себе места.

Она старалась, но не могла успокоиться.

Неужели ей хочется любви этого пугающего человека в маске? Нет. Это невозможно.

Не стоит и думать о таком.

– Голова немного кружится, – ответила Дайна с той улыбкой, с которой говорила с придворными в столице. – Пустяки, пройдет.

Из повозок вышли Гровир и Аделард – шаннийского принца заметно покачивало, глаза его блестели, словно во хмелю. Кажется, они успели скрасить дорогу выпивкой. Дайна хотела было заговорить с ними, но не успела – к ним быстрым шагом приблизился здоровенный черный крыс. Судя по лоснящейся шерсти и золотой отделке сюртука, он был непростым слугой.

– Господин ректор, добрый вечер. – Он поклонился Валентину и, обернувшись к Дайне, Гровиру и Аделарду, сказал: – Я Шайло – распорядитель академии. Пожалуйста, идемте со мной.

Дайна обернулась было к Валентину, но он уже стоял к ней спиной, а из повозки спускался Кристиан с такой миной, словно его всю дорогу потчевали чем-то исключительно неприятным. Что ж, вот и кончилось их путешествие. Впереди новая жизнь.

Шайло отвел их компанию в ту часть замка, что служила общежитием. Здесь было людно и шумно: молодые люди и девушки гуляли по коридору, сидели прямо на подоконниках с какими-то лакомствами в руках, хохотали, обсуждая учебу и преподавателей. Когда Шайло появился в коридоре, то один из студентов, долговязый щеголь с выражением пресыщенной скуки на лице, звонко воскликнул: