Лариса Петровичева – Филин с железным крылом (страница 19)

– А… вя… ва… – пролепетал здоровяк, плюхнувшись обратно на лавку. Он зажмурился, вытянул руки, словно пытался закрыться от взгляда Верна.

– Ты видишь, кто я? – осведомился Верн и сам удивился, насколько яростно прозвучал его голос.

– Ва… вижу… – Проводник даже посерел от страха. – Вижу… смилуйтесь, пожалейте… все отдам!

Он дернулся было под стол, где в маленьком чемоданчике лежал груз хмель-травы, и Верн ударил его в плечо.

– Откуда в твоем вагоне ловчая паутинка? – спросил он. Проводник завыл. В вагоне тоже наметилось какое-то оживление: шум привлек внимание, и Верн устало подумал, что придется драться.

А ему этого не хотелось. Ардион, который когда-то учил брата боевым приемам, говорил: ты умеешь драться, но не любишь. А надо любить. Верн только потом понял, почему «надо» – потом, когда осознал, что никогда не станет таким, как Ардион, и не будет убивать потому, что это ему нравится.

– Ни-никакой паутинки, – простонал проводник. – Все чисто…

Ну и смелость у человека: готов обмочить портки от страха и все равно врет. Смотрит в глаза и врет. Хотя нет, это не смелость, это непроходимая глупость.

– В нее поймали мою спутницу, – произнес Верн. – На какой станции выбросили?

Он хлестнул проводника по лицу – тот взвыл и залепетал:

– Там не станция, вашвеличество, там полустанок, даж названия нету. Ну живут там неподалеку торговцы, деревенька на пять дворов. А промышляют, да так и промышляют, как все. Видят, ежели баба-девка одна едет, да если еще почище выглядит, так ее и в паутинку…

«Так я и думал», – угрюмо сказал себе Верн. Не надо было спать. Надо было предупредить Антию, чтобы без него и шагу в сторону не делала. Какой дурак… Неудивительно, что Солнечный Кормчий решил от него избавиться, такая глупость посрамляет небо.

– А потом? – спросил Верн.

– А потом до деревеньки купцы приезжают, – кажется, проводник понял, что прямо сейчас его убивать не станут, и осмелел. – Ежели она из благородных, то ее к Безликим султанам везут, они до мягкого мясца большие охотники. А ежели она из простых, то ее на северные острова отдадут, на шахты. Там женщин-то не найдешь, а людям жить надо, сами понимаете, какая в тех краях нужда…

Верн подумал, не ударить ли его еще раз. Не стал. Прозрачный рулон ловчей сетки стоял прямо здесь, в уголке – не знаешь, что искать, никогда и не заметишь.

Выходя из отсека, он бросил искру в сторону рулона и краем глаза увидел, как огненный столб поднялся до потолка. Проводник заревел так, что в вагоне кто-то сверзился с верхней полки.

– Пожа-а-ар! – орал проводник. – Горим!

Верн вышел в тамбур, с усилием толкнул дверь и рванул в небо. Железная дорога легла под ним сверкающим шнуром, по которому торопливо бежал длинный жук поезда. Утреннее солнце поднималось над зеленым покрывалом земли, и Верн подумал, что отец может выйти и остановить его. Сбить летящего филина с железным крылом и смотреть, как горящий комочек перьев падает маленькой кометой…

Но Солнечный Кормчий не появился. Похоже, он все для себя решил и теперь просто наблюдал.

«Смотри, – подумал Верн. – Смотри на меня, но только не мешай. Просто дай мне спасти Антию и уйти».

Отец не ответил.

Верн летел долго – внизу лежала только земля с ее лесами, пятнами озер и нитками рек, никакого следа человеческих поселений. Когда он подумал, что, похоже, летит не туда, куда нужно, и надо вернуться и поискать в другой стороне, внизу мелькнули крыши деревушки.

С учетом того, что никакого жилья в округе больше не нашлось, это и было обиталище торговцев живым товаром. Верн снизился, пролетел над деревушкой: да, судя по кривым заборам, пыльным огородикам и тощим курам, здесь жили бедняки, но он прекрасно понимал, что хозяева этого места не будут демонстрировать доходы и привлекать к себе ненужное внимание. Тем более вот – от одного из домов мягко отъезжал мобиль. Верн оценил его: быстрый, дорогой, пройдет где угодно и уместит в себе что угодно. Да, пожалуй, на таких можно возить живой товар.

Он прищурился, ловя восходящие потоки: единственным куском магии в мобиле было зеркало – и оно сработало буквально несколько минут назад. А вот – Верн спустился пониже – растрепанная золотая нить, след магии, единственное, что напоминало здесь об Антии.

«Дурак, – подумал Верн. – Ох, какой же я дурак…»

Некоторое время он летел за мобилем – когда купец отъехал достаточно далеко для того, чтобы к нему не подоспела помощь, Верн бросил в мобиль сгусток огня: не настолько большой, чтобы повредить бак и двигательные артефакты, но достаточный для того, чтобы заставить его вильнуть носом и, съехав с дороги, уткнуться в землю.

Купец, естественно, не сам сидел за рулем – но он вышел перевести дух, когда водитель выбрался из салона и принялся возиться под капотом. Обычно купцы имеют солидную, дородную внешность при их сладкой жизни и хорошей еде, а этот, надо же, был низенький, тощий, больше походил на учителя – когда лапы филина ударили его в грудь, то он полетел в траву, как игрушечный. Приняв человеческий облик, Верн поставил купца на ноги и несколько раз встряхнул.

– Э! – охнул шофер. Он высунулся из-за капота, увидел расправу над хозяином и хотел было вступиться, но потом увидел повязку на глазу Верна, узнал и растерянно сел в пыль.

– Кого купил в поселке? – спросил Верн и приложил купца о мобиль.

– Дев… – всхлипнул тот. От страха его глаза смотрели в разные стороны, рыжеватые редкие волосы намокли от пота. – Девчонку. Демоницу.

Верн заглянул в салон – пусто.

– Кому загнал ее?

– Безликому султану Карису, – выдохнул купец и взмолился: – Не убивайте. Я никому не скажу, что вас видел.

«Ты будешь молчать, только если ляжешь в этой канаве с перерезанным горлом, – подумал Верн, – да и то Ардион найдет способ тебя поднять. А так – стоит мне улететь, как ты бросишься доносить».

– Где зеркало? – спросил Верн. Купец дернулся в его руках, застонал так, словно ему переломали все кости.

– Поща… дите…

– Зеркало! – рыкнул Верн.

– Оно одноразовое, – всхлипнул купец. – Только на один переход.

Верн выпустил купца, отряхнул руки и устало подумал, что может винить во всем только себя.

Значит, безликий султан Карис. Собиратель диковинок со всего Ашх-Анорна; возможно, их вчерашнего знакомого гарвелина ограбили и закопали именно прислужники султана. С одной стороны, это было замечательно. Демоница-иномирянка станет жемчужиной его коллекции, Карис никому не отдаст Антию и никогда не причинит ей вреда.

С другой стороны, как ее забирать?

Верн со вздохом посмотрел в небо, словно Солнечный Кормчий мог бы дать ему ответ.

Но отец молчал – как всегда.

– Обычная девушка. Почему аль-Адун решил, что она демоница?

Что-то прохладное, пахнущее жасмином, прикоснулось к лицу Антии. За прикосновением пришли звуки: поскрипывание кровати под телом человека, сидящего рядом, плеск воды, далекое пение птиц. Совсем рядом был большой сад – Антия чувствовала его свежесть.

– Так ему сказали работорговцы, – заметил второй женский голос. – И я бы на твоем месте им тоже поверила, Адиба.

– Ну не знаю, – с сомнением сказала первая женщина. Антию взяли за руку и принялись осторожно массировать пальцы, перебирая каждый сустав. – Помнишь ту пустынную ведьму, которая убивала холмецов? Так по ней сразу было понятно, кто она. А здесь… – Антия готова была поклясться, что Адиба пожала плечами. – Такая же, как ты и я.

«Если бы вы только знали, насколько я другая», – подумала Антия и открыла глаза. Девушка, державшая ее за руку, тотчас же отпрянула и молниеносным движением закрыла лицо зеленоватой вуалью. Вторая, которая стояла чуть поодаль, уткнулась лицом в ладони.

– Простите, саидати, если мы говорили лишнее, – прошептала Адиба.

– Вы кто? – спросила Антия. Голос прозвучал хрипло и устало.

– Я Адиба, – с поклоном ответила девушка. – Это Джария. Мы служанки при дворе Безликого султана Кариса, мир с ним.

Антия попробовала сесть поудобнее. Девушки тотчас же засуетились, подложили ей под спину подушки. Джария зажгла тонкую палочку, и по комнате поплыл прохладный цветочный аромат. Антия посмотрела по сторонам: да, султан жил в роскоши. В комнате не нашлось предмета без позолоты и жемчуга.

Жемчуг! Антия дотронулась до шеи и с облегчением поняла, что ее цепочка на месте.

– Как я сюда попала? – Если бы Антия знала, чем все кончится, то никогда не вышла бы из почтового вагона. Ну или, по крайней мере, разбудила бы Верна, чтобы он пошел с ней.

Ладно, что теперь переживать. Сделанного не воротишь. Где сейчас Верн? Вдруг Ардион устроил западню и поймал его?

– А вы не помните, саидати? – Джария встала рядом с подругой. – К работорговцам приехал наш купец, он купил вас и отправил сюда через зеркало.

Конечно, Антия этого не помнила. Ее усыпили, чтобы она не создавала проблем.

– Что значит «саидати»?

– «Благородная госпожа», – ответила Адиба. – Вы теперь будете жить у султана, мир с ним. Он собирает диковинки со всего Ашх-Анорна! Кого здесь только нет!

Меньше всего Антия ожидала, что станет экземпляром в музее или зоопарке, когда отправлялась в путь к Великому Киту.

– Султан знает, что такие, как я, приносят беду и смерть? – поинтересовалась она. Несколько мгновений девушки молчали, словно прикидывали, как лучше удрать, а затем Джария негромко произнесла: