Лариса Кириллина – Бегство «Соллы» (страница 17)
Он сказал о своем решении матери, и она, преодолев естественный первый порыв – «Куда, зачем? Не пущу!» – с грустной покорностью согласилась, что лучше использовать эту возможность, чем становиться изгоем – без жилья, без работы, без средств, с постоянной угрозой ареста.
Отец, по-прежнему крайне занятый, передал ему несколько слов своей полной поддержки: «Действуй, сын!»
Новости шли потоком.
На всех каналах чередовались трансляции из космопорта и выступления специалистов Императорской академии, Императорской обсерватории, Императорского университета – а затем и представителей разных общественных страт, пожелавших дать комментарии к происходящему. Слово предоставляли почти любому, кто добирался до станций ИССО или дозванивался до сотрудников. Военная Администрация заполняла эфир сенсационными репортажами и интервью, чтобы справиться с хаосом, привязав население к домашним приемникам и дав им темы для разговоров, не связанные с ужесточением нынешних порядков.
«Да! Нам нужно использовать единственный шанс сохранить нашу цивилизацию!» – говорили одни.
Другие им возражали: «Почему мы должны доверять неизвестно кому, если даже не знаем, кто они и как они выглядят?»…
Третьи пророчили разные ужасы: «Мы для них – лишь низшие существа, материал для биологических опытов, разве это не ясно? Они отберут самых лучших, посадят их, как животных, в вольеры, заставят там размножаться – а потом вскроют заживо, чтобы узнать, как действуют наши органы!»… Четвертые возражали: «Всех вскрывать, возможно, не будут, но устроить питомник и продавать как скот – это запросто!»…
Недоверие вызывали и смутные сведения о цели маршрута. «Какая другая планета в далекой галактике?! Где она, та галактика?!.. Ах, ее отсюда не видно?.. У нее есть только номер в каком-то межгалактическом каталоге?.. Кто сказал, что она существует? Это сказки для легковерных!»… «Даже если указанная планета не вымысел, до нее лететь сотни тысяч лет! Кто об этом подумал? Наши тела не выдержат перелета на подобные расстояния! Над нами ставят чудовищный эксперимент!»…
Самые мнительные задавались вопросом: «А может быть, нынешняя катастрофа устроена ими, пришельцами? Чтобы уничтожить нас как биологический вид и забрать себе нашу Уйлоа?»…
Высказываний вроде – «Я готов лететь хоть сейчас!» – становилось все меньше и меньше. Любопытство по отношению к инопланетным гостям сменилось страхом и недоверием.
Сыграла роль и насаждавшаяся десятилетиями ненависть к пресловутым тагманцам. Гости ручались, что явились из разных миров, но как проверить, откуда они? Где находится их хваленый Альянс?… Ах, у него нет ни точных границ, ни единого центра, и он представляет собой сеть разумных миров – ну, это же просто лукавые отговорки…
Многие продолжали сомневаться в том, что жизнь на Уйлоа скоро погибнет. Ведь в горах и на море действительно дышится несколько легче, чем в Уллинофароа, ведь правда? Значит, всё не так страшно?.. Пусть это продлится еще несколько лет, всё равно Ассоан когда-нибудь придет в норму, выбросы плазмы кончатся, и хотя температура на планете ощутимо поднимется, а часть водоемов высохнет, цивилизация сохранится, а там и сами уйлоанцы построят космический флот, который доставит их куда угодно, без навязанной помощи никому не известного Межгалактического альянса…
Старики смирились с неизбежностью скорой смерти и считали, что лучше скончаться в своем доме, в знакомом месте, среди понятных тебе вещей и заботливых окружающих, а не под надзором жутких существ с десятками глаз на фиолетовых щупальцах или с антеннами вместо ушей.
Военная Администрация, похоже, уже не знала, что предпринять, и какую стратегию выбрать.
Проконсультировавшись с учеными, власти постановили: настоятельно попросить представителей Межгалактического альянса показаться хотя бы на экранах дистанционных средств связи, поскольку иначе возникают сомнения в их реальном существовании. Ведь некая высокоразвитая цивилизация могла направить на Уйлоа начиненные электроникой механизмы, которым не опасны космические излучения, однако они неспособны к самостоятельным действиям и неправомочны решать судьбу разумных существ из живой материи.
Инопланетяне удовлетворили просьбу властей.
По каналам ИССО была показана группа посланников Межгалактического альянса, находившихся внутри своего звездолета.
Они сразу предупредили, что действительно не принадлежат ни к одной из белковых разумных рас, однако не являются и мыслящими машинами. Все они – выходцы с чрезвычайно далеких от Уйлоа планет, находящихся в разных галактиках. А свой нынешний облик они преднамеренно приспособили к органам восприятия уйлоанцев для удобства коммуникации.
На экранах трансляции появились фигуры в серебристо-черных скафандрах, под которыми, однако, словно бы не было тел из плоти и крови – конечности двигались неестественно и даже противоестественно, головы могли свободно вращаться вокруг оси, а вместо привычных для уйлоанцев трех глаз посреди защитного шлема было одно отверстие, излучавшее и поглощавшее световые и звуковые сигналы.
Они сообщили, что в экипаж звездолета включены представители планет Аис, Келлои и Тайсо. Только они в состоянии выдерживать межгалактические путешествия, а технологии, созданные при участии высших цивилизаций, позволяют перемещать на борту и более уязвимые и краткоживущие существа. Принципы работы аппаратуры не подлежат разглашению. Уйлоанцы вправе либо принять предложение Межгалактического альянса, либо отвергнуть его. Никого насильно захватывать и перемещать куда бы то ни было не планируется. При отказе со стороны уйлоанцев посланники вернутся на свой главный корабль, и он покинет систему звезды Ассоан. Другой попытки контакта не будет. Поэтому нужно решать сейчас, и желательно, без промедлений.
Выступление инопланетян, говоривших неприятными механическими голосами на ломаном уйлоанском, потрясло народ даже больше, чем свержение императора и расправа с его семьей.
Число желающих улететь в запредельную даль резко снизилось.
Улететь на корабле Межгалактического альянса вызвалось всего семьдесят семь кандидатов.
Включая Силлао Майвэя.
Инопланетные эмиссары рассмотрели все заявки и отвергли часть претендентов. Некоторые собирались лететь всей семьей, включая старых родителей и малых детей. Такие заявки не одобрялись. Старики заведомо станут балластом и могут попросту не перенести путешествие – тратить средства на них нерентабельно. Малыши требуют слишком много внимания и не будут полезными обществу на самом трудном этапе жизни на незнакомой планете. Заняться воспроизводством популяции лучше на месте, где для этого создадут подобающие условия. Поэтому важно наличие как мужчин, так и женщин – примерно в равной пропорции. И все кандидаты должны пройти тест на фертильность.
Никакие заслуги и титулы не имели значения.
Так исчезло из перечня претендентов именитое семейство Каррон. Пожилой генеральный конструктор Сойо Каррон, главный автор проекта «Солла», страдал хроническими болезнями. Возможно, его бы все-таки подлечили и взяли с собой как выдающегося специалиста, однако он желал лететь только вместе с супругой, кузиной покойного императора, и с малолетними внуками – детьми его сына Маифа, оставшимися на Уйлоа сиротами после исчезновения звездолета. Включить в состав колонии двух больных стариков и двух малых детей инопланетные посланцы решительно отказались.
После жесткого отбора в списке оказалось тринадцать взрослых мужчин, из них двенадцать – с женами или невестами, и только семь пар смогли взять с собою детей-подростков – четырех мальчиков и четырех девочек возрастом от двенадцати до пятнадцати лет. Иного – тридцать три кандидата.
Почти все мужчины – обладатели ученых званий или университетских дипломов. Специалисты нашлись и среди женщин. Супруги Виттай – инженер-программист и учительница словесности, супруги Кассай – геолог и ихтиолог, супруги Ойонай – биолог и астроном…
Силлао Майвэй был холост. Зато его профессия – врач – говорила сама за себя. А молодость позволяла надеяться, что со временем он найдет себе пару.
Конкурс был с честью выдержан. Контракт подписан.
Инопланетяне, разумеется, не выплатили участникам экспедиции единовременное вознаграждение и не подарили страховку их оставшимся на Уйлоа семьям. Однако, как объяснили посланцы, добровольность участия в эксперименте обязательно должна быть закреплена юридическим соглашением. Каждому переселенцу открывается счет в межгалактических кредитных системах, и далее, в зависимости от личных успехов и достижений, этот счет пополняется, а виртуальные суммы могут быть конвертированы в любую валюту, принятую в данном мире.
Как объяснил глава спасательной миссии, инопланетянин с совершенно непроизносимым именем, вроде Шойшшуссихшоу (кратко – Шойшш, или, в уйлоанском произношении, Сойсс), Межгалактический альянс – не благотворительная организация, и все его проекты основаны на принципе взаимного интереса и выгоды. В данном случае уйлоанцы имеют статус не пассивных объектов, а активных участников совместного экспертимента по переносу цивилизации в другую галактику. Альянс не намерен контролировать все действия колонистов. Успех во многом зависит от них. Лишь после того, как колония укоренится и наладит совместную жизнь в новом мире, она сможет рассчитывать на дальнейшее содействие Альянса и на прибытие следующей партии уйлоанцев, – если найдутся желающие.