Лара Кандрашова – Дневники Амазонки (страница 8)

– Ах ты, мерзавка, – его кулаки грохотали по тяжелому деревянному массиву, – открой немедленно!

Я в это время в панике проверяла, все ли окна закрыты. На первом этаже везде стояли оконные решетки – видимо, для того, чтобы я точно не могла сбежать. Сегодня правило «мой дом – моя крепость» явно сработало против Пьера.

Но оставался еще второй этаж. И там окна были открыты. Мне показалось, что они достаточно высоко, чтобы Пьер мог до них добраться.

Я взяла телефон и позвонила его матери.

– Синьора Роза, мне страшно – у Пьера пистолет, и он хочет меня убить!

– Дочка, он ничего тебе не сделает, – со странным спокойствием ответила его мать, – он много раз угрожал и мне, и отцу, и, как видишь, мы все еще живы.

– Он сказал, что убьет меня, чтобы я не досталась никому, – сквозь подступающие слезы сказала я, – вызовите полицию!

– Лара, а ты уверена, что пистолет вообще заряжен?

Я вовсе не горела желанием это проверять. Разговор с матерью Пьера в очередной раз подтвердил, что справляться со всем мне придется собственными силами. Вдруг до меня донесся странный звук. Бросив трубку, я пошла посмотреть, в чем дело. Оказалось, что Пьер раздобыл деревянную приставную лестницу и, держа в одной руке пистолет, пытается подняться по ней на второй этаж.

– Я все равно до тебя доберусь, – рычал он, – ты пожалеешь, что не открыла.

Пьер выглядел, как сумасшедший. Его глаза горели, лицо покраснело, а одержимость будто придавала сил. Я поняла, что, кажется, мне пришел конец. «Может быть, все-таки позвонить в полицию?» – пронеслось в голове, – «Вдруг карабинеры успеют приехать?»

И тут раздался треск. Это старая лестница не выдержала веса отяжелевшего от безделья, обжорства и алкоголя тела Пьера. Ступенька сломалась, он оступился, не успел ухватиться рукой, занятой пистолетом, и свалился на лужайку, истошно крича и ругаясь на чем свет стоит. Высота была не очень большой, и жизни Пьера явно ничто не угрожало, однако встать самостоятельно он не мог. Поэтому вместо полиции я решила, что позвоню в скорую помощь – не бросать же человека, пусть и угрожавшего мне убийством, в таком состоянии.

Я подошла к Пьеру. Он беспомощно лежал на траве, нога выгнулась под неестественным углом. Пьер стонал от боли, глаза были полузакрыты. Я без церемоний сунула руку в карман его куртки и забрала ключи от ворот.

– Прощай, Пьер. Скорая уже едет, тебе помогут, – я вздохнула, – я тут больше не останусь, документы на развод пришлю позже. И знаешь, лучше бы тебе поменьше пить.

Мне понадобилось не больше пяти минут, чтобы вернуться в дом, забрать приготовленную сумку и покинуть особняк, ставший моей тюрьмой. Я отправилась в сторону вокзала пешком, но буквально через несколько минут мне удалось поймать попутку. Так начиналась новая глава моей истории.

Глава 2. Снова студентка

И вот, как и в первый свой день в Италии, я оказалась все на том же вокзале в Болонье. Только меня уже не ждал богатый и влюбленный итальянец. Дальше предстояло как-то выкручиваться самой. Но тогда я просто радовалась, что осталась жива, избавилась от Пьера, и ему в ближайшее время явно будет не до того, чтобы заниматься поисками. А значит, он вынужден будет оставить меня в покое.

У меня имелась всего пара козырей в рукаве, и то, на тузов или хотя бы валетов они не тянули. В моей записной книжке были записаны два телефонных номера – хозяйки салона красоты Анжелы и ее подруги Софии. С последней-то я и начала.

– Алло, София? Это Лара, да, Лара из Минска. Может быть, вы помните, я искала жилье.

– Да, помню, – чуть помолчав, ответила она, – Ты больше не живешь с мужем?

– Я от него ушла. Ваше предложение еще актуально?

– Да, диван на кухне пока свободен, – усмехнулась моя собеседница, – когда ты хочешь приехать?

– Сегодня, – ответила я и сама поразилась тому, как это звучит.

Уладив вопрос с жильем, я набрала номер Анжелы. Меня интересовало, может ли она взять меня на работу. Оказалось, что у нее в салоне все еще есть вакансия, и я могу выходить на свою первую смену уже завтра. Или, если захочу, денек отдохнуть и начать работу во вторник. Пока все складывалось удачно, и я восприняла это, как хороший знак. Судьба снова вела меня в неизвестность, но я не сомневалась, что все будет лучше, чем то, что я оставляю за своей спиной.

***

Румынка София выделила мне закуток на кухне, где постоянно витали весьма сомнительные ароматы, и продавленный диван. Иногда я вспоминала свою шикарную кровать king size, оставшуюся в квартире, где мы жили с Пьером в первые месяцы после моего приезда в Италию, но тут же отгоняла от себя мысли. Моя жизнь стала совсем другой, и нужно было адаптироваться к ней, а не вздыхать по тому, чего больше нет. Тем более, как я все время себе напоминала, к удобной кровати прилагался Пьер. Пожалуй, при таком раскладе старенький диван выглядел не худшим вариантом.

София была простой, работящей женщиной, привыкшей к тяжелой работе, безденежью и безысходности. Она уже много лет жила в Италии, однако так и не сумела стать здесь «своей», добиться какого-то статуса, получить образование, которое котировалось бы в Европе. София выглядела непривлекательно, если не отталкивающе. У нее были длинные седые волосы, выбивавшиеся из-под замызганной косынки, сросшиеся брови, темные усы над верхней губой и острые проницательные глаза. Она почти никогда не улыбалась, и я ни разу не видела ее в хорошем настроении. Моя новая квартирная хозяйка не ухаживала за собой, считая, что с нее вполне достаточно с утра почистить зубы и слегка провести по волосам расческой. Жизнь этой женщины была по-настоящему непростой. Она не знала легкой работы и трудилась то на сборе урожая, то уборщицей на фабриках и рыбных рынках. Она была уверена, что никогда не прыгнет выше головы, и тяжелый труд за гроши – ее судьба.

Уживаться с Софией было непросто. В ее доме я оказалась будто в очередной тюрьме. Румынка то и дело ворчала себе под нос, будто я должна быть благодарна, что не осталась на улице. С ее слов, выглядело все так, словно она приняла меня из милости и бесплатно предоставила мне кров, хотя на самом деле я платила ей за угол, и платила вполне нормально. Несмотря на это, мне запрещалось поздно возвращаться домой, шуметь, приводить гостей. А если на раковине после меня оставались несколько капель воды, мне грозил нешуточный скандал. Казалось, что София ненавидит меня за то, что я отличаюсь от нее – молодостью, красотой, стремлением к лучшей жизни. Я жалела ее и не хотела злить лишний раз, поэтому подстраивалась под причуды хозяйки: ходила на цыпочках, возвращалась как можно раньше, но этого явно было недостаточно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.