Лара Ингвар – Императрица (страница 12)

— Что-то еще? — спросила Рауха.

— Если не сложно, не могли бы вы подписать бумаги о моем официальном назначении, — сказал он, тщательно подбирая слова, и протянул свиток, который я внимательно прочла.

Ни разу не обозначив принца Тавра как своего суверена, граф составил свои обязанности так, что он должен был отчитываться лично мне. Документ я подписала, в конце концов, у принца и так достаточно советников, не помешал бы один и мне. Раух низко поклонился и покинул библиотеку.

Одна оставалась недолго, вскоре заявился Роман. Он едва ли был сосредоточен на экзаменах, все больше думал о том, как бы завоевать сердце своего зверя-покровителя, в итоге должен был пересдать несколько предметов.

— О, Маримар, привет. — Парень уселся на соседний стул. — Смотрю, ты уже курсовую пишешь. Слышал, ты отлично сдала историю империи…

Смотрела на этого рыжего лиса и не могла сдержать смешка.

— Дать тебе конспекты?

Роман расцвел в улыбке. Рядом с ним жизнь казалась нормальной, что бы в ней ни происходило. Это удивительное качество не относилось к магии земли, которой он обладал, оно было личным, только его, веселого и добродушного парня. Иногда я задавалась вопросом, это сила в нашей крови влияет на характер или же мы обладаем той или иной магией благодаря своим личным качествам?

— Было бы потрясающе! Я тут видел отца графа, кто бы мог подумать, что он окажется таким славным мужиком! Подарил мне вот… — Роман вытащил из кармана россыпь белых семян, похожих на огромные тыквенные семечки.

Я не очень разбиралась в магии земли, а потому спросила, что это.

— Северный клен. Их в мире остались единицы. Если смогу, выращу настоящие деревья. Ух! Тут семян на рощу хватит.

— Чем эти клены так ценны?

Роман хлопнул себя по лбу.

— Вечно забываю, как долго ты жила без магии. Северные клены распространяют и усиливают магию, привлекают волшебных существ. Раньше беременные женщины обнимали стволы этих деревьев и молились, чтобы у детей проявились способности к волшебству.

— А почему мало осталось?

Если это такая ценность, было бы глупо их уничтожать.

— Это как раз загадка. — Роман хитро улыбнулся. — Лет триста назад северные клены просто начали умирать, сохнуть. Сигурд говорил, потому, что магия решила покинуть империю. Может и так, но сейчас, когда в столице живут четыре элементаля, самое подходящее время, чтобы снова вырастить их.

Мой друг имел в виду себя, Роаха, Ану и меня. Все мы обладали выдающимися талантами, но я сомневалась, что являюсь элементалем.

— Теренис-старший был гораздо сильнее меня. Я все еще не научилась той магии, которой он управлял. — Старик мог повелевать волей сотни человек одновременно, обладал неподвластной мне магией крови. — Да и Ану пока вынужден носить браслеты с бощником, чтобы не сойти с ума.

Огонь был стихией ярости, и ярость эта захватывала своего носителя. Мой друг едва не убил тысячи людей, когда его поглотило пламя. Не говоря уже о том, что он похитил меня с явным намерением жениться и объединить нашу силу в одну. Хорошо, я вовремя поняла, что с ним не так, и всадила в него клинки, пропитанные бощником, ядом, забирающим у магов силу. Так я спасла Ану и целый город от разрушения.

— По легенде каждый из элементалей должен непременно бороться с проклятьем своей силы. А элементаль воды… Ну, ты знаешь.

— Станет обладать силой великой только после того, как убьет любовь всей своей жизни, — с грустью продолжила. Если для того, чтобы обрести силу, мне нужно убить Тавра, не нужна мне такая сила. И плевать, что там сказано в пророчествах. — Эти разговоры навевают на меня тоску. Хочешь съездить со мной в трущобы к родственницам Тавра? — Я надеялась получить дополнительную защиту в виде какого-нибудь ведьмовского амулета. — А ты очень понравился Гизелле.

Мой рыжий друг расплылся в улыбке. Он имел удивительное влияние на представительниц противоположного пола, мгновенно располагая к себе. Тайна его очарования заключалась в том, что у Романа было три сестры и чрезвычайно властная матушка.

— Хотя мое сердце и отдано Жасмин, я с удовольствием навещу родственниц принца. Люблю ведьмочек. К тому же ты говорила, что они недолго пробудут в столице.

Это правда. После того как с Черного леса — места обитания ведьм — было снято проклятье, и деревья снова начали расти на месте бесплодной пустыни, ведьмы готовились вернуться на родину. Не только родственницы принца, но и оставшиеся в империи ведьмы начали переселяться в Черный лес. Пока миграция не приняла массовый характер, мы с Тавром могли скрывать перед знатью факт возрождения леса и возвращения ведьмам их сил. Но вскоре придется объяснять магам, что ведьмовство больше не запрещено в империи. Документ о терпимости к любым видам магии лежал на столе принца и должен был стать первым, подписанным им после коронации.

Я встала, почувствовав очередную волну головной боли. Приступы учащались, оставалось надеяться, что они вызваны переутомлением. Не хотелось бы свалиться от неизвестной болезни.

— Ты устала, хочешь, сниму боль? — участливо предложил друг.

Я упрямо мотнула головой. Не все проблемы можно решать магией.

— Потерплю. А как только вернутся принц с графом, я как следует высплюсь, и все пройдет само, — уверила Романа. — Пойдем скорее, хочу успеть к трем часам. Горана как раз в это время готовит чай с печеньем.

Я и не заметила, как семья принца стала мне роднее собственной. Тетя Тавра не только учила меня магии, но и проявляла заботу, какой я никогда не получала от родной матери.

Мятный чай успокаивал и придавал сил. Племянница Тавра, во время праздника произведшая фурор своей красотой, привычно помогала Горане. На вопрос, понравился ли ей вечер, со смущенным румянцем ответила, что безмерно мне благодарна, однако добавила, что все равно ждет не дождется, когда сможет вернуться в Черный лес. Он снился ей ночами, а днем она перелистывала потрепанные книги со сказками о ведьмах и их родине. Вернуться туда мечтали и остальные девочки. Впору было гадать, было ли их страстное желание вызвано рассказами тети или их притягивала возвращающаяся магия леса.

— Ты уверена, что довериться одному из представителей клана Ледяного Ветра — хорошая идея? — с подозрением хмыкнула Горана.

Привыкшая к постоянному преследованию, она абсолютно никому не доверяла. Роман снискал ее расположение только после того, как поучаствовал в восстановлении Черного леса и едва не погиб там. А еще ей нравилось… как он ел. Сын одного из самых богатых людей в империи, которому были доступны любые лакомства и изысканные блюда, искренне считал, что нет ничего не свете вкуснее ее мясного рагу.

— Мне нужен защитник, маг. А Раух показал свои способности.

— Если только он сам не стоял за этим покушением… — задумчиво произнесла Горана.

Я криво усмехнулась. Интуиция подсказывала, что отцу Роаха я довериться могу. Клану Ледяного Ветра была присуща собачья верность магам воды. Горана поняла меня правильно и устало добавила:

— Я создам амулет, оберегающий от зла. Но он не сравнится с тем, что подарила тебе малышка. — Куколка, что когда-то дала младшая из ведьм, приняла на себя предназначавшийся мне удар и тем самым спасла жизнь.

Потом Тавр объяснил, что такая сложная магия доступна только детям, подарок должен быть от чистого сердца, лишь тогда она работает.

— Как поживает мой племянник? От него давно нет вестей.

Горана не знала точно, где сейчас принц. После того, как он стал наследником престола, их связь ослабла. Женщина не винила Тавра, но было видно, ей горько от того, что он отдаляется. Их с Тавром связывали сложные отношения. Они любили друг друга, Горана заменила ему мать, но и он в некотором роде стал отцом девочек. А еще магии ведьм нельзя было обучать мужчин. Ведьмы хранили секреты силы для девочек, считая, что у мужчин и так слишком много власти. Тавр стал единственным исключением из правила.

— Он должен вернуться дня через два. Я тоже не получала весточек от него, но, если учесть, как много у нас врагов, лучше, если он не будет пока писать. Сейчас все зависит от Терениса-младшего. Если он захочет вернуться, коронацию придется отложить.

— И ты готова отказаться от трона? — с улыбкой спросила Горана, наливая Роману чай.

Я поморщилась от очередного приступа головной боли.

— Если бы увидела, что Теренис достоин престола, уступила бы его, ни на миг не сомневаясь. В конце концов, младшего готовили к роли будущего императора. Но в последнюю нашу встречу он показал себя трусом и сбежал от ответственности. Может ли такой человек управлять судьбами миллионов?

— Ты мудрее, чем мой племянник, Маримар, — улыбнулась Горана.

Я откинулась на спинку кресла, устланного овечьими шкурами, и потерла виски. Роман, до того молчавший, фыркнул:

— Нет сил смотреть, как ты терпишь боль.

Он подвинулся ближе и без спроса положил ладонь мне на лоб. Вместо чувства облегчения голова взорвалась всполохами боли, перед глазами заплясали алые пятна. Я истошно заорала, уже не видя перед собой исказившееся лицо друга, не слыша криков Гораны. Сознание, не способное бороться с болью, нашло единственный выход, и я отключилась.

На лбу лежал холодный компресс, с него на веки и щеки стекала какая-то жидкость, пахшая лесными травами. Кто-то держал меня за руку. Открыв глаза, увидела, что мои ладони сжимала Горана.