Лара Барох – Сарматская царица (страница 28)

— Почему меня не пускают к сестре! — Едва я собралась полежать и привести мысли в порядок, как откуда ни возьмись, передо мной появился сын вождя роксолан. Глаза гневно сверкают, ладонь покоится на рукоятке меча. А это означает, что настроен он решительно.

— Вук! Мы не можем идти вопреки воле богов. Жрица лучше нас знает, как помочь твоей сестре. — Голова начала болеть от накала страстей и событий этого дня. Но и обижать его не следует. — Ты подожди здесь. Я схожу до жрицы и все тебе передам.

Поднялась и пошла огибать юрты. Их соорудили таким образом, чтобы закрыть место, где творила жрица, от посторонних глаз.

Вот что ему не сидится? Две луны, и получит свою сестру в целости и сохранности. Нет, вздумалось ему тревожить мой покой. И ведь отказать нельзя. Роксоланы большое племя, нам с ними нужно дружить. Основы дипломатии! Я ворчала и шла к внутреннему дворику, где расположилась жрица. Рядом с ней сидели Сова и Беркут.

— Вук, брат Беркута жалуется, что его к сестре не пускают. Я пообещала все узнать. — Развела руками. Дескать, сама то я знаю, что не следует отвлекать жрицу от дела. Только вот не могу остановить горячего воина.

Жрица поднялась с земли и кивнула девушке, чтобы следовала за ней.

Затем вышла к ожидающему Вуку и прищурившись, начала ему выговаривать.

— Я пообещала вернуть твою сестру через три луны? Зачем раньше пришел?

— Ну, я просто хотел её видеть. — Совсем другим тоном ответил он. И руку с меча убрал.

— Видеть? Тогда смотри. Да не вздумай с ней заговаривать. Она ещё две луны должна молчать. — От такого заявления брови Вука удивленно полезли на лоб. Но он, памятуя наказ жрицы, молча вглядывался в сестру. А та смотрела на него.

Вскоре жрица прервала их молчаливый диалог.

— Нам пора! Развернулась и кивнула девушке, чтобы шла обратно.

Когда они ушли, я развела руками.

— Ты сам все видел. Жрица знает, как должно быть, и лучше бы ты ее не тревожил. А если заняться нечем, сходи к соляной горе, помоги нам наколоть соли?

Как я рассуждала? Воины заскучали без дела и принялись додумывать то, чего нет. И сами нервничают, и нас подозревают невесть в чем. Поэтому пусть лучше идут работать. От этого всем польза будет.

Вук посмотрел в ту сторону, куда ушла сестра, вздохнул и крикнул своим, чтобы собирались. Кажется, одной проблемой стало меньше!

Воспользовавшись затишьем, ушла в юрту. Все-таки тяжело сидеть на земле. Спина быстро устает, ноги, как ни подворачивай, а все мешают занять удобное положение. Толи дело лежа!

Засунула в рот феникс и зажмурилась от удовольствия. Затем растянулась в полутьме и прохладе. Вот оно счастье! Дела работаются, люди довольны, все живы.

Вспоминая рассказ скифа, пыталась предугадать, какими знаниями обладает их народ? Знают ли они медицину? Строение человеческого тела? Как лечить, скажем, переломы?

А звезды? Они умеют предсказать по расположению звёзд грядущие события? А расположения частей света? Где юг, где север? Хотя… это и я знаю. Солнце-то встаёт на востоке!

А вот еще любопытно. Если это та же планета, значит, где-то должны находиться пирамиды Египта? Да и другие пирамиды. Знают ли скифы, как связаны между собой эти колоссальные сооружения? Кто их возвел, и для чего они предназначались?

Как было бы интересно прикоснуться хоть одним пальчиком к тайнам истории? Размечталась в относительной тишине и прохладе, и незаметно для себя уснула.

Глава 42

Вечером за традиционными посиделками перед сном, Дивей наконец-то рассказал, о том, что начал набирать первых учеников. Так вот чем он занимался все эти дни?

Уходил сразу после завтрака, брату в разметке столицы не помогал, да его вообще редко видели в городе.

— Ты сказала, что я сам ищу учеников, — обратился он ко мне, и в ответ получил утвердительный кивок.

— Воины отказались учиться писать буквы и слова. Они рассмеялись на мое предложение и сказали, что в бою им это умение не поможет. А вот счетом заинтересовались. Я пообещал их научить в ближайшее время, а сам отправился к рабам. те тоже меня выслушали, но ответили, что эти знания не принесут им больше одежды, или еды, и тем более не предоставят крышу над головой.

Ну да, люди привыкли жить одним днем. Их заботят сиюминутные проблемы, а вот перспективы им недоступны. С другой стороны, это не их вина, а реалии мира, в котором они живут, и точно так же жили их отцы и деды. Но надо отдать должное Дивею, что он не отступил, получив столько отказов, не пришел ко мне с опущенной головой искать поддержки, а упрямо искал решение проблемы. Сам!

— Тогда я обратился к сиротам. Таких много. Среди них я выделил нескольких, что особенно мне понравились. Сообразительные, быстро запоминают буквы… только они не успевают учиться. Заботиться о них некому, еду никто не принесет и не приготовит. Поэтому они вынуждены много работать. Сейчас пришел спросить, что дальше делать?

Эти его слова натолкнули меня на мысль, что нужно создать нечто схожее с бюджетом или фондом. Там будут аккумулироваться средства, предназначенные на разные цели. Я была уверена, что в будущем эти расходы возрастут. Вот, например, сейчас, чтобы поставить себе юрту, и переехать в нее жить, сарматы платят своими средствами. Кто отдает мясо, кто ткани, полученные также в обмен или награбленные в набегах. Но рабы не могут себе позволить обзавестись даже телегой с войлочной крышей.

Опять же планировщики столицы. Сейчас они работают на голом энтузиазме, но это чревато последствиями. Надоест, или поманят в набег, и ничем их не остановить. В своем решении они будут правы, и планировка новой столицы окажется под угрозой.

Конечно, мне, как вождю из каждого набега приносят часть добычи. В основном это дорогие ткани, серебряная посуда, золото и ковры. Требовать, чтобы отдавали больше неразумно и недальновидно. Во-первых, воины не видят, куда уходит золото. На обучение рабов? Этого они не поймут и, соответственно, не одобрят. А во-вторых, сарматы-народ гордый, вольный. Да, они с рождения приучены, что слово вождя-закон. Но где уверенность, что не найдется среди них бунтарь, который начнет склонять их если не к восстанию, так к отделению от племени? И вместо объединения племен под флагами сарматов, я получу раскол, со всеми вытекающими.

Выход мне видится только в одном-показать сарматам конкретные результаты. И если с обучением быстрых итогов не будет, то следует строить стадион!впрочем, чего там строить-то? Ворота сколотить из деревьев, натянуть ткань, слоя в два, чтобы покрепче держала удары меча. А сам мяч можно сшить из шкур, и набить его потуже травой. Здесь главное начать, дать людям исходный вариант. Сарматы далеко не дураки! Детали додумают сами и изменения в лучшую сторону внесут тоже сами.

— Дивей! Я дам золото из своих запасов. Столько, сколько будет нужно, чтобы построить юрты твоим ученикам и освободить их от работы. От тебя потребуется считать и запомнить, расходы. Эти суммы нам потребуются на будущее. — Дивей распрямил опущенные в унынии плечи и разом повеселел. — Но вначале вы построите стадион и научите всех играть в ногу-гол.

Если до этого момента муж вяло прислушивался к нашим разговорам, то услышав сразу несколько новых слов, включая “игра”, подался вперед, чтобы разглядеть мои рисунки на земле.

Итак, поле! Будет традиционно овальной формы. Размеров его я не знала, помнила только, что оно значительно меньше хоккейного. Пусть будет двести метров от ворот до ворот, для начала. Если покажется неудобным-сарматы переделают. В этом я не сомневалась.

— Суть игры заключается в том, чтобы запинать наибольшее количество мячей в ворота противника. — Объясняла и рисовала на земле схему. — Отсюда и название нога-гол.

Но на этом мои устремления не остановились. Показала невдалеке на небольшой камень и предложила братьям поиграть прямо сейчас. А чего время-то терять? Ворота нарисуют на земле ногами, просто проведут черту. И пусть разомнутся перед сном.

С неохотой, все же дело-то после еды, Храбр с Дивеем поднялись со своих мест. И пока муж приглядывал место для будущих ворот, Дивей приноварнивался к камешку. А едва ворота нашли свое место, тут же забил первый гол.

— Я победил! — Нарушил он своим криком вечернюю тишину.

— Обман! У тебя еще и ворот-то нет! — Тут же вскинулся муж. И пока Дивей, открыв рот бежал и торопливо чертил полосу на земле, муж приноравливался к камню.

А потом началось веселье. Они толкались и роняли друг друга. Были даже попытки перехватить камень руками, но вовремя сообразили играть только ногами. На шум вышла даже жрица.

— Чего это они? — Сдвинув брови, поинтересовалась у меня.

— Игру я придумала. Предложила им попробовать в нее сыграть. Вроде нравится. — Жрица еще немного посидела, наблюдая за игроками, и вернулась к себе.

А с другой стороны, подходили ближе роксоланы. Тихонько переговаривались между собой, показывая пальцем то на ворота, то на камень. А когда Дивей промахнулся по воротам, испустили разочарованное “ууууу”. Первые болельщики?

Дожидаться окончания матча не стала. Ушла в юрту, но еще долго слышала азартные крики с улицы.

Глава 43

Утром помочь выстроить стадион вызвались роксоланы. Дивей ликовал, и взяв веревки нужных размеров, наносил разметки. Он же вбивал колышки, определяя размеры будущего стадиона. Он же заказал мастерам мяч, и уже к обеду стадион был готов принять первых игроков.