Лана Воронецкая – 50 дней, чтобы влюбиться в дракона (страница 36)

Я кричу, играя роль:

— Пятнадцать сверху в котёл, и мы не раздеваем девочку. И еще пятьдесят за выкуп первой ночи.

Но мою ставку перебивают:

— Сто тысяч шиллингов. Девочку заберу я.

Меня испепеляет пронзительным взглядом голубых глаз молодой блондин справа. Это кто еще? Похоже, племянничек Архимага. Какая нелёгкая занесла его в это сборище чистокровок? Шаардан в курсе? Или это он его и послал? А если нет?

Я снова перекрикиваю поднявшийся гул толпы:

— Двести.

Ставки доходят до миллиона. Молодой идиот не даёт спуску. У меня же столько с собой нет. Ничего, потом всё оплачу. Откуда у этого малолетки столько шиллингов?

Видимо, для него, это предельная сумма. Как там его зовут? Асгар?

Асгар не выдерживает и кидается на меня с кулаками. Вокруг нас моментально расступается толпа, давая больше места для схватки. Малолетний блаженный идиот. Я же его прибью.

Мы кружим друг напротив друга, изучая, высматривая слабые места, наносим пробные удары. А потом Асгар слетает с катушек и бросается на меня, сбивая с ног. Мы катимся по полу. Он рычит мне на ухо:

— Эша –моя истинная. Убрал лапы и грязные бабки. Я её не отдам. Моя-яя.

Да неужели? Такой молодой и уже встретил истинную? Я вижу, что не врёт. Слишком многое для него сейчас стоит на кону.

Я ослабляю захват, хочу задать вопросы. Но здесь не время и не место. А между нами вспыхивает магический импульс, ослепляя, заставляя расцепиться и откатиться в разные стороны.

В круг расступившейся толпы заходит …Крейг. Ну, надо же, наконец-то –явление Драго народу. Сдавливаю внутренний рык своего дракона. Тш-ш-ш… Не стоит выдавать себя раньше времени.

Крейг смотрит на Асгара и гаркает:

— Продано!

Он подходит и хлопает молодого дракона по плечу. Я исподтишка наблюдаю за Эшей. Вижу, какими глазами она рассматривает блондина. Значит, и, правда? Истинные? Хм…

Прищуриваюсь, нагнетаю напускное недовольство, хмурюсь, фыркаю.

Асгар в пару огромных прыжков подскакивает к подиуму, хватает Эшу и закидывает на плечо. Почти уверен, что я в нём не ошибся, но …всё-таки сомнения остаются. Раздумываю, что мне делать. Надо проследить и забрать у него девочку. От греха подальше.

Крейг подходит ближе. Тихо, так, что слышно только мне, произносит:

— Картер, ты странно ведёшь себя последнее время. У тебя уже есть одна человечка… Займись оплодотворением. И дай другим шанс.

Не могу удержать рык, который прорывается сквозь стиснутые зубы. Цежу:

— Где она? Какого Драго ты её забрал Крейг?

Крейг изучающе рассматривает меня, сквозь прищур глаз, ясно дающий мне понять, что он догадывается, что мне известно о его участии в смерти отца. Я придушу гада. Своими руками.

Только мои кулаки сейчас не помогут. Выступивший пот холодит ладони, а пальцы немеют, отказываются сжиматься в кулаки. Эмили.

Где она? Что Крейг с ней сделал? Он мочит.

Может, у меня и не получится добраться до Крейга. Если с Эмили что-то случилось, я не прощу себе. Я просто умру.

Жизнь проносится перед глазами. Внезапно всё перестаёт иметь значение. Всё, кроме моей маленькой человеческой девочки.

Мы с Крейгом сверлим друг друга взглядами в немом противостоянии. Новый вдох даётся мне с трудом –грудную клетку перехватывает спазмом.

Но я явно чую запах Эмили. На Крейге!

Держи себя в руках, Картер. Дыши. Еще. Еще один маленький выдох и чуть более глубокий вдох. Нюхай, Картер, нюхай. Проследи, откуда за Крейгом тянется след.

Крейг складывает руки на груди, едва заметно ухмыляется и продолжает щуриться. Лживая скотина. Но именно сейчас думать о чем-нибудь еще кроме Эмили больше не получается. Она занимает мысли полностью, выбивая из головы всё остальное.

Даже прищуренная морда Крейга расплывается перед глазами и становится абсолютно неважной. Сознание затапливает страх за Эмили. Наша связь так и не работает, но она и не исчезла полностью. Я чувствую, что моя девочка жива. Чувствую, что ей больно. И страшно. Но она точно жива.

Я иду по следу из запаха Эмили, толкнув по пути кого-то плечом. Крейга? Я не оборачиваюсь, тут же забываю про него. Сейчас ничего не имеет значение. Ничего, кроме запаха моей девочки. Она где-то в ущелье. И Крейг был с ней, и принёс на себе её запах. Эмили, любимая. Девочка моя. Моя истинная!

Я иду по следу из запаха Эмили, смешанного с отвратным привкусом Крейга. Зато так проще отслеживать путь. Ускоряюсь. Перехожу на бег. Выбегаю наружу, на скалистый уступ, в ночь. В небе необычайно яркая луна, освещает горный хребет. Хотя, с драконьим зрением и без такой подсветки всё прекрасно видно.

Приходится обернуться зверем и несколько раз перелететь с уступа на уступ, преследуя ускользающий запах. Я сосредоточен только на нём. Не замечаю больше ничего вокруг. Я всё дальше углубляюсь в ущелье. Всё сильнее ускоряюсь. Что происходит?

Внезапно порыв ветра бьёт в нос любимым запахом моей девочки. Я вижу Эмили!

У меня срывает крышу. Мыслить разумно не получается. Тьма ворочается внутри, просится наружу.

Камнем падаю вниз, обращаясь человеком.

Глава 28

Эмили

Крейг притащил меня на скалистый утёс где-то посреди драконьего ущелья.

Ему было мало просто обездвижить меня. Он выбрал отвесный уступ на самом краю пропасти и приковал меня железными цепями, перехватив поперёк талии, заковал кисти железными браслетами и распял руки по сторонам.

Я не могу двигаться, не могу говорить. Я могу лишь думать и наблюдать. А еще чувствовать. Мне страшно. Не за себя. Я до жути боюсь увидеть здесь Картера.

Холодный камень за спиной остужает жар от магических пут, сковавших тело. Ветер путается в волосах, треплет, хлестая ими по лицу. В ущелье фонит нестабильной магией, вокруг плескается энергия, которую впитывает моё тело. Оно переполнено под завязку, саднит и требует выпустить переизбыток магии наружу, но силовая сеть на теле не даёт выпустить ни капельки.

Лучше я простою здесь до скончания веков. Умру от голода и холода или от переизбытка накопленной силы. Только бы Картер не попал в расставленную ловушку. Я молюсь Драго, молюсь магинечке Елене.

Но боги не слышат мои молитвы потому, что из медитативного молитвенного состояния меня вырывает грозный рык. Я дёргаюсь и поворачиваю голову направо, в отчаянии закусываю губы, сталкиваясь с горящим огнём взглядом Картера.

Он стоит посредине плато и нервно втягивает раздувающимися ноздрями воздух. Смотрит на меня и потихонечку звереет.

Низкий утробный голос разносится по ущелью громовым эхом:

— Эмили-иии…

Эхо вибрирует и вызывает небольшой камнепад позади Картера.

Мы всматриваемся друг другу в глаза несколько мгновений, которые длятся целую вечность. Глаза Картера разгораются сильнее, выдавая злость, набирающую обороты. Нет, Картер, нет. Тебе надо успокоиться!

Но, я не могу вымолвить ни звука. Крейг наложил заклинание молчания. И я не могу нащупать нашу связь, пробиться в голову моему дракону не получается. Картер, остановись…

Но он срывается с места и в следующую секунду уже стоит передо мной.

Рывком выдёргивает цепи из камня, обхватывает меня за талию и стаскивает с утёса на каменистое плато.

Его глаза полыхают пуще прежнего, слова вырываются с рычащим свистом:

— Эмили, девочка моя. Что с тобой?

Он видит силовые путы, следы раздражения на коже и небольшие ожоги, рычит сильнее. Картер тянется распутать их.

Теперь вырываюсь я. Я чувствую нашу связь в голове, но ничего не могу объяснить –ментальный блок не пробивается.

Щелчком пальцев Картер убирает заклятье молчания с моих губ, а я отталкиваю его руки и судорожно шепчу:

— Это – ловушка, Картер.

Его лицо –непроницаемая маска. Он продолжает начатое –пытается распутать.

— Нельзя, Картер. Не трогай. Во мне слишком много накопленной магии, — отчаянно пытаюсь объяснить, остановить его. — Если ты уберешь путы, меня просто разорвёт изнутри. И тебя вместе со мной. И половину утёса заодно.

Картер не слушает, он лишь прижимает меня и продолжает ослаблять силовую сеть, сковавшую моё тело и магию.