Лана Вьет – Тайна королевы Бригитты (страница 3)

Женщина замолчала. Так много происходило всяких жутких историй и странных происшествий, что люди воспринимали их как театр, как жуткий вид развлечений. Сама Агнес старалась лишний раз не приходить на публичные казни, но другим только дай поглазеть. Тем временем, женщина продолжила. Услышав эту кошмарную историю, Агнес поспешила покинуть место казни. Она побежала в прачечную к тетке, чтобы помочь справиться с работой. Агнес всегда старалась помочь по мере своих сил.

Тетя Хильдегарда переживала за племянницу. Красивая внешность подрастающей девочки бросалась в глаза, а лучше быть незаметной, больше шансов выжить. К ведьмам охотно приписывали рыжеволосых женщин, а Агнес была обладательницей именно такого цвета волос и зеленых глаз. Но в большинстве случаев жертвы костров обвинялись в ведовстве, потому что были безобразны, с бородавками на лицах. Из-за безобразной внешности большинства старых колдуний, люди поговаривали, что во время дьявольских шабашей они умели принимать привлекательное обличье. Находились даже очевидцы таких удивительных перевоплощений. Один ремесленник рассказывал, что в прошлом году в Вальпургиеву ночь он видел как с наступлением темноты старая ведьма натерла тело какой-то мазью и, превратившись в красивую девушку, усевшись на метлу, улетела на шабаш. Этот ремесленник, находящийся под впечатлением от такого перевоплощения, не смог совладать с разжигающим его любопытством и позже стал следить за старой колдуньей. Он подглядел из чего она варит в котле волшебную мазь. Ведьма бросала в котел разные ядовитые растения, там были беладонна, аконит, болиголов. Потом старуха пошла на кладбище, нашла свежую могилу младенца, и выкопала труп. У мужчины от такой страшной картины зуб за зуб не попадал. Ему повезло, что он остался незамеченным. Но дело было не в его везенье, вряд ли ведьма не смогла бы учуять человека. Ремесленник, прежде чем следить за колдуньей, хорошо подготовился. Многие знали, что спастись от ведьм помогает одна травка, пучок этой травы мужчина и привязал к себе на пояс. Колдунья легко разделала труп и жир добавила в котел. Варево долго кипело на огне. Ремесленник больше не мог выносить омерзительный запах и убежал.

Были случаи, когда достопочтенные женщины, которые всю ночь спали в своих постелях, утверждали, что участвовали в шабашах. Они рассказывали о встречах с сатаной очень достоверно, говорили, что на этих сборищах ведьмы подтверждали свою преданность дьяволу, давали отчет о своей зловредной деятельности, поучали от него наставления и участвовали в ритуалах. Нередко на подобных оргиях ведьмы оскверняли могилы, пожирали трупы, а также пили кровь. Многие ужасались, а другие принимали такие россказни за больную фантазию обезумевших женщин.

Одна повивальная бабка по секрету рассказала другой старухе, что на границе королевства с соседней страной у женщины родилась двойня: девочка была нормальной, а мальчик родился с животом раскрытым спереди, так что можно было видеть обнаженные внутренности, издав крик младенец скончался. И если бы не подошло время рожать одной знатной даме, бабку могли бы казнить, как причастную к такому событию. А после того, как она приняла роды у той дамы, старуха сбежала, дабы не навлечь на себя беды. Каких только жутких историй не передавали люди из уст в уста, в том месте произошло то, в другом другое: в одном каменном погребе один мужчина был пожран другим, в далекой стране родился младенец с четырьмя руками и ногами, родился поросенок с человеческими руками и ногами. А где-то, якобы, ночью на протяжении нескольких часов можно было видеть солнце…

Глава 3

Но среди всего этого ужаса бывали моменты специально отведенные для веселья. Во время пасхальной службы во славу Воскресения Господня дозволялось шутить и веселиться прямо в церкви. Публичное проявление набожности сопровождались щедрыми уступками греху. Даже в ту эпоху мракобесия существовали странствующие поэты и музыканты, которые в своих песнях рассказывали целые истории. Церковь обычно не обращала на них никакого внимания, это происходило по двум причинам: во-первых, церковники понимали, что невозможно постоянно только давить, надо было дать для народа выход эмоциям, во-вторых, если уж такой бродячий музыкант, как говорится, «перегибал палку», обязательно находился тот, кто донесет на него. В таких случаях, музыканту приходилось спешно покидать город, чтобы не попасть на плаху. Но бродячий народ почти никогда не приговаривали к смертной казни, власти не желали спровоцировать народное недовольство. Люди любили странствующих поэтов и музыкантов. Максимум, что им доставалось, так это несколько ударов плетью публично.

Зачастую люди не знали имена авторов свободолюбивых стишков, высмеивающих нравы и обычаи богачей, церковников и находящихся у власти, но всегда их выступления на главных площадях проходили под громкий хохот и улюлюканье толпы. Всякий раз, когда в городе появлялся такой бродячий музыкант, Агнес с удовольствием прибегала на главную площадь. Вместе со всеми и всегда в обществе своего друга Вильяма, потешалась и смеялась всласть. И вот в очередной раз прибыл странствующий музыкант, молва об этом моментально разнеслась по всей округе. Вся публичная жизнь города проходила здесь – на главной рыночной площади, здесь казнили и здесь же развлекались. Народ стекался к базарной площади со всех концов города. Вильям пробирался поближе к подмосткам и тянул за собой Агнес. И вот они уставились на музыканта.

Бродячий артист достал музыкальный инструмент херди-герди, и под его аккомпанемент объявил, что исполнит песню «Как виллан испортил воздух». Раздался хохот.

– Виллан не может помышлять о рае за неименьем денег, иль чего другого,

однако ада тоже он лишен, поскольку вызывает отвращение

у бесов тамошних, говорю вам, что знаю точно,

однажды заболел один виллан и черти ада приготовились, что

душу сейчас его получат, один из бесов подошел поближе,

чтоб в бездну оттащить, на то имел он право,

и сразу к заднице мешок из кожи подвязал,

считая, что оттуда душа на волю выйдет,

однако же, желая излечиться, виллан в тот вечер пил настой целебный,

и столько съел он мяса с чесноком, и жирного горячего бульона,

что у него теперь не мягким был живот,

но напряженным, как струна у цитры, и, видно, помирать виллану,

если же сумеет он ветры выпустить, то можно выжить.

Виллан ради такого дела поднапрягся, собрал все силы,

и что было силы стал тужиться, вертеться, извиваться,

он поднапрягся, чтоб освободиться от дурноты

и на всю округу выпустил пары, и тут, бесясь от гнева,

черти виллана душу стали проклинать,

Назавтра созван был у них капитул, и принято решенье:

ни за что на свете вилланов души в Ад не допускать,

поскольку вони от них не оберешься,

И по сему решению отныне виллану нет пути ни в ад ни в рай,

причина вам теперь известна.

Во время всего выступления толпа на площади покатывалась со смеху. Как только музыкант закончил, народ захлопал в знак одобрения. Бродячий артист поклонился. Полная женщина достала из корзины в ее руках, пирог и подала ему. Кто-то из зрителей дал яблоко, другой бутыль с вином, а третий ломоть хлеба. Бродячий музыкант поблагодарил за угощения и внимание к его выступлению. Он назвал автора этих стихов, но Агнес не запомнила. А музыку сочинил «ваш покорный слуга», как сказал музыкант, поклонившись еще раз.

Но, встретив на следующий день Вильяма, который спешил в лавку купить для Корнелиуса то, что он просил, Агнес остановила его на минуту. Про призрак женщины в белом она не стала говорить, а вот о том, что встретила странного человека, скрывающего свое лицо под капюшоном и с трещоткой в руках, она рассказала.

– Ты что первый раз видела больного лепрой? – удивился Вильям, – да сейчас полно этих прокаженных. Для них за чертой города построили больницу – лепрозорий.

– Я не знала, – призналась Агнес.

– У них там своя часовня и кладбище, чтобы сюда не ходили, – сказал Вильям спокойно.

– А на что они живут? – спросила Агнес.

– Просят милостыню, – с видом знатока сказал Вильям, – им запрещено появляться в обществе и пользоваться общественными банями, ну а если они выходят со своей территории, то должны предупреждать о своем появлении с помощью трещотки.

–Я видела у него в руках трещотку… – сказала Агнес.

– Агнес, мне пора, – попрощался мальчик, – Корнелиус ждет.

– Сегодня проведешь меня? – крикнула ему в след Агнес.

– Постараюсь! – ответил не оборачиваясь Вильям.

Тетя Хильда часто работала до ночи и это был как раз один из таких дней. Она предупредила племянницу, чтобы та не ждала и ложилась спать без нее. Хильдегарда сказала, что у них много работы, сегодня они обстирывают монастырь.

Поздним вечером Агнес подошла к дому лекаря Корнелиуса. Она ждала, когда Вильям выйдет ее встретить. Ждать пришлось достаточно долго.

– Сюда, – услышала Агнес приглушенный голос Вильяма, приоткрывшего входные двери.

Агнес подбежала к двери и проскользнула внутрь. Чтобы она не споткнулась в темноте, Вильям взял Агнес за руку и повел за собой. Они оказались на первом этаже дома в большом зале, в самом центре которого стоял огромный стол с баночками, колбочками, ретортами, и всяким хламом, по мнению Агнес. Для чего все это служило она не представляла. Стоял странный запах, определенно отличный от уличного.