Лана Вьет – Тайна королевы Бригитты (страница 2)
На этих словах Хильда поправила подушку и тихо вышла из комнатки. Агнес уже спала…
. . .
Случались дни, когда в городе за один раз рассматривали сразу несколько дел о колдовстве. Агнес не любила присутствовать на судах, но, чтобы не привлечь ненужного внимания избеганием процессов над ведьмами, иногда ей приходилось это делать. В тот день Агнес оказалась в зале суда, как обычно в чапце, скрывающем ее рыжие волосы. Вошла первая обвиняемая, средних лет женщина, которую многие знали в городе в силу ее занятия. Она была повитухой.
Элизабет обвинялась в том, что наслала порчу на младенца Уильяма, отчего тот сделался хромым. Суд признал ее виновной и приговорил к одному году тюрьмы. В ходе разбирательства она призналась и в других прегрешениях. Женщина утверждала, что подстрекателем был черный кот, подаренный ее бабушкой, которая еще в детстве научила ее колдовству. Агнес подумала, что бедная Элизабет, скорей всего, до ужаса боялась, что ее пошлют в долину для проверки на колдовские способности.
За ней шла Анна-Мария, ее обвиняли в том, что она своими колдовскими чарами довела до смерти другого Уильяма. Она созналась и в иных преступлениях, в которых тоже был замешан кот Элизабет. Как объяснила Анна-Мария, кота она попросила на время. Разозлившись на вдову Гудей, она велела коту утопить корову старухи и в награду накормила его кровью, хлебом и молоком.
Следующая обвиняемая была дочь Анны-Марии Джоан. Совсем молоденькая девушка, обвинялась в том, что из-за нее у десятилетней Анны-Кристины были покалечены правая рука и нога. В показаниях потерпевшей тоже фигурировал кот Элизабет, который обратившись черной собакой с рогами, пришел к ней и попросил масла, но Анна-Кристина ему отказала. Черная собака несколько раз возвращалась с этой же просьбой и, наконец, принесла в зубах нож, угрожая убить несговорчивую девчонку. Суд вынес оправдательный приговор Джоан, что происходило совсем не часто. Агнес подстерегла Анну-Кристину после заседания суда, когда та выходила из здания на улицу. Всю дорогу шла за ней, и когда они скрылись от большого скопления народа, вдруг девчонка перестала хромать! Агнес преследовала ее, и когда девочки оказались на маленькой узкой улочке одни, она подбежала к маленькой обманщице сзади и дернула за рукав. Что произошло дальше, она никак не ожидала. Анна-Кристина превратилась в загнанную испуганную девчонку.
Вскоре по городу поползли слухи о странном происшествии в женском монастыре, находящемся недалеко, настоятельницей которого была матушка Магдалена. В монастыре возникла вспышка истерии, монахини подобно кошкам карабкались на деревья и подражали голосам разных животных, взмывали в воздух, как птицы, носились по полям, как собаки. Первая жертва беса, как оправдывала себя на суде настоятельница, была некая Жанна Потье, она и передала безумие остальным монахиням. В конце концов через одну из одержимых заговорил дьявол. Он сказал, что в монастырь его пустила сама Жанна, что она зналась с ним и до прибытия в монастырь. В те годы в монахини уходили не только глубоко набожные женщины, видевшие свое призвание в служении Господу, но туда упрятывали и ненужных родственниц, провинившихся или просто непривлекательных дочерей. Суд пришел к заключению, что в вспышке истерии виноваты козни дьявола. Монахиня Жанна, как его пособница, была осуждена на пожизненное заключение и, так и умерла в тюрьме.
Глава 2
В чем только не обвиняли женщин: в черной магии, ереси, культе дьявола. Одним из самых страшных деяний ведьм было осквернение могил. Считалось, что ведьмы используют человеческие останки для приготовления колдовских зелий и мазей. Но люди верили в настоящих знахарок и колдуний, способных с помощью тайных сил исцелять больных и насылать порчу. И последних народ побаивался. Их дома, в основном находящиеся на окраинах городов или деревень, обходили стороной. Многие видели, как из дома выходила ведьма, а потом вдруг в воздух взмывал черный ворон, а колдунья словно испарялась. Все верили, что ведьмы могут превращаться в кого угодно, принимать обличье любого человека, животного или птицы.
Наступило некоторое затишье, нарушевшееся кровавыми злодеяниями. На город напал король Кристиан из соседней страны. Про ведьм и колдуний на время забыли. Осада города длилась несколько месяцев. Агнес постоянно хотела есть, не хватало даже хлеба, если на столе оказывалась похлебка из бобов, девочка была рада. Жители переживали очень сложные времена. Сил держаться больше не было, тогда действующий регент согласился на некоторые условия тройственного союза. Он заключил договор с королем Кристианом, что будет сам принимать решения в своей стране и получит полную амнистию для себя и поддерживающих его. Начались трехдневные торжества. В Королевском Дворце шел пир, а простым людям кидали хлеб и наливали вино из бочек, которые выкатили прямо на Главную площадь. Агнес тоже пошла на площадь, ей очень хотелось есть. Она успела ухватить кусок хлеба, тут же сжевала половину, а другую половинку спрятала в карман поношенного платья для своей тети, которая не разгибая спины сутками работала в прачечной, чтобы хоть как-то прокормиться. И тут Агнес услышала громкие звуки труб и барабаны. На площадь тащили каких-то знатных людей. Руки их были связаны. Бедняг хлестали плетками, подгоняя ближе к столбу. Народ расступился, продолжая глазеть на это зрелище. Агнес спряталась в дальних рядах, но не убежала. Она хотела понимать, что происходит, чтобы рассказать своей тете Хильде. Палач начал рубить головы с плеч, они катились по улицам в реках крови. Так продолжалось почти три дня… кровавая баня… Таким способом король Кристиан, не сдержав своего слова и обвинив в ереси, расправлялся со сторонниками регента страны, уже лежащего в могиле. В конце этого кровавого месива, труп регента был вырыт из земли и предан сожжению вместе с другими.
После этих кровавых событий Агнес всюду мерещились зловещие тени, а мертвецы с площади приходили к ней, жалуясь на своих палачей, держа свои отрубленные окровавленные головы в руках. Если у девочки были такие способности видеть мертвецов, это не означало, что она их не боялась. Когда вся эта толпа, наконец-то разошлась, Агнес все-равно чувствовала присутствие потустороннего мира. Обернувшись в сторону окна, она вздрогнула, увидев в темном углу черный силуэт, развалившийся в старом кресле. Приглядевшись, девочка заметила на шее человека большой красный шрам. Агнес поняла, что перед ней сидит мертвец, который по какой-то причине задержался.
– А к кому мне было еще идти? – спросил он.
Агнес оцепенела…
Жизнь потихоньку входила в свою колею. Поговаривали, что в далеких землях с неба пролилась кровь и падали куски мяса. Жители говорили, что это плохая примета, предвестие войны. А на город, находящийся на юге страны, градом сыпались мелкие медузы, в другом месте на землю падало множество темно-коричневых змей, которых, вероятно, подняло в воздух ураганным ветром, но все это приписали колдовству. Однажды не далеко от города, в котором жила Агнес, ураган подхватил шпиль местной деревенской церкви и унес его на тридцать километров. Арестовали подозреваемую в этом старую женщину. Ей же приписали и иссушение водоема за городом. Смерчи, вихри огромной силы, способны осушить небольшой водоем и поднять его содержание, чтобы затем сбросить его в другом месте. Вскоре местные жители обнаружили водоем в нескольких милях дальше. Суд приказал «деревенской ведьме» вернуть водоем на место. Бедная женщина не могла этого сделать и ее сожгли на костре за неповиновение.
Как-то поздним вечером в доме тетушки, сидя за деревянным столом, у которого пошатывались ножки, Агнес налила себе стакан воды, но почему-то не стала пить сразу, а вглядывалась в него. Зная о необычных способностях своей племянницы, Хильда схватила старенькую шаль, набросила себе на плечи и побежала к гостинице, о которой говорила Агнес. На улице толпился народ, на лицах было выражение оцепенения и дикого ужаса. Хильда стала расспрашивать, что случилось. Постояльцы гостиницы рассказали, что почуяв запах дыма, спустились на кухню и там увидели ужасающее зрелище: на кухонном полу догорали голова, позвоночник и ноги жены хозяина гостиницы. Ее кресло у камина обгорело лишь слегка, и что самое странное, пожар не тронул никакие другие вещи. Испуганные люди перешептывались, что женщина сгорела изнутри, самовоспламенилась. Они приписывали это колдовству. Тут же нашлись любители повспоминать аналогичные случаи, происходившие в других местах, о которых они были наслышаны. Вспоминали случай, когда во время молитвы загорелся священник, а много лет назад в одном городе сгорел в своей колыбели восьмимесячный младенец, и никакого огня поблизости не было. Ну как тут не подумать о колдовстве!
Хильда вернулась домой и рассказала Агнес, что она оказалась права, ее видение сбылось. Агнес восприняла это вполне спокойно.
Через несколько дней она шла по улице Священников и свернула в Адский переулок, где жил палач. Проходя мимо его дома, она отшатнулась, потому что палач в своем красном плаще, вышел из дома и, видимо, пошел на работу. Девочка, дрожа от страха, шла за ним, как завороженная. Он оглянулся. Агнес прижалась к стене дома и замерла. Палач продолжил свой путь. Так Агнес дошла за ним до главной площади, на которой уже собралась толпа любопытных зевак. Палачу предстояло много работы, несколько человек ожидали исполнение приговора… Агнес услышала очередную странную историю, приплетающую колдовство. Рядом с ней стояли две пожилые женщины, одна шепотом рассказывала другой, за что осудили этих несчастных. Агнес превратилась в слух. Оказывается у десятилетней дочери владельца загородного поместья начались непонятные припадки. Иногда во время таких приступов она слепла, глохла и теряла дар речи. В других случаях все ее тело скрючивало, напрягалось, дергалось в судорогах. То тут, то там ее тело пронзала острая боль, и в этих местах появлялись колотые раны или следы укусов. Когда Кристин, а так звали девочку, тошнило, изо рта у нее вываливались испачканное навозом сено, погнутые булавки, куриные кости, клочья человеческих волос.