Лана Вьет – Патруль времени. Слияние (страница 2)
Москва, наши дни. Офис детектива Морозова.
Леонид Борисович не спал вторые сутки. Стены его кабинета превратились в безумный коллаж. Фотографии «призраков» со всех уголков страны и даже мира (он связался с Интерполом), распечатки странных событий, которые меняли ход истории, но на первый взгляд, казались случайностями. Красные нити связывали их в причудливую сеть.
- Ищи того, кто сплетает время… - бормотал он, разглядывая снимок из кафе.
Он нашел закономерность: перед каждым значимым событием, будь то спасение человека, научный прорыв, судьбоносная встреча, в радиусе 100 метров появлялись двое – всегда разные внешне, но с одинаковыми аномалиями: размытые кадры, отсутствие записей в базах, невозможность физического контакта. Его друг Саша из МВД прислал тревожное сообщение: «Лёня, файлы по твоим запросам помечены грифом «ЗАСЕКРЕЧЕНО — ОСОБЫЙ ОБЪЕКТ». Доступ закрыт даже мне. Будь осторожен». Леонид не испугался. Он вспомнил свой старый навык из ФСБ – поиск «несуществующих» паттернов. Он начал копать глубже, в архивы времен СССР. И нашел вот что: 1978 год, закрытый НИИ в Обнинске. Описание аварии на экспериментальном реакторе, предотвращенной благодаря «неизвестному техникам», который указал на сбой в показаниях приборов. Свидетели описывали мужчину в странной спецовке, чье лицо «не запомнилось». Рядом с ним – женщина с «очень спокойными глазами». Далее: 1991 год, Москва, август. Кадры хроники у Белого дома: в толпе защитников Ельцина мелькает пара – молодой человек и девушка. Они стоят так, что невольно создают коридор для прохода оратора к микрофону, чья речь тогда переломила ход путча, но если увеличить кадр – их изображение распадается на пиксели.
- Это не люди… - прошептал Леонид, ощущая леденящий холод. - Они везде. И они лепят историю, как глину.
Хроносфера.
- Наблюдатель Морозов активен, - Кай вывел данные на экран. - Он установил связь между миссией в 1961 году и событием в Обнинске. Риск раскрытия Покрова – 41% и растет.
Ариэль смотрела на портрет Леонида. В его глазах читалась одержимость и любопытство ученого, столкнувшегося с невозможным.
- Он не злонамерен, - сказала она. - Он ищет истину.
- Истина для линейного сознания разрушительна, - отрезал Командор. Его проекция была строже обычного. - Он приближается к ядру Тайны. Если он поймет механизм Хроносферы или попытается вмешаться в запланированную коррекцию – последствия будут катастрофичны. Может возникнуть временной разлом.
- Приказ? - спросил Кай.
- Миссия «Тишина». Отслеживать Морозова 24/7. Если уровень угрозы превысит 70% – нейтрализовать. Стандартный протокол «Стирание»: удалить все материальные и ментальные следы его расследования, включая память.
Москва. Парк Горького. Наши дни.
Леонид шел по аллее, пытаясь привести мысли в порядок. Вечерний воздух не помогал. Он чувствовал, что за ним следят. Краем глаза он уловил движение в кустах – будто кто-то очень быстро отпрянул в тень. Он резко обернулся. Никого. Но на скамейке, где секунду назад никого не было, сидела пожилая женщина, кормившая голубей.
- Простите, вы не видели… - начал Леонид, но замолчал. Женщина подняла на него глаза. Они были невероятно молодыми и глубокими, как у Ариэль в его кафешных кадрах, но… желтыми? Она улыбнулась беззвучно и протянула ему горсточку зерна.
- Время – птица, детектив, - её голос звучал так, будто доносился издалека. - Гонишься – улетит. Наблюдаешь – может сесть на ладонь. Но не пытайся схватить, сломаешь крылья.
Она исчезла. Не растворилась, просто перестала быть. На скамейке лежало одно зернышко. Леонид поднял его дрожащей рукой, оно было холодным, как металл. Это не была галлюцинация. Это было предупреждение. В этот момент его телефон завибрировал. Неизвестный номер.
- Леонид Борисович Морозов, - прозвучал механический голос, кажется, специально искаженный, - Ваше любопытство опасно. Отойдите от расследования. Это ваш единственный шанс остаться в своей реальности.
- Кто вы?! - крикнул Леонид.
- Те, кто шьет ткань вашего завтра. Не рвите нити.
Связь прервалась. Леонид посмотрел на номер – он не значился ни в одной базе. В его кармане холодное зернышко излучало слабый свет. Страх боролся с азартом исследователя. Они боялись его! Значит, он на верном пути. Он достал блокнот и записал: «Их больше двух. Они могут менять облик. Контактируют? Предупреждают? Оружие – информация. Моя слабость – линейность мышления. Надо мыслить… вне времени». Он не мог отступить, он решил найти Анну и Максима - они были ключом. Если они так важны для этих «швей времени», то через них можно выйти на след.
Хроносфера.
- Наблюдатель получил предупреждение. Не сработало, - Ариэль наблюдала за Леонидом на экране. Тот шел с решимостью в глазах. - Уровень угрозы – 58%.
- Он направляется к Анне Родионовой, - добавил Кай. - Её адрес не секрет.
- Это неприемлемо! - Голос Командора стал резким. - Анна и Максим - критическая точка стабильности Ветки 7-Эпсилон. Любое внешнее вмешательство наблюдателя может вызвать непредсказуемые флуктуации.
Ариэль смотрела на Леонида - одинокого волка, идущим против непостижимого.
- Протокол «Стирание» крайне рискован вблизи Анны, - осторожно заметила она. - Энергетический всплеск может повредить её хроно-сигнатуру.
Командор замер на мгновение.
- Тогда активируйте протокол «Отвлечение». Создайте ему новую цель. Критическую, срочную, от которой он не сможет отказаться. Что-то из его прошлого… используйте его боль.
Кай мгновенно проанализировал досье Морозова.
- Его дочь Ольга пропала без вести 5 лет назад во время командировки в Стамбул. Дело было закрыто как несчастный случай, но он никогда не верил.
- Идеально, - прозвучал вердикт Командора. - Создайте аномальный след, указывающий на возможность её выживания именно сейчас. Пусть он бежит спасать призрак. Это даст нам время.
Ариэль закрыла глаза на мгновение. Манипулировать болью отца… Даже ради баланса времени это казалось жестоким, но приказ был точен.
Леонид Морозов. Улица.
Он уже садился в машину, направляясь к Анне, когда телефон снова зазвонил. Неизвестный номер. На экране всплыло сообщение с прикрепленным фото - старым, размытым, но на нем в толпе на стамбульском базаре мелькало лицо его дочери Ольги. Только… она выглядела так же, как в день исчезновения, не постаревшей… Сообщение гласило: «Ищи её сейчас. Рынок «Капалы Чарши». Она там. Доказательства – в архиве дела №GH-451. Спеши. Времени нет». Леонид застыл. Кровь отхлынула от лица. Разум кричал: «Ловушка!», но сердце рвалось на части. Дочь… его Оля. Он бросил взгляд в сторону, где жила Анна, потом снова на фото. Глаза Ольги на снимке смотрели прямо на него. Детектив стиснул руль. Выбор был мучителен: гипотетическое спасение человечества или шанс вернуть свою вселенную? С визгом шин машина развернулась и помчалась к аэропорту.
Хроносфера.
- Отвлечение успешно, - констатировал Кай. - Наблюдатель нейтрализован на 48 часов минимум.
- И это хорошо? - спросила Ариэль тихо, глядя, как машина Леонида исчезает с экрана наблюдения.
- Это необходимость, - ответил Командор. - Готовьтесь к следующей миссии. Ветка 1944 года требует коррекции. Там решается судьба проекта «Манхэттен».
Ариэль молча кивнула. Но в её фиолетовых глазах, казалось, отразилась тень сомнения. Человек рвался спасти свою дочь – и это было его временное патрулирование. Где же грань между долгом и жестокостью в вечном ткачестве временных нитей?
Глава 3. Узлы и Разрывы
Стамбул. Район Фатих. Рынок «Капалы Чарши»
Леонид Морозов пробирался сквозь шумную толпу, пахнущую специями, кожей и морем. Каждый крик торговца, каждый знакомый изгиб улочки бил по нервам. Пять лет он представлял этот момент – увидеть Олю живой. Но теперь его грызло горькое знание: это ловушка Патруля Времени. Ради чего? Чтобы он не нашел Анну? Значит, она, действительно, ключ. Он нашел упомянутый в сообщении архив дела №GH-451 – конверт, засунутый в щель старинной стены у мечети Баязид. Внутри была единственная фотография: Оля на этом же рынке, датированная… вчерашним числом. На обороте – координаты: «Лавка ковров «Синий глаз», 17:30». Сердце бешено колотилось. Ловушка или нет, но снимок был подлинным. Он знал каждую родинку на лице дочери.
Лавка ковров «Синий глаз». 17:29
Леонид замер в тени арки. Сквозь толпу он увидел её – Ольгу! Она стояла у прилавка, разглядывая керамику. Та же стрижка, та же походка, даже любимая желтая сумка. Она выглядела точно как пять лет назад.
- Оля! - вырвалось из груди и он бросился вперед.
Она обернулась. Глаза – её глаза – широко открылись от испуга.
- Папа?! Нет… это невозможно! - она отшатнулась. - Ты… ты же…
Леонид протянул руку, чтобы коснуться, убедиться. В этот момент сиреной взвыла полицейская сигнализация где-то рядом. Толпа взволновалась, заслонив Ольгу. Когда он пробился сквозь людской поток, её уже не было. На месте, где она стояла, лежал её желтый кошелек. Внутри – ключ от их московской квартиры (которую он продал через год после исчезновения) и бумажка с его текущим номером телефона.
- Иллюзия? Галлюцинация? - Леонид схватился за голову. Но кошелек был реальным, холодным в руке. Он поднял взгляд. Над толпой, на балконе старинного дома, мелькнула фигура в сером плаще. Фиолетовые глаза Ариэль встретились с его взглядом на долю секунды. В них читалось не триумф, а… сожаление? Потом она растворилась в воздухе, как мираж.