Лана Светлая – Зверь выбирает тебя (страница 39)

Поэтому молчу, мечусь по комнате и жду, когда весь этот кошмар прекратится. И молю Бога о том, чтобы победителем стал мой истинный.

В какой-то момент они меня всё-таки задевают, и я лечу куда-то в угол с громким испуганным криком. Затылком бьюсь об стену с такой силой, что перед глазами начинает всё расплываться.

Последнее, что слышу перед тем, как потерять сознание – дикий и громкий рёв, полный ярости.

А затем проваливаюсь в спасительную темноту, в которой нет страха и боли. Но почему-то есть надежда.

Надежда на то, что мы с Романом после этой схватки оба останемся в живых…

Глава 47

47

Алёна

Резкий запах нашатыря выдёргивает меня из бессознательного состояния. Желудок протестует против этой вони и заставляет меня вяло крутить головой из стороны в сторону.

- Слава Луне… приходит в себя… – слышу как сквозь вату и медленно открываю глаза, в первый момент ничего не соображая.

А потом воспоминания обрушиваются лавиной, и я пытаюсь резко встать.

В затылке будто петарду взорвали. Голова плывет, и я со стоном падаю назад, зажмуриваясь буквально на несколько секунд.

- Тише, тише… – взволнованный голос сестры дрожит. – Всё хорошо! Не надо так резко…

- Рома! Где он? Что с ним? Он жив? – хрипло и взволнованно шепчу самые важные вопросы.

- С нашим Альфой всё в порядке, – тут же успокаивает меня Агата, облегчённо улыбаясь.

Я лежу на кровати в нашей спальне. Надя сидит рядом со мной, а Агата стоит у кровати, практически возле изголовья.

Жив? Ну они же не могут меня обманывать? Да и зачем им это надо?

- Алён, он правда жив, – на руку ложится ладонь сестры в успокаивающем жесте. Агата яростно начинает кивать головой, безмолвно подтверждая слова Нади.

Видимо, они обе чувствуют сомнения, которые раздирают меня изнутри.

- Где он?

- Разбирается… со всем.

- Что… а что…– пытаюсь сформулировать правильный вопрос, но пульсирующая боль в голове не даёт мне этого сделать.

- Мы знаем только сокращённую версию, – начинает говорить Надя, понимая, что я хочу спросить. – Доронин убил Должина, потом вынес тебя из той комнаты и принёс в спальню. Как только нас с Агатой позвали сюда, ушёл. Сказал, что ненадолго: поговорить с вожаками и вставить люлей охране, которая при проверке всех гостей на входе на территорию проворонила пистолет Должина. Роман злой как собака, – тихо бубнит она, морщась и прижимая руку к виску.

Агата тоже кривится от боли и на мой непонимающий взгляд поясняет:

- Он сейчас немного… расстроен, что всё так произошло, и особенно из-за того, что вы пострадали. И с трудом контролирует... м-м-м… свои эмоции.

- Ага, и поэтому все оборотни на территории поместья это чувствуют. А это, знаешь ли, не очень приятные ощущения, – ворчит Надя.

- Кажется, он идёт сюда, – Агата смотрит на дверь, отступая от кровати. – Видимо, почувствовал, что вы пришли в себя.

Я делаю тоже самое: поворачиваюсь лицом в сторону двери, с облегчением замечая, что боль в голове уже не такая острая.

Женщина оказывается права. Уже через минуту дверь распахивается, в спальню залетает Роман в одних спортивных широких штанах.

При виде его слёзы невольно выступают на глазах.

Он выглядит… ужасно. Весь в крови, с глубокими царапинами на груди, руках и даже на лице. Скорее всего, ноги тоже выглядят не лучше.

- О боже… – шепчу я, начиная садиться, пока мужчина быстро доходит до меня.

Сестра уступает ему место, присоединяясь к Агате, вставшей возле подножия кровати.

Роман прижимает меня к себе, тяжело дыша в волосы моей макушки, куда он зарылся лицом.

Я обнимаю его за торс, крепко прижимаясь щекой к окровавленной груди. В этот момент мне плевать на то, что я могу испачкаться. Мне нужно подтверждение, что это не сон. И я его получаю, когда слышу громкий быстрый стук мужского сердца.

Он жив!

Мы оба живы.

Покалечены, особенно он, но мы смогли остаться в живых.

Я не знаю, сколько мы вот так просидели неподвижно, молча и жадно вдыхая запах друг друга. Даже не замечаю, как из спальни уходят женщины, оставляя нас с Романом наедине.

- Я так испугалась за тебя, – шепчу, поднимая голову вверх и смотря на его лицо.

- Не сильнее, чем я за тебя, – тоже шепотом произносит мужчина, жадно поедая меня глазами.

- Ты ужасно выглядишь, – прикусив губу, со слезами на глазах рассматриваю раны, которые в такой вблизи смотрятся ещё ужаснее.

- Завтра буду выглядеть немного получше, – он устало и вымученно улыбается и нежно прижимает свою ладонь к моей щеке, большим пальцем стирая предательскую слезу, которая всё-таки выскользнула из глаза.

- Теперь всё хорошо, правда ведь?

- Да. Всё… закончилось.

Облегчение разливается внутри приятной волной, которая даже боль в голове успокаивает.

- Тогда перестань кошмарить своих людей, – делаю попытку улыбнуться. – Как я поняла, твой зверь… лютует, а для них это немного болезненно.

Хмыкнув, Рома целует меня в лоб. Морщится при этом, но твёрдо прижимается разбитыми губами к моей коже.

- Он уже успокоился. Как увидел пять минут назад, что ты в порядке, так и прекратил это делать. И Алёна… не МОИХ людей. НАШИХ. Наших же?

- Да, конечно, – торопливо произношу я, видя в его глазах настороженное опасение. Понимаю, что он хочет услышать от меня подтверждение, что после всего произошедшего не отказалась ни от него, ни от его стаи. – Просто ещё не привыкла. Но я привыкну так говорить. Обещаю.

Рома довольно улыбается.

- Спасибо тебе, – шепчет мужчина, с виной в глазах смотря на меня. – Если бы не ты… Ещё бы пара минут… и я… умер бы там, на полу.

- Как у тебя вообще получилось обернуться?! А ещё и драться с ним!..

- Ну, не буду скрывать. С трудом. Но одна только мысль, что Юрий передумает и всё-таки потом тебя убьёт … – он мрачнеет. – Во время схватки только эта мысль придавала мне сил. А когда ты потеряла сознание, кажется, сил стало ещё больше. Я практически сразу же, как только ты отключилась, убил его. Ты даже представить себе не можешь, в какой ярости мы с моим зверем были. Даже пуль особо не чувствовали, когда боролись с Должином. Даже когда он сдох, никак не могли успокоиться. И если бы мне не нужно было тебя оттуда унести, клянусь, я все оставшиеся пули из пистолета в него ещё разрядил бы.

- А как ему вообще удалось пронести пистолет через охранный пункт? – не сдержавшись, интересуюсь у Ромы.

Это и правда странно. Когда я со своими охранниками выезжала в город, даже нашу машину при возвращении тщательно проверяли на пропускном пункте.

- Он не проносил, – мужские губы сурово поджимаются, а глаза вспыхивают яростью.

Глава 48

48

Алёна

Заскрежетав зубами, Роман резко выдыхает, после чего всё-таки начинает рассказывать подробно:

- Проверка с камер показала, что его привезли в грузовике с продуктами фирмы, которая занималась организацией сегодняшнего приёма. Должин подкупил двух оборотней из той компании. Одного, который спрятал пистолет в апельсинах, и второго, официанта, который вынул его, когда разбирали коробки с продуктами. Именно он и отнёс пистолет в ту комнату перед приёмом. Чуйка у Юрия работала хорошо. Видимо, он понимал, что после приёма я его уже не отпущу. И таким образом подстраховался.

- Апельсины? – удивлённо округляю глаза.

О тех, кого оборотень подкупил, даже спрашивать не хочу. Я примерно представляю, что будет с ними, когда люди из службы безопасности Романа их найдут. Если уже не нашли.

- Ну, мы, оборотни, знаешь ли, очень не любим некоторые запахи. Они перебивают для нас все остальные. И запах апельсина как раз относится к одним из них. Охрана, если зрительно не находит оружие, чувствует его по запаху. А когда они начали проверять фургон, цитрусовый запах перекрыл для них запах пороха и металла пистолета.