Лана Роз – Затмение над Аэтерией (страница 2)

– Мой лорд, мы пересекли внешний защитный периметр, – доложил офицер, вытянувшись по стойке смирно. – Коды доступа приняты, швартовка к Центральной Цитадели назначена через четырнадцать минут.

– Что по нашему делу, Вейн? – голос Рэйдена звучал тихо, но в нем лязгал металл, заставлявший подчиненных взвешивать каждое слово. – Я прервал зачистку сепаратистов в Нижнем пределе не для того, чтобы слушать доклады о швартовке.

Лейтенант сглотнул и поспешно раскрыл папку.

– Утечка подтверждена, милорд. Ночью из закрытого архива Министерства Эфира исчезли шестнадцать перфокарт. Это чертежи гравитационных аномалий и теоретические расчеты проколов пространства, составленные еще при Первых. Охрана не была убита, их просто усыпили, причем с использованием крайне редкого алхимического состава.

Рэйден медленно отвернулся от окна. Вор, способный проникнуть в самое охраняемое здание Авелона и вынести оттуда государственные секреты, не мог быть обычным преступником. Эти чертежи считались ересью, доказывающей, что под слоями токсичных облаков Аэтерии скрывается не верная смерть, а нечто иное. Если эти расчеты попадут в руки вольнодумцев или, того хуже, пиратов Вольной Гавани, монополии Синдиката на истину придет конец.

– Кто имел доступ к крылу Первых в эту смену? – инквизитор подошел к массивному столу красного дерева и склонился над голографической картой города.

– Только высшие чины Министерства и несколько приглашенных специалистов из Гильдии Картографов, – Вейн положил на стол список имен. – Мы уже начали проверки, но пока никто не вызывает прямых подозрений. Все картографы слишком запуганы, чтобы решиться на измену.

Рэйден провел пальцем в черной перчатке по светящимся линиям карты, останавливаясь на районе Гильдии. Он знал, как работают эти так называемые ученые. Забитые пылью теоретики, слепо верящие своим приборам, но порой среди них рождались фанатики, готовые ради открытия рискнуть собственной головой.

Внезапно палуба дредноута ушла из-под ног.

Рэйден инстинктивно ухватился за край стола, когда многотонный корабль резко накренился на правый борт. Голографическая карта мигнула и рассыпалась снопом синих искр. Освещение в каюте погасло, сменившись тревожным, пульсирующим красным светом аварийных ламп. Сквозь толстую броню корпуса донесся протяжный металлический скрежет, словно невидимая гигантская рука сжала корабль в кулаке.

– Доклад! – рявкнул инквизитор, сохраняя ледяное спокойствие, пока лейтенант пытался подняться с пола.

Из коммуникатора на столе прорвался треск статических помех, сквозь который пробился срывающийся голос капитана:

– Милорд! Пространственное искажение! Эфирные двигатели захлебываются, гравитационный контур рухнул на сорок процентов! Нас тянет вниз!

Рэйден бросился к иллюминатору. То, что он увидел, заставило его сузить глаза. Далеко на окраине Авелона, в районе заброшенных промышленных пирсов, воздух пошел спиральными трещинами. Это не было похоже на обычный шторм. Пространство выворачивалось наизнанку, исторгая из себя ослепительный серебристый свет. Даже на таком расстоянии инквизитор почувствовал, как заныли шрамы на его предплечьях – следы от долгого взаимодействия с агрессивной магией.

Волна искаженной гравитации ударила по дредноуту. Чашки с кофе, забытые на подносе, взмыли к потолку, а затем с силой рухнули вниз, разлетаясь в фарфоровую пыль. Рэйден почувствовал секундную невесомость, тошнотворную легкость в желудке, которая тут же сменилась двойной тяжестью. Корабль содрогнулся, его турбины взревели на пределе мощности, отвоевывая высоту у бездны.

А затем все прекратилось так же внезапно, как и началось. Серебристое свечение над окраиной схлопнулось. Красный аварийный свет мигнул и сменился ровным белым освещением. Корабль выровнялся, продолжая свой курс к Цитадели.

– Восстановить контур. Подготовить полный отчет о повреждениях, – чеканя слова, произнес Рэйден в коммуникатор. Он повернулся к побледневшему лейтенанту. – Вейн. Мне нужны точные координаты эпицентра этого выброса. Немедленно.

– Слушаюсь, милорд, – адъютант бросился к двери, забыв отдать честь.

Инквизитор остался один. Он медленно стянул перчатку, глядя на свои длинные, покрытые тонкими шрамами пальцы. Совпадений не бывает. Кража древних расчетов о пространственных разломах и появление мощнейшей аномалии в тот же день – это звенья одной цепи. Кто-то в Авелоне не просто изучал запретные знания, но и попытался применить их на практике.

Губы Рэйдена тронула холодная, хищная полуулыбка. Охота обещала быть интересной. Тот, кто стоял на пирсе в момент всплеска, либо уже мертв, разорванный гравитацией на куски, либо обладает знаниями, которые Синдикат не может позволить себе потерять. И Рэйден найдет этого человека, даже если для этого придется перевернуть весь парящий город вверх дном.

Когда «Искупитель» тяжело опустился на посадочную платформу Цитадели, выпуская клубы отработанного пара, лорд-инквизитор уже знал свой первый пункт назначения. Гильдия Картографов. Именно там прячется ключ к этой загадке. И он выбьет из них правду, кем бы ни был этот безумец, бросивший вызов самим законам Аэтерии.

Глава 3. Пыль и вороненая сталь.

Главная библиотека Гильдии Картографов напоминала внутренности исполинского часового механизма. Многоярусные галереи из потемневшего дуба и латуни уходили высоко под сводчатый стеклянный потолок, сквозь который пробивался тусклый свет Аэтерии. Воздух здесь всегда был густым, пропитанным запахами сургуча, машинного масла и рассыпающегося от старости пергамента. По бесконечным рельсам, проложенным между стеллажами, с тихим шипением скользили пневматические лестницы, а под потолком мерно вращались гигантские медные астролябии, отсчитывающие циклы небесных светил.

Лия проскользнула в читальный зал через служебный вход для младших научных сотрудников. Ее сердце билось так гулко, что казалось, этот звук отдается эхом от металлических переборок. Медный цилиндр, спрятанный во внутреннем кармане пальто, обжигал кожу холодом, словно кусок льда. Ей нужно было добраться до дифференциального анализатора – громоздкой вычислительной машины в восточном крыле, чтобы перенести данные об аномалии на перфокарты. Только так она могла расшифровать координаты до того, как Гильдия проведет вечернюю инвентаризацию приборов.

Она успела сделать лишь десяток шагов по мозаичному полу, когда тяжелые дубовые двери главного входа содрогнулись от мощного удара.

Скрежет отодвигаемых засовов прозвучал в библиотечной тишине подобно пушечному выстрелу. Лия инстинктивно нырнула за ближайший стеллаж с фолиантами по аэродинамике, вжимаясь спиной в прохладное дерево. Сквозь щель между книгами она увидела, как в зал врывается отряд чистильщиков Синдиката. Их черные бронированные плащи поглощали свет фосфорных ламп, а лица скрывались за масками-респираторами. Архивариусы, еще секунду назад мирно перебиравшие свитки, в ужасе застыли на своих местах.

– Заблокировать все выходы. Перекрыть пневмопочту. Никто не покинет здание до моего особого распоряжения.

Голос, отдавший приказ, не был громким, но он обладал странным свойством заполнять собой все пространство, подавляя волю. Вслед за чистильщиками в библиотеку вошел высокий мужчина в безупречном мундире с серебряными знаками отличия лорда-инквизитора. Он снял фуражку, обнажив пепельно-серые волосы, и небрежно бросил ее подоспевшему адъютанту. Его взгляд, холодный и острый, как хирургический скальпель, начал методично сканировать помещение.

Лия сглотнула вязкую слюну. Инквизиция Высшего Круга. Они никогда не спускались в Гильдию без веского повода. Неужели они уже знают про выброс на Семнадцатом пирсе? Или, что еще хуже, знают, что именно она дежурила там сегодня утром?

Понимая, что к восточному крылу теперь не пробиться, девушка начала медленно, стараясь не скрипеть половицами, отступать вглубь лабиринта книжных шкафов. Здесь, в зоне старых архивов, освещение было слабее, а пыли – больше. Если ей удастся добраться до вентиляционной шахты за секцией устаревших карт Нижнего предела, она сможет выбраться в технические коридоры города.

Она двигалась почти бесшумно, как кошка, перетекая от одного укрытия к другому. Шаг, пауза, взгляд из-за угла. Тяжелые шаги патрульных Синдиката раздавались то слева, то справа, заставляя ее менять маршрут. Лия так сосредоточилась на звуках, что не заметила, как тень впереди отделилась от высокого стеллажа.

Она резко повернула за угол, и со всего размаху врезалась во что-то твердое, непреклонное, пахнущее озоном, оружейной смазкой и холодной сталью.

Тихий вскрик сорвался с ее губ. От удара кожаный кофр соскользнул с ее плеча, но упасть она не успела. Жесткие пальцы, затянутые в черную перчатку, сомкнулись на ее предплечье с пугающей скоростью и силой, удерживая на ногах. Лия вскинула голову, и ее дыхание перехватило.

Лорд-инквизитор стоял прямо перед ней. Вблизи он казался еще выше, а его глаза цвета стылого льда смотрели не на нее, а словно сквозь нее – прямо в душу, препарируя каждый ее страх. Расстояние между ними было непозволительно малым; она чувствовала жар, исходящий от его тела сквозь плотную ткань мундира, и видела тонкую сетку белесых шрамов на его левой щеке.