Лана Ременцова – Пленница Янебира (страница 2)

– Война – это ад, но поражение – забвение.

Утро встретило воинов Янебирии нежным дыханием ветра, как шёпот предков, призывающих к битве. Радимитрий, облачённый в броню, будто в саван, стоял перед своим войском, его глаза горели подобно углям в пепле. Он поднял «Испепелитель», и лезвие засияло в лучах восходящего солнца, будто маяк, указывающий путь к победе.

– Мы – молот богов Янебирии, обрушивающийся на головы врагов! – прорычал, и его голос был подобен грому, раскатывающемуся над землёй.

Войско Янебирии двинулось вперёд, как река, сметающая все преграды на пути. Их кличи, будто вой хищников, разносились по округе, вселяя ужас в сердца врагов. Радимитрий снова вёл своих воинов в бой, как демон, вырвавшийся из преисподней.

– Кровь за кровь! Месть за месть! – кричал он, и его голос был подобен удару кнута, подгоняющему воинов к смерти.

Очередная битва разгорелась с новой силой, будто лесной пожар, охвативший всё вокруг. Сталь звенела о сталь, кости трещали под ударами молотов, и кровь лилась рекой, орошая землю, подобно багряному дождю. Воины Янебирии сражались с яростью, будто звери, загнанные в угол. Они знали, что от этой битвы зависит их жизнь, их честь, их месть. И они были готовы отдать всё, чтобы победить.

С каждым взмахом «Испепелителя» смерть собирала кровавый урожай. Радимитрий, будто воплощение гнева, прокладывал себе путь сквозь ряды врагов, оставляя за собой лишь трупы и сломанное оружие. Его ярость была подобна шторму, сметающему всё на своём пути, его ненависть – чернее самой темной ночи.

– Умрите, твари! – рычал он, и его слова были как клинки, вонзающиеся в плоть.

Воины Янебирии, ведомые своим владыкой, сражались с отчаянием обречённых. Они рубились, будто одержимые, каждый удар – это молитва, каждая капля крови – это жертва. Они знали, что позади них – лишь пепел, что отступать некуда.

– За Янебирию! За месть! – надрывались, и их крики были подобны предсмертным хрипам раненых зверей.

Но силы были неравны. Врагов было слишком много, их натиск – неумолим. Воины Янебирии падали один за другим, как колосья, скошенные безжалостной косой. Владыка огня, видя гибель своих товарищей, чувствовал, как его сердце сжимается от боли. Он понял, что битва проиграна, что надежды больше нет.

– Всему приходит конец, но не бесчестию! – проревел, и его голос был полон отчаяния и ярости.

Собрав последние силы, Радимитрий бросился в самую гущу врагов, будто зверь, загнанный в угол. Он сражался, как сам огонь, выпустивший всю свою ярость на мир. Но враги окружили, подобно стае хищников, и жадно рвали его на части. Радимитрий пал, однако даже в смерти его глаза горели огнем ненависти.

– Я вернусь, – прошептал демон, умирая, – и месть моя будет страшна.

Земля, пропитанная кровью героев, вздыхала под тяжестью тел. Птицы Янебирии, будто чёрные вестники смерти, кружили над полем брани, предвкушая пир. Солнце, равнодушное к Янебирской трагедии, продолжало путь по небосводу, озаряя багровый закат. Ветер, как призрак, завывал над мёртвыми телами, разнося по округе запах крови и тлена. Тишина, зловещая и полная, окутала поле битвы, прерываемая лишь хриплыми криками умирающих.

Враги, опьянённые победой, глумились над павшими. Они топтали их тела, отнимали оружие, срывали доспехи.

– Победа! Победа! – кричали корибиды, голоса звучали как похоронный звон по погибшим героям. Но в их глазах не было радости, лишь алчность и жажда наживы. Они знали, что эта победа – лишь временная передышка, что когда–то месть Янебирии будет страшной и неумолимой.

Их целью было найти тело демона огня и разорвать его на части. Только тогда у них появился бы шанс стать полноценными захватчиками Янебирии. Корибиды рыскали по полю брани в поисках его тела, но тщетно.

– Найти труп демона! Разорвать! Принесите мне его сердце! – рычал вожак корибидов, грязный и тяжёлый, заросший, будто увитый плющом. – Его дух переродится, если вы не найдёте поганого демона огня!

Корибиды продолжали поиски до рассвета, однако так и не нашли тела великого демона Янебирии.

Среди груды тел, будто цветок, пробивающийся сквозь асфальт, поднимался юный воин. Раненый, но живой. Его лицо было измазано кровью, глаза горели пламенем ненависти. Он был одним из немногих, кому удалось выжить в этой кровавой бане. Подняв окровавленный меч, воин распрямился, подняв голову.

– Клянусь кровью отцов, наш владыка вернётся! Его месть будет подобна урагану! – прокричал он, и его голос эхом разнёсся по окрестностям.

Корибиды бросились к нему и разорвали.

Глава 1. Перерождение

Прошла тысяча лет, и Радимитрий переродился.

На этот раз грозная Янебирия выбросила дитя на Землю. Зачем? Это известно только древним богам Янебирии.

Демон вырос на Земле в приюте и даже не подозревал, кто он. Сверхспособности не проявлялись. Был гораздо сильнее сверстников и оправдывал это генами, хотя и не знал, кто его родители. Внешность выделяла его среди всех: мужественен не по возрасту, широкоплеч, рост около двух метров. Глубокие черты лица, прямой нос, острый подбородок и выразительные глаза такого тёмного оттенка, что никто даже не мог чётко описать их цвет. Густые, чёрные, быстро растущие волосы сильно доставляли неудобства брадобреям. Он стригся чаще друзей. Имя, данное ему в приюте, было Роландий.

Вышел из приюта со специальностью кожевника, однако душа совсем не лежала к этому ремеслу. Поработал десять лет, заработал на собственный дом. Женщины были, мимолётные. Его сердце ещё не познало любви.

Однажды, возвращаясь домой, Роландий увидел, как банда отморозков избивает беззащитного старика. Ярость, будто лавина, обрушилась на него. Забыв о миролюбии, он ринулся в бой, будто берсерк, ведомый лишь жаждой справедливости. Каждый его удар был подобен молоту Тора, сокрушающему кости и ломающему судьбы. Отморозки, как трусливые шакалы, разбежались, оставив старика лежать на земле.

Подняв дрожащего от страха старца, он увидел в его глазах благодарность, как робкий луч солнца, пробивающийся сквозь грозовые тучи.

– Благодарю. Ты – великий воин, – прохрипел старец.

Роландий, помогая ему встать, заметил, как у того вспыхнули в глазах огоньки. И от неожиданности отпрянул.

– Что это? Кто ты?

Сухие губы старца тронула лёгкая улыбка.

– Я – твой первоначальный дух. Однако ты сейчас ещё не готов узнать всю правду о своём происхождении. Езжай в каменный город на восток. Там мы снова встретимся, и я всё тебе расскажу.

Роландий отошёл от старика, пребывая в недоумении.

– Я ненавижу, когда обижают беззащитных, и рад, что спас тебя. Но вижу, ты безумен. Мне жаль тебя. Иди, куда шёл.

Старец подошёл и заглянул ему в глаза. Роландий опять увидел огоньки в них и замер, не зная что сказать, или сделать.

– Видишь огонь в моих глазах?

Тот кивнул.

– Я не человек, и ты не человек. Мы вообще не из этого мира. Однако, как я уже сказал, об этом позже. Жду тебя в каменном городе на востоке.

– Это… тот, что считается заброшенными развалинами?

– Да.

Миг – и старик исчез. Роландий опешил. Мысли будто расплавились. Тело не хотело повиноваться.

Он пошёл домой. Зашёл в дом, бросил ключи на тумбочку, открыл холодильник, достал яйца, масло и молоко. Взбил венчиком и пожарил омлет, приправив помидорами, зеленью и специями. Ел бездумно, смотря в одну точку. Еда показалась безвкусной. Выпил кружку свежезаваренного чая, даже не чувствуя любимый ягодный аромат.

«Что это за огни в его глазах?.. Странный старик. И нёс какой–то бред. Он… не человек. И… я не человек. Бред. Безумный старик».

Однако слова въелись в сознание, как заноза под кожу, не давая покоя ни днем, ни ночью. Роландия мучила бессонница, сны были полны огня и битв, которых он никогда не видел. Голос старца звенел в голове, как набат, призывая в неизведанное. В сердце зрело смятение, будто бутон, готовый распуститься в цветок тревоги и любопытства. «Не человек…» – эти слова жгли нутро, как клеймо, поставленное на душу.

С каждым днём сомнения таяли, уступая место неудержимому желанию узнать правду. Решение созрело, подобно плоду, упавшему с дерева. Не медля ни секунды, Роландий собрал свои немногочисленные пожитки, оставил дом на попечение соседей и отправился в путь. Каменный город на востоке манил его, будто магнит, обещая ответы на мучительные вопросы.

Дорога была долгой и трудной, как путь паломника к святыне. Пыль и зной, усталость и жажда – ничто не могло остановить его. Жажда истины вела вперёд, как путеводная звезда во тьме. Он ощущал, как в нём пробуждается нечто древнее и могучее, подобно вулкану, готовому извергнуть лаву.

Предчувствие близкой разгадки росло, будто снежный ком, катящийся с горы. «Первоначальный дух…» – эта фраза звучала, как заклинание, открывающее врата в забытое прошлое. Роландий чувствовал себя, как спящий лев, которого разбудили от векового сна. И он был готов узнать, кем был на самом деле.

И вот, когда багровое солнце, будто раненая птица, истекало кровью за горизонтом, вдали показались зубчатые стены каменного города. Они возвышались над равниной, подобно костям древнего чудовища, напоминая о былом величии и забытых тайнах. Сердце Роландия забилось, будто пойманная в клетку птица, – от страха и предвкушения.

Врата города зияли, как пасть голодного зверя, готового поглотить его. Войдя внутрь, мужчина почувствовал на себе тяжёлый взгляд истории, подобно невидимой броне. Каменные лица зданий смотрели на него с укором и любопытством, будто он был незваным гостем на пиршестве теней. «Здесь прошлое не умирает, оно лишь спит, готовое проснуться в любой момент», – прошептал, как заклинание.