Лана Пиратова – Вредный босс на Новый год (страница 18)
— Ну, и я решил исполнить твои мечты. А ты так торопилась, что плюхнулась на кровать и головой о тумбочку приложилась.
— Погоди, — хмурюсь я и смотрю на кровать. — То есть я потеряла сознание и ты… — зажмуриваюсь и сжимаю кулаки.
Значит, вот, почему я ничего не помню! Да-да, была глухая боль. Это значит я стукнулась головой о тумбочку. И меня вырубило. А потом этот гад…
— Какая же ты скотина, Серов! — я распахиваю глаза и хватаю первую попавшуюся под руку вещь.
И сразу же швыряю её в него. Он, похоже, не до конца ещё проснулся и поэтому не успевает увернуться. И вещь прилетает чётко в его самодовольное лицо.
— Ай! Банникова! Блять! Ты спятила?! — он хватается за лицо и ноет.
А я смотрю на вещь, которую кинула в него. Она как раз приземляется на пол.
А это тот самый пурпурный член…
И я его отлично помню.
— Блять! Ты что творишь?! — Серов тем временем убирает руки с лица и я вижу, что поллица у него покраснело. — Больно-то как!
Блин, жалко его становится.
— Я сейчас, — говорю я и, накинув шубу Деда Мороза (больше же нет ничего, а в одной майке выйти к коллегам неприлично), выхожу из комнаты.
Сейчас найду аптечку и вернусь, чтобы залатать Серова. Заодно спрошу, когда отправление назад, в Москву.
Выхожу с опаской, но как-то подозрительно тихо.
Хм. Может, все ещё спят?
Уже смелее шагаю по коридору. Но всё ещё ни одного звука.
Настораживает. Чувствую что-то нехорошее.
Заглядываю во все комнаты, что попадаются на пути. И никого не обнаруживаю.
Ладно, пойду в зал. Может, все там? Но почему тихо-то, блин?!
Захожу в зал и замираю в дверях.
Ни-ко-го.
Более того, всё убрано! Ну, то есть столы стоят, но пустые. Мусора на полу тоже нет. Как будто здесь ничего и не отмечалось.
Брррр.
Зажмуриваюсь и трясу головой. Может, глюки? Последствия удара?
— Ау! Есть кто-нибудь? — сначала тихо спрашиваю. — Кто-нибудь! — уже громче.
А в ответ — тишина.
Капец.
20. Василий и телефон
— Где все-то? — спрашиваю я в пустоту. — Ау!
Обежав весь этаж, убеждаюсь, что никого тут нет. Кроме меня и Серова. А где, кстати, он?
Возвращаюсь в ту самую комнату, где мы провели с ним ночь.
Ну, конечно!
Ему хоть бы что! Он спит!
Он опять улёгся в кровати и спит!
— Серов! — с силой толкаю его в плечо. — Серов! Слышишь?! Вставай!
В ответ — недовольное мычание. Он поворачивается ко мне и приоткрывает один глаз.
— Ты чего орёшь, Банникова? Дай поспать, — зевает и снова закрывает глаз.
Да в смысле?!
— Серов, блин! — толкаю сильнее. — Нас бросили! Мы одни тут! Слышишь ты меня?! Да Серов, блин!
Поскольку он никак не реагирует на это, оглядываюсь, подхожу к столу и беру начатую бутылку минералки.
— Последнее предупреждение, Серов! — говорю строго.
Ноль реакции.
Ладно. Сам напросился.
Открываю бутылку и выливаю её содержимое на улыбающееся лицо Серова.
— Бррр! Ты спятила?! — он подскакивает как ужаленный и бросается на меня.
Но я вовремя отбегаю.
— Ты что делаешь?! — он стирает ладонью воду с лица.
— Хватит спать, Серов! — кричу я в ответ. — Ты меня слышишь?! Тут никого нет, кроме нас! Понимаешь?! Нас кинули!
— Что ты несёшь? — морщится он. — Бред какой-то. Хватит. У тебя глюки. Или сон.
— Да в смысле?! Сам иди проверь! Там нет никого! Только мы здесь!
— Да ладно, — наконец, до него, похоже, доходит, что я не шучу.
Он хмуро смотрит на меня и, натянув брюки, выходит из комнаты.
Возвращается быстро.
— Реально никого, — произносит задумчиво. — А где все?
— Дома, блин! — возмущаюсь я. — Серов! Я тоже домой хочу! А! — вспоминаю. — Василий!
И срываюсь прочь. Я бегу в ту комнату, где оставила клетку с Василием.
Клетки там нет.
— Василий! Где он?!
— Кто? — Серов подходит ко мне.
— Мой хорёк! Клетка с ним вот тут стояла!
— Ну, увезли, наверное, — равнодушно пожимает плечами.
— Кто?! Да как «увезли»-то?! Ты что?! Он же мой!
— Да кому он сдался? — отмахивается Серов. — И не кричи ты так! Башка уже трещит! Сейчас разберёмся. Телефон.
Точно! Как же я сразу не додумалась? Телефон!