Лана Пиратова – Настоящая семья для бывшего (страница 7)

– Сука! – раздается разочарованное и последний пинок в дверь.

И потом тишина.

Мы переглядываемся с женщиной.

– Ты чего одна по ночам шастаешь?! Приключений ищешь?! – хмуро цедит она.

– Спасибо вам, – и всхлипываю, отпуская себя.

Напряжение резко спадает и становится холодно и больно.

– «Спасибо», – произносит она. – Кнопки-то сигнализации нет! Это же я наврала! Дверь, вон, еле держится! Пока полиция доехала бы… – машет рукой. – Если бы не поверили… Чего ты ночью тут забыла?!

Я вздыхаю и, размазывая слёзы ладонью по щеке, быстро рассказываю ей, что мне некуда пойти переночевать.

Нина. Это имя я никогда не забуду. Потому что эта женщина по имени Нина спасла меня. Не выгнала на улицу. Разрешила переночевать у неё в ларьке.

А утром я еду по адресу, который прислал мне Денис.

Подхожу к нужному мне дому и смотрю на вывеску. Крупный банк.

Глава 9. Ася

– Здравствуйте, Ася Викторовна, – холёный высокий мужчина протягивает мне руку и дружелюбно улыбается.

– Здравствуйте, – отвечаю я.

Пока ничего не понятно.

– Ключ у вас? – неожиданно спрашивает он.

Киваю, вспоминая про тот маленький ключик в конверте.

– Тогда пройдёмте, – опять с улыбкой Денис приглашает меня последовать за ним.

Мы долго идём по узким коридорам, пока не оказываемся в комнате без окон, все стены которой представляют собой ящики.

– Ячейка номер пятьсот сорок восемь, – говорит Денис мне. – Я оставлю вас. Как будете готовы, нажмите вот на эту кнопку, – и он показывает на красную кнопку под крышкой стола.

Готовой к чему? У меня столько вопросов! Но вслух их озвучить не решаюсь.

Когда за Денисом закрывается дверь, я ещё раз осматриваюсь. Хранилище? Или как это тут называется? Иду к ячейке с номером пятьсот сорок восемь. Смотрю на неё несколько секунд, а потом достаю ключик. И он подходит!

Раздаётся щелчок и я выдвигаю ячейку. Беру её и ставлю на стол. Открываю и громко вздыхаю.

В ячейке лежат деньги. Несколько пачек крупных купюр. Сколько тут?

Облизываю губы от волнения и обнаруживаю сложенный листок бумаги под одной из пачек. Достаю его и разворачиваю.

«Если ты читаешь эту записку, Ася, значит меня уже нет в живых. Никогда не думал, что напишу такое… Дочь, если ты оказалась в беде, то надеюсь, что эти деньги помогут тебе. Ты у меня умница и сможешь распорядиться ими так, чтобы гарантировать себе жизнь. Прости, что не смог уберечь нашу семью…

PS. Внизу карточка моего хорошего знакомого из силовых структур. Обратись к нему за новыми документами. Он поможет.

Еще раз прости меня, дочка. Будь счастлива…»

Не замечаю, как слёзы катятся по щекам. Это письмо от папы. Он знал… чувствовал…

Сажусь на стул и снова и снова перечитываю письмо. Впитываю каждую строчку. Как будто вживую слышу голос отца. Его хриплый баритон. Наставительный тон. Как будто…

Нет его. Одна я. Есть только деньги и карточка…

Записка папы и контакты мужчины из силовых органов напоминают мне о том, что теперь, пожалуй, у меня нет никакой защиты. Мой несостоявшийся фиктивный муж уже не поможет.

Я не выйду замуж за Коршунова даже фиктивно. Настолько сильно он отвратил меня от себя, что НЕ ХОЧУ. Никогда и ни за что.

Быстро сгребаю деньги в сумку, карточку сжимаю в ладони и нажимаю на кнопку, как просил Денис.

Он приходит, всё так же мило улыбаясь. Мы прощаемся и я выхожу на улицу. Сразу же звоню насчет документов.

Всего пара дней и на свет появляется Зарецкая Ася Викторовна. Я оставила себе свои имя и отчество, как память о папе, хотя его знакомый и настаивал на полной смене имени.

Теперь надо было уехать. Желательно так далеко, чтобы никогда не встретиться с Коршуновым.

Перед отъездом я навестила всего двух человек, которые оказались по-настоящему добры ко мне.

Нина. Я просто дала ей одну из пачек с купюрами. Она не хотела брать, но я настояла.

А вот с Виолеттой Львовной мне попрощаться не удалось… Не знаю, может, это неправильно, но, глядя на то, что осталось от её дома, я всерьез думала о том, что судьба, наверное, не просто так уберегла меня. Зачем-то это было нужно?

А потом я уехала.

Денег было достаточно, чтобы начать новую жизнь в другом месте. Я ничего не хотела знать о том, что стало с компанией отца. Не хотела знать, как там Коршуновы.

Даже обиды не было. Я стерла её в себе.

Потому что хотела начать новую жизнь. Забыв старую. Я строила планы. А потом, спустя пару месяцев почувствовала себя плохо. Меня стало тошнить, временами накатывала такая слабость, что я не понимала, что происходит.

И пошла в клинику.

Шок, который я испытала, услышав от врача о своей беременности, невозможно передать словами.

На меня словно ступор нашёл. Я просто сидела и смотрела на спокойно рассказывающего врача.

«Не может быть»! – единственное, что приходило в голову.

За что? Почему? Я же хотела полностью вычеркнуть из своей жизни Коршунова! Ну, почему?!

А потом поняла, что, наверное, вот, ради чего судьба несколько раз спасала меня. Ради новой жизни маленького человечка. Малыша, который тоже хочет жить. И быть любимым. Несмотря на то, что его родители…

И я решила, что это будет мой малыш. Только мой. И я подарю ему всю ту любовь, которую не смогла подарить другим…

Глава 10. Ася

Но деньги имеют свойство заканчиваться…

Денег, которых оставил мне отец, хватило на то, чтобы прожить какое-то время, встать на учёт и родить Даню.

Я до сих пор помню тот день, когда акушерка передала мне в руки моего малыша. Все боли и страдания отошли на второй план. Я просто забыла про них.

У меня на руках был мой мальчик. Мой сынок. Моя кровиночка.

Я расплакалась, прижимая его к себе.

Помогать мне было некому, но денег папы еще хватало, чтобы растить сына.

Я одна пережила все эти бессонные ночи, первые боли и визиты к врачу. Первые страхи за здоровье сына.

Я боялась только одного – чтобы меня не искали: ни враги отца, ни Коршунов.

Боялась, а где-то глубоко-глубоко продолжала ждать… Ругала себя! Злилась! Но надеялась, что в один из дней, когда я буду кормить Данечку или когда буду сидеть возле его кроватки и смотреть на спящего малыша, в дверь позвонят и придёт Дмитрий Коршунов.

Нет, я бы его не простила! Но как же я хотела его увидеть…

Я понимала, что он поступил мерзко, что он предатель, но хотела, чтобы он знал, что у него есть сын. Я не могла объяснить себе, откуда было это.

Сейчас я думаю, что это просто был такой послеродовой позыв. Желание увидеть мужчину, от которого я родила. Показать ему, какой хорошенький у нас малыш.

Это прошло. Прошло, как только я поняла, что Коршунов и не собирался меня искать. Поняла и приняла это.