Лана Одарий – Парижанка в России. Дурдом вокруг блондинки (страница 9)

Весь день Вероника Романовна не находила себе места. Ей казалось, что она слышит смех дерзкой блондинки. В голове постоянно звучало обидное слово: «Мымра! Мымра! Мымра!» Хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать его, но ничего не выходило.

Вечером Вероника Романовна вернулась домой. На небольшой кухне мама, надев фартук поверх ситцевого халата, варила борщ. Отец в майке и спортивных штанах сидел на стуле и медленно пил чай. Лица обоих были встревожены.

– Добрый вечер, как вкусно пахнет, – втянула аромат Вероника.

– Почему так долго? – строго посмотрел на неё отец.

– На работе была. Да даже если и не на работе. Мне тридцать четыре. Имею полное право на личную жизнь.

– Ника, мы просто за тебя переживаем, – мать повернулась к ней заплаканным лицом.

– Что случилось? – забеспокоилась Ника.

– Женечка звонил, – всхлипнула мать, смахнула рукой навернувшуюся слезу.

– И?

– Он в депрессии… Мне кажется, он что-то с собой сделает, – мать присела на стул, уже не сдерживая слёз.

– С чего вдруг? – возмутилась Вероника. – Он же не маленький безмозглый мальчик.

– Ты всегда так к нему относилась! Никакого сострадания! Жесткая, сухая эгоистка! – закричала мать. – Слава Богу, Женечка не такой, как ты!

– Конечно! У вас только Женечка! А я всегда была изгоем! Зачем он родился! – Ника в ярости топнула ногой. От обиды её душили слёзы. К оскорблениям ужасной блондинки добавились ещё упрёки матери.

Она родилась в Санкт-Петербурге. Росла любимой девочкой. Родители очень хотели второго ребенка, мать долго не могла забеременеть. Наконец, через девять лет на свет появился Женя. Желанного мальчика сразу окружили родительской заботой и вниманием. Девочку обижало, что теперь не все подарки, игрушки, сладости достаются ей. Она ненавидела, когда вместо того, чтобы погулять после школы с друзьями, приходилось тащиться в детский сад за Женей и нянчить его до прихода родителей домой. В школе её обязанностью как старшей сестры стала проверка уроков у Жени. Но больше всего она возненавидела брата, когда он влез в долги к Ярику, одному из членов преступной группировки. Однажды Ярик встретил её возле университета, популярно объяснил, что за братцем числится кругленькая сумма и ей, по-хорошему, придётся отработать. Иначе исход будет печален для всей семьи. Ника долго плакала, но, понимая всю безысходность ситуации, согласилась. Как ни странно, Ярик, в своё время сидевший по малолетке, жёсткий мужик на пятнадцать лет старше её, оказался ласковым и щедрым любовником. Он часто водил её в дорогие рестораны, дарил украшения, одежду, духи. Рассказывал истории о жизни в тюрьме, в частности, как они на утюге жарили котлеты. Ей понравилось кататься с ним по ночному Питеру, заниматься сексом в дорогих отелях. Она частенько приходила домой навеселе. Родители злились, пытались выяснить, что происходит. Ника молчала, боясь гнева Ярика. Но однажды всё закончилось. Ярика арестовали за грабёж. Дома у Ники устроили обыск, нашли краденые украшения. Родители наняли адвоката, девушку оправдали, но фирма родителей обанкротилась. Как только она окончила ВУЗ, чтобы дочь повторно не связалась с Яриком, семье пришлось уехать из Питера. Теперь родители следили за каждым её шагом, требовали информацию, с кем она общается. Мать лично контролировала её переписку в соцсетях, телефонные контакты. Ника ощущала себя затворницей, от такого усиленного родительского контроля хотелось выть, не было желания красиво одеваться, краситься. Да даже если бы Ника и захотела что-то изменить в своём имидже, ничего бы не вышло. Кроме оскорблений в свой адрес, она бы ничего не услышала.

В свою очередь Женя, чтобы не обременять родителей расходами на обучение, поступил в военное училище на полное государственное обеспечение. Успешно завершив обучение, его направили на службу финансистом в воинскую часть. Родители радовались за любимого сына, что не могло не обижать Нику. Женя встречался с девушкой, планировал жениться, но невеста нашла более заманчивый вариант и бросила Женю. И вот теперь у младшего брата, по версии родителей, развилась жуткая депрессия. Они, как всегда, переживают за своего любимчика, а до неё, Вероники, им нет никакого дела. Ника ушла в свою комнату, упала на диван и закрыла лицо ладонями. Слёзы лились рекой. Из кухни были слышны голоса родителей, обижавшие ещё сильнее:

– Не понимаю, в кого она такая непутёвая! Девке уже за тридцать, а ума нет! Другие в этом возрасте уже по несколько детей имеют! – возмущался отец.

– Нужно подумать, как Женечке помочь. Может, взятку дать, перевести его поближе к нам? У меня душа не на месте, – всхлипывала мать.

– Нужно подумать… Сына бросать нельзя. С этой вертихвосткой достойной старости не будет.

Глава 7

Наступило долгожданное воскресенье. Гладышевы уже перебрались в новую, почти пустую квартиру и потихоньку обживались в ней. Дима попросил в части напрокат солдатские кровати, чтобы не спать на полу. Машка свою кровать вытащила в зал. В своей комнате она лично оборвала обои и теперь страдала над вопросом, какие ей лучше наклеить. В отличие от сестры, Лёшку устраивало абсолютно всё. Он уже выбрал себе рабочий стол, шкаф, кровать и терпеливо ожидал доставку.

С раннего утра Мэриан с детьми составили список необходимых продуктов, бытовой химии и кухонных принадлежностей. После шумного завтрака сидя на полу пустой кухни они всей семьёй отправились за продуктами в супермаркет. Накануне Олег подробно объяснил Диме, как проехать к супермаркету и решил составить ему компанию.

Около десяти утра Дима припарковался возле магазина.

– Ни фига себе! Вот это размах! – восторгался Лёша, выходя из "Тойоты".

– Пошли, Олег нас ждёт у входа, – улыбнулся Дима, глядя на высокого сына, пребывающего в превосходном расположении духа.

– Уже вижу! – радостно замахала рукой Мэриан стоящему у входа высокому крепкому мужчине.

– Папа! Он на тебя издалека похож. Перепутать можно, – засмеялась Маша.

– Будем считать, отлиты в одной форме, – пошутил Дима.

Взявшись за руки словно молодые влюблённые, Дима и Мэриан направились ко входу в магазин. Дети убежали вперёд и, поравнявшись с Олегом, остановились.

– Твои? – взглянув на Машу и Лёшку, с улыбкой на лице спросил Олег у подошедшего Димы.

– Мои! – гордо ответил Дима, пожимая руку другу.

– Кирочка! Ты ничуть не изменилась! – Олег слегка обнял Мэриан и по-русскому обычаю троекратно поцеловал.

– Ты не сильно-то мою жену обнимай, – шутил Дима.

– Знаю, что ты ревнивый, чертяка мускулистая! С детворой познакомь, – улыбнулся Олег, довольный встречей.

– Маша, Лёша, только смотри не перепутай, кто есть кто! – горделиво представил детей Дима.

– Дядя Олег, у папы несколько своеобразный юмор. Но мы уже привыкли, – улыбнулась Маша.

– А что тут путать, Маша – вылитая Кира в молодости, только блондинка. А Лёшка… и к генетикам ходить не надо. Дима, один в один, как ты, – шутливо ответил Олег.

– Раз официальная часть окончена, пошли за покупками. Олежа, веди нас, – произнёс Дима.

Взяв две больших корзины на колёсиках, они неторопливо бродили по супермаркету. Мэриан, как и все женщины, приценивалась к продуктам, советовалась с Машей, что они могут приготовить на необорудованной кухне, имея маленькую походную плиту с одной конфоркой, приехавшей с ними в багажнике машины. Какие продукты купить, чтобы не пропали без холодильника. Загрузив корзину всем необходимым, они отправились на кассу.

– Ой, я ещё сок хотела, – вспомнила Маша, стоя в очереди.

– Пошли, быстро возьмём, а то сама заблудишься, – предложил Олег.

Оставив свою корзину с продуктами Диме, Олег быстрым шагом отправился в отдел с напитками. Маша вприпрыжку побежала за ним.

– Ну, выбирай и погнали назад.

Маша долго не раздумывала, взяла со стойки бутылки с апельсиновым и яблочным соком, а для Лёшки пакет персикового. На выходе из отдела она увидела знакомую фигуру Вероники Романовны. Женщина катила перед собой большую корзину. Как обычно, внешний вид Вероники Романовны оставлял желать лучшего. На ней была надета длинная юбка и старомодная вязаная крючком кофточка, приобретённые под руководством матери. Завершала образ соломенная шляпка с красными маками, которую Вероника просто ненавидела. Но учитывая, что это подарок мамы, хотя бы иногда приходилось её надевать. Маша не испытала радости от случайной встречи с преподавателем ВУЗа, которую окрестила "мымрой". Но учитывая, что Вероника Романовна старше неё и работает на кафедре в университете, пришлось проявить вежливость.

– Здравствуйте, – Маша, старательно делая вид, что между ними ничего не произошло, поздоровалась.

Вероника Романовна тоже не была обрадована встречей и недовольно посмотрела на Машу из-под очков, а так же оценивающе взглянула на Олега.

– Здравствуйте, – пренебрежительно фыркнула Вероника и отправилась дальше за покупками.

– Кто это? – спросил Олег, мельком глянув на Веронику. Старомодно одетая женщина в дурацкой шляпке не произвела на холостяка никакого впечатления.

– Да так… Одна мымра из универа. Заявила, что у мамы французское произношение хромает.

– Тогда точно… Мымра. Кира, наверное, расстроилась?

– Ну да, но не больше пяти минут. Грех смеяться над неполноценными, – съязвила Маша.

– Полностью солидарен.