Лана Одарий – Франческа (страница 5)

– Ах… Да… Рассосалась уже, – отмахнулся Валерий, стараясь выглядеть беззаботно. – Лейтенант Че, а вы сегодня прямо как с подиума. Миланская неделя моды отдыхает. Костюмчик от армяней или "Маде ин Чина"?

– Валерий, хватит ёрничать, – огрызнулась девушка, чувствуя себя неловко под устремившимися на неё взглядами мужчин.

– Итак, план на сегодня, – Олег, почуяв, что атмосфера накаляется, поспешил перевести тему в рабочее русло. – Игорёк с Валерой к судмедэксперту смотаетесь, я с Виктором – ещё раз в гостиницу.

– А я? – робко спросила Франческа, в душе надеясь на что-то стоящее.

– А для вас, мамзель, – Олег растянул губы в ехидной улыбке, – задание особое, архиважное.

– Какое?

– Навести образцовый порядок в делах. Отвечать на телефонные звонки. Принимать заявления от потерпевших… Ну… Вдруг у кого-нибудь сумочку, кошелёк или губную помаду сопрут? А вы – раз… И раскроете преступление, как говорится, по горячим следам!

Мужчины, с громким смехом, напоминающим ржание жеребцов, поспешили ретироваться из кабинета, оставив, как и вчера, Франческу наедине со своим негодованием. Дождавшись, когда гул их голосов стих в коридоре, она, тяжело вздохнув и в сотый раз проклиная тот день, когда ей пришло в голову поступать в институт МВД, подошла к столу Игорька и с яростью вышвырнула в мусорную корзину баночку от икры, приспособленную под пепельницу – символ их мужского шовинизма и её бесправного положения.

Весь день Франческа провела в одиночестве. Без конца отвечала на телефонные звонки. Привела в порядок все папки с уголовными делами. От скуки она принялась наводить порядок. Первым дело вытерла пыль на подоконниках, шкафах. Безжалостно вышвырнула всё, что казалось ей лишним хламом. Вычистила до блеска пепельницы. Оборвала сухие листья с денежного дерева, выковыряла из горшка окурки и пепел. К концу дня кабинет сиял чистотой.

– Опаньки! Мужики, мы дверью не ошиблись? – протянул поражённый Олег, застыв на пороге кабинета.

– Нет, это точно наш вертеп. Вон там за столом лейтенант Че восседает. Наша визитная карточка, – подтвердил Игорёк, оглядывая преобразившееся пространство.

– Тогда что столпились? Заходим! – скомандовал Виктор. – Кто это тут у нас феячила?

– Я тут… немного навела порядок, – зарделась Франческа под их оценивающими взглядами.

– Да мы уж заметили. Стерильно, как в МОРГе, – Олег, храня верность мужской солидарности, напустил на себя недовольный вид. – Только жмуриков для антуража не хватает.

– Да ладно тебе, дизайнер тут выискался, – неожиданно для всех Игорёк переметнулся на сторону Франчески. – Девушка старалась, как могла. Кстати, твой кактус теперь дышит полной грудью. Смотри, он даже позеленел от счастья.

– Подарок любимой тёщи испортила! Я в нём сиги хоронил. Кладбище для бычков было, – проворчал Олег.

– Не печалься и не хнычь! Зато смотри, теперь места для новых захоронений – хоть отбавляй, – засмеялся Игорёк. – Хочешь, я буду у тебя свои бычки хоронить? А то я, чую, без пепельницы остался.

– Ты себе сначала тёщу заведи, а потом поговорим, – буркнул Олег. – Ладно, завтра здесь поработаем, если, конечно, никаких форс-мажоров не случится. На сегодня рабочий день окончен. Все на телефонах.

Уже на улице, у входа в здание, мужчины прощались. Сегодня перед уходом они даже помахали Франческе рукой. Набравшись смелости, она подошла к Валерию.

– Валера, может, сходим куда-нибудь? – робко предложила она.

– Конечно, лейтенант Че! Обязательно куда-нибудь да сходим, – в голосе Валерия послышалась насмешка. – Ну, например, вместе в засаде посидим.

– Валера, я серьёзно, – в глазах девушки блеснули слёзы, – ты же обещал, если я стану следователем…

– Чекка, ну ты и наивная! Прям в ЗАГС приспичило? Гордости у тебя совсем нет! – не сдержался Валера, переходя на грубость.

– Ты же знаешь, как я к тебе отношусь… И многим ради тебя пожертвовала… Зачем ты так? – Франческа обиженно отвернулась и в одиночестве побрела домой.

Она шла по знакомым улицам, погружённая в себя, не замечая ни ярких огней витрин, ни прохожих, спешащих по своим делам. В горле стоял нервный ком, не давая дышать. Дома она рухнула на диван в своей комнате, обняла подушку и разрыдалась:

"Почему он так со мной? Это несправедливо… И очень обидно… А самое ужасное, что я жить без него не хочу", – шептала она в подушку, проклиная свою любовь.

Глаза Франчески от слёз покраснели, веки припухли. Лерочка, её верная собака, тихо лежала рядом с диваном, прижавшись мордой к её ноге, словно понимала, что хозяйке сейчас очень плохо и ей необходима поддержка.

Глава 5

– Ваше Величество, пробудитесь немедленно! Дело не терпит отлагательств! – первый министр, словно одержимый, тормошил Даниэля, чья царственная особа крепко спала под пуховым одеялом.

– Что стряслось? – Даниэль, сонно приоткрыв один глаз, выглянул из-под уютного тепла.

– Очередной мятеж… В Амигдаликии, Ваше Величество.

– Да что ж им не живётся спокойно? Когда, наконец, князь угомонится?

– На этот раз они собрали войско из двухсот эльфов и движутся на нас.

– Созвать драконов. Отправляемся незамедлительно.

Нехотя расставшись с ласковым теплом постели, Даниэль вскочил и накинул шёлковый халат на обнажённое тело. Мгновенно перенёсся порталом на крышу дворца. Там скинул халат и, обнажённый, начал трансформацию. Его тело, словно податливая глина в руках скульптора, стало меняться, превращаясь в пульсирующую, бесформенную массу, которая затем обрела форму кокона. Кокон рос на глазах. Наконец, достигнув колоссальных размеров, он с оглушительным треском лопнул, являя миру величественного белого дракона. Взмах могучих крыльев – и он взмыл в воздух, направляясь к условленному месту сбора. Там его уже ждали собратья, драконы всех цветов и мастей, чьи чешуи мерцали в предрассветном свете. Вместе они, словно живая грозовая туча, поднялись в небо и устремились на подавление восстания в мятежное княжество Амигдаликию.

Меньше часа понадобилось, чтобы крылья драконов заслонили солнце над землёй княжества. Внизу, по зелёному полю, к Дахлиатерруму неслась эльфийская рать, облачённая в броню, отполированную до зеркального блеска. Заметив драконов, эльфы застыли, заняв боевую позицию. Тугие тетивы луков натянулись, смертоносные стрелы устремились в зенит, целясь в глотки гигантов. Но властный взмах крыла императора стал сигналом к расправе. Драконы, раскрыв пасти, обрушили на врага огненный шквал. Вопль агонии разорвал тишину, когда пламя охватило эльфийское воинство, превращая доспехи в расплавленный металл, а плоть – в пепел. В считанные мгновения покончив с жалким сопротивлением, драконы стремительно понеслись дальше, приземлившись у каменных стен дворца, некогда служившего резиденцией королей Амигдаликии. Белый дракон, сотрясая воздух гневным рыком, потребовал:

– Немедленно привести ко мне князя!

Эльфы, прислуживавшие во дворце, бросились на поиски своего господина. Даниэль терпеливо ждал, однако через полчаса тягостного ожидания не выдержал, с силой топнул огромной лапой, заставив землю дрожать. Перепуганные до смерти эльфы высыпали из дворца, словно горох из прохудившегося мешка.

– Я – великий и могущественный император Даниэль Второй, чьё имя внушает трепет! И если я требую князя, значит, он должен предстать передо мной немедленно! Даю вам пять минут на размышление. Иначе этот проклятый край станет лишь воспоминанием, прахом, развеянным по ветру! Никто не уцелеет!

В подтверждение своих слов Даниэль взметнул в небо огненный столб. Угроза возымела действие. Через пару минут князь Амигдаликии стоял перед грозным императором.

– Ваше Величество! Для нас огромная честь принимать вас в нашей скромной обители, – пролебезил князь, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Заткнись! Кто вновь поднял знамя мятежа против Дахлиатеррума? – прорычал Даниэль, прожигая эльфа взглядом, полным ярости.

– Клянусь, Ваше Величество, я ничего не знаю об этих безумцах! – заюлил седовласый эльф.

– С меня хватит твоей лжи! Этот бунт – последний в твоей жалкой жизни. Собирайся! Свой приговор ты услышишь в Дахлиатерруме.

– Нет! – раздался полный отчаяния женский крик. Из дворца выбежала молодая эльфийка и бросилась в ноги императору. – Ваше Величество, умоляю вас! Пощадите моего отца!

Даниэль надменно окинул взглядом смелую девушку. Эльфийка, покорно склонив голову, стояла на коленях и беззвучно плакала.

– Кто ты? – поинтересовался он, стараясь скрыть нарастающий интерес.

– Асфея, дочь князя. Простите его, Ваше Величество! Накажите лучше меня!

Даниэль не мог отвести глаз от лица и стройной фигуры прекрасной эльфийки. Длинные, словно лунный свет, волосы, обрамлявшие её лицо, густые ресницы, изогнутые брови, оттенявшие бездонные, полные слёз глаза, чувственные алые губы и кожа, белая, как первый снег, делали её похожей на драгоценную статуэтку. Эльфийка была прекрасна, словно ожившая мечта, явившаяся из снов. Императора внезапно охватило безумное желание обладать ею.

– Собирайся! Поедешь вместо него! Будешь моей наложницей!

– Пощадите! Она – моя единственная дочь! – взмолился князь, падая ниц. – В жилах Асфеи, как и в ваших, течёт королевская кровь. Она не может стать вашей наложницей!

– Что? Как ты смеешь перечить мне! Жизнь твоей дочери принадлежит императору по праву рождения, как и всё в Дахлиатерруме. Хотя… – Даниэль на мгновение задумался, оценивая открывающиеся перспективы. – Твоя дочь и впрямь прекрасна. Пожалуй, я возьму её в жёны! И тогда ты, жалкий червь, больше не осмелишься поднимать эльфов против меня! Помни: первое же восстание – и Асфея отправится в могилу. Жду мою невесту во дворце!