Лана Март – Все мы дети вселенной. Том 2 (страница 4)

– В ваших словах, помощник Ирэ, есть логика. Но все же, я за то, чтобы вы и капитан остались тут и ждали нас, – ответил мне нейробиолог Матиа.

– Вы же понимаете, что если с вами что-то случится, то мы с капитаном не сможем прийти вам на помощь, – задала я вопрос.

– Мы осознаем риски, – ответил за всех троих профессор Нахими.

Сейчас я понимала, что отговорить оставлять нас с капитаном на базе не получится. Остается только принять такое положение вещей. В мыслях пронеслось то, что говорил Тиирава о подключении к информационному полю Талука. Но вряд ли это будет легко.

Потом мы с капитаном получали инструкции по обращению с оружием лаксиан и оборудованием. Сейчас я знала, как активировать камеры и следящие устройства на территории базы. Как включить освещение, привести в движение ворота в здание и еще массу важных вещей. Мне было выдано оружие. Так же меня обучили активации автоматического оружия, установленного на территории базы.

Утром мы с капитаном смотрели, как быстрым шагом уходят три наших товарища, чтобы найти передатчик сигнала и усилитель к нему. Я переживала за всех них, но больше всего за профессора Нахими, при этом прячась за логику – без профессора нам не выжить. Хотя дело было не только в этом.

Глава 4

– Ну, что, помощник штурмана Ирэ, идемте, будем наблюдать наших товарищей, пока хватит мощности камер, – скорее предложил, чем приказал капитан Татис.

– Хорошо. Мы установим вахту? – спросила я.

– В этом нет необходимости, я практически все время не сплю. А если удается задремать, то сном назвать это нельзя, я все равно контролирую обстановку и под веками словно схематичная картинка окружающего пространства. Любое изменение я зафиксирую. Даже если оно будет на экране, – поделился капитан. – Но вы можете приходить, если вам интересно будет. Я бы просил вас заняться мониторингом положения внутри здания, где мы находимся. Расиум делал несколько вылазок на более высокие этажи из своего подвала.

– И как его остановили? – спросила я. – И в какое время он выполз?

– Ближе к утру. А остановили, запустив одновременно все лазерные турели в коридорах. Оно или он, не знаю как правильно, очень большое. Лазер его начал испарять. Освещение в коридорах аварийное, неяркое, Расиум его вполне терпит, но яркость лазерных лучей турелей тоже сделал свое дело. Он убрался обратно. У нас заблокирована только часть здания. Профессор наверняка тебе говорил. А нижний этаж, где общий выход на планету, изолировать вообще не получается – двери в подвал были сломаны, – рассказывал капитан, мне казалось, что мыслями он где-то далеко.

– А сколько этажей заблокировано? – спросила я.

– Пять верхних. Все из экономии энергии. Ведь каждую дверь надо блокировать и поддерживать блокировку. А Расиум, словно что-то понимая, регулярно наносит урон автоматически заряжающимся батареям, которые питают остатки комплекса. Так что для нас вопрос выживания стоит остро. И думаю, что это важно знать. Поэтому я и не видел смысла тут оставаться. Но я не до конца восстановился, и мои качества как боевой единицы отряда очень неоднозначны. Непонятно, буду ли я обузой или, наоборот, смогу помочь быстрее достигнуть поставленных целей, – с грустью в голосе закончил капитан.

– Я смутно помню этого Расиума, – призналась я. – Что-то зеленое, бесформенное.

– Бесформенное, точно. Он принимает любую форму, может делиться на части, а потом снова собираться в единый ком, – подтвердил слова профессора капитан Татис.

– Все же я думаю, что давайте хотя бы мы с вами разделяться не будем, капитан, – предложила я. – Кресел в комнате для наблюдения достаточно. Я не хочу уходить и приходить. Мне будет спокойнее, если я буду видеть экраны и вас.

Капитан Татис посмотрел на меня, а потом согласился.

– С чем связано ваше желание остаться здесь, а не ждать моего вызова на смену вахты? – все же решил уточнить он из любопытства.

– Незадолго до того, как улетела с Марса, я и еще двое наблюдателей попали в очень неприятную ситуацию. Один из нас практически погиб, от него осталась только оболочка, а я и еще один наблюдатель были травмированы. Все это произошло отчасти из-за того, что мы приняли решение разделиться. Хотя я тогда тоже протестовала, – искренне поделилась я кратким вариантом своей истории.

– Ну, хорошо, мои мониторы справа, ваши – слева, – махнул длинной рукой капитан Татис, и мы с ним сели в кресла. – Когда кто-то из нас будет выходить, то второй берет наблюдение за всеми экранами на себя.

– Слушаюсь, – приняла я команду к исполнению.

Потянулись часы и минуты. Мы смотрели на мониторы. Наши товарищи по несчастью уже давно скрылись от камер. Пока был день. Расиум тоже никак себя не проявлял. Время шло медленно. Мы по очереди с капитаном сходили в столовую. А потом решили, поскольку концентраты в тубах, то набрать их и принести на наш пост наблюдения. Я решила брать то, что в первый раз предлагал мне профессор Нахими. Как минимум, от этого сочетания микроэлементов у меня не было никаких проблем с организмом. Я взяла пять туб, а капитан натаскал столько, что даже не могла сосчитать точное количество. Он все время ел. Заканчивалась одна туба, он брал другую.

– Не обращайте на меня внимания, – произнес капитан, заметив, что я наблюдаю за ним. – Я все время хочу есть. Это сильнее меня.

Так настал вечер. Мне не очень хотелось молчать, но и говорить с капитаном было особо не о чем. Я попыталась расспросить его о том, что он помнит интересного из своих путешествий, но он отказался рассказывать, сославшись на провалы в памяти и подписку о неразглашении. А говорить только о себе не хотелось, да и особо нечего мне рассказывать – слишком мало я повидала.

Я начала замечать, что задремываю. Но не тут-то было.

– Готова? – внезапно спросил Тиирава.

– К чему? – еще сонно спросила я.

– К тому, чтобы задать вопрос. Например, где сейчас еще три члена вашей общности или как отсюда выбраться? – вновь начал свое Тиирава.

– И как я могу узнать, что с ними? И что мне это даст, если у них сложности? Как и чем я могу помочь? – Сон ушел, как его и не было. – И вообще, не общности, а группы.

– Общность, группа – это одно и то же в ваших условиях здесь, – возразил Тиирава. – Если они не вернутся, то тогда ты должна будешь дойти до океана, и я отпущу тебя. Эти условия мне не совсем нравятся. Информации маловато. Но раз ты не готова спасаться сама и спасать других, то что мне остается?

– То есть дойти до океана? – удивилась я.

– Взять и идти. Ногами, в твоем случае. До океана мы точно с тобой дойдем. А дальше я пойду своим путем, а ты – своим, – равнодушно ответил Тиирава.

– Но я же могу не выжить на обратном пути, – мысленно озвучила я очевидное.

– А какая тебе разница, если ты решила сама прервать свой путь и не хочешь использовать все средства для спасения? Перед твоим соплеменником долгов больше нет, я все выполнил, – так же равнодушно отвечал Тиирава.

– А если я откажусь? – уже злясь, спросила я.

– Ты все равно пойдешь. Вспомни своего соплеменника, – многозначительно прозвучало от Тииравы.

– Я сейчас не посмотрю ни на что и заставлю тебя пожалеть о своих словах, – наконец разозлилась я. – Ты кто такой, чтоб мне указывать? Руку себе отстрелю, но тебя уничтожу. Я не простила тебя за то, что ты с ним сотворил. И не верю, что все было случайностью, как ты пытаешься представить. Он был намеренно убит. Тебе нужен был кто-то, и Акл подошел.

– Злость, для твоей расы хорошее чувство. Может, думать начнешь, а насчет твоего соплеменника, я сказал то, что сказал. Это была случайность. Но я исправил ее, – не обращая внимания на мою злость, транслировал Тиирава.

Внезапно он замолчал. Я подумала, что он передумал дальше говорить, но разговор пошел о другом:

– Смотри на мониторы, внимательно смотри, – перекинул он мое внимание с себя на экраны. – Меняется электромагнитное поле. Я чувствую.

Я резко выкинула всю нашу перепалку из головы и посмотрела на экраны. Пока ничего не видно, но вот краем глаза я засекла движение на одном из мониторов. Это была шахта лифта. Как раз в этом лифте и спустились сегодня вниз наши товарищи. Сейчас кабина была поднята наверх, до заблокированных этажей.

Темная масса заполняла лифтовую шахту, плавно поднимаясь вверх. До нас оставалось всего три этажа.

– Капитан, капитан, – проорала я. – Расиум в шахте лифта.

Капитан в тысячные доли секунды подскочил к монитору, который показывал шахту. Посмотрел и выругался.

– Там нет никакого оружия. Придется открепить турель от платформы, вскрыть двери в шахту и стрелять, – отрывисто произнес он. – Помощник штурмана, оставаться на месте, докладывать мне по общей связи об обстановке, я пошел.

– Капитан, давайте помогу разблокировать двери и вернусь на место наблюдателя, – внесла встречное предложение. – Возьмите оружие, отстрелите турель от платформы.

– Хорошо, не отставать. Двери за мной заблокировать, – так же резко командовал капитан.

Мы выбежали из помещения и понеслись вниз по этажам. Я едва успевала за капитаном. Когда я его догнала, то он уже начал ручную разблокировку двери на нижние этажи, где сейчас Расиум.

– Если он вылезет через двери лифта, то активировать все турели на этажах. Пусть палят. Он боится вспышек. За мной не ходить и не искать. Хотя бы не раньше того, как взойдет светило этой планеты, – после этих слов он выскочил из относительно безопасного отсека коридора и подбежал к ближайшей турели. Несколько выстрелов из лазерного пистолета и турель у него в руках.