Лана Клонис – Книга огня (страница 22)

– Потому что так будет справедливо. Потому что враг моего врага – мой друг. Потому что люблю баланс. Потому что свет и тьма должны соблюдать равновесие. Потому что в танце два партнера. Потому что ты, в отличие от большинства людей, не так самонадеянна и не стыдишься просить о помощи. А еще потому, что могу. Моя воля даровать и моя воля отнимать. Пойдем. – Он протянул мне руку, и я вложила в нее свою ладонь.

– Куда мы направляемся? – все же осмелилась спросить я.

– Диона хочет поговорить с тобой.

– Диона?

Он не ответил. Только улыбнулся, а в следующий миг его ледяные руки сомкнулись на моей талии, и мужчина увлек меня в танце. Проникновенная музыка разливалась в воздухе, а мы вальсировали по белоснежному лесу, поднимаясь все выше и выше. Хозяин леса кружил меня, а вместе со мной кружился и лес. В круговерти из звезд и верхушек сосен я окончательно утратила ориентацию в пространстве.

– Закрой глаза, и ты увидишь, – шепнул незнакомец мне на ухо, и я послушалась.

– Кася, Кася, Кася, – продолжал шептать женский голос. Я вслушивалась в его звучание, и передо мной возникали образы. Ясное голубое небо, тропический лес и огромное, раскинувшее свои узловатые ветви древо. Я подошла ближе и увидела сотни крепких корней, что расползались по земле. Вот только корни вдруг сковала неведомая хворь, они начали сохнуть и явили мне скелеты человека и животного, сплетенные в вечных объятиях. По костям полз плющ, алыми всполохами сверкали цветы. Единство жизни и смерти. Прекрасно и одновременно пугающе.

– Кася, Кася, Кася. – Женский голос приглашал меня подойти ближе, прикоснуться к загадочному древу. Едва моя рука коснулась его листвы, яркий свет заключил меня в объятия. На месте древа возникли прекрасная женщина с длинными белоснежными волосами и царственно восседавшая подле ее ног пантера.

– Энси Диона, – проговорила я, вспомнив рассказы моих друзей, и склонилась в поклоне.

– Катажина, – с грустью отозвалась Хранительница. Она смотрела на меня так тепло, так ласково, словно знала меня всю жизнь, а не видела впервые. – Ты действительно здесь. Пророчество Мары все-таки сбывается.

– Вы этому не рады? – я просто не могла не спросить. В голосе Дионы было столько печали, что это тревожило, заставляло тело покрываться мурашками, беспокойство волнами разливалось по телу.

– Порою судьба бывает несправедлива, даже жестока. Происходящее мне не по нраву, но я слишком давно обитаю в тонком мире, чтобы иметь возможность что-то по-настоящему изменить. Могу лишь смягчить последствия, – она говорила загадками. Я решила, что речь о том, что я вынуждена была покинуть свой мир без какой бы то ни было подготовки – Но у нас мало времени. Тебе нужно решить, как мы поступим с дарами. Можешь оставить их себе, а можешь разделить их с теми, с кем посчитаешь нужным. Только не думай слишком много, решай сердцем. – Диона не дала мне возможности задать ни единого вопроса.

Передо мной прямо в воздухе материализовались три серебряные шкатулки с искусной резьбой. Диковинные цветы и листья папоротника сплетались в хитром узоре и приковывали взгляд.

Повинуясь безотчетному порыву, я протянула руку к той, что слева, и распахнула ее. Меня буквально ослепило голубое сияние изнутри. На миг мне показалось, что я действительно ослепла: я оказалась в кромешной темноте, но потом вновь обрела способность видеть. Перед моим мысленным взором мелькали образы и силуэты. Их было много. Слишком много. И они быстро сменяли друг друга – так, что я ничего не могла рассмотреть. Голова гудела, казалось, она вот-вот разлетится на части.

– Со временем ты оценишь этот дар. Ты подчинишь его себе, Кася. Время придет. А до тех пор помни, что только ты выбираешь путь, которому следовать. А теперь решай, что делать с остальными. Время на исходе.

– Но что это за дар? В чем он заключается?

– Твой дар – предвидение. Будущее изменчиво, ты видишь лишь его вероятные формы. Сейчас я лишь помогла тебе ускорить раскрытие твоей врожденной способности. Ты взяла то, что принадлежит тебе по праву. В тебе есть ведьмовская кровь. Не так много, но есть. И все же, Катажина, пора определиться, что делать с остальными шкатулками.

– А что в ней? – я указала на шкатулку посередине.

– Этого я не могу тебе сказать. Не до того, как ты сделаешь выбор.

– Тогда попрошу отдать ее одному из моих спутников в этом лесу. Тому, кому она необходима больше других. Тому, кто сможет использовать этот дар во благо. – Произнося эти слова, я надеялась, что в шкатулке таится какое-то волшебное средство, способное исцелить любые недуги. Я так хотела помочь Кеву.

– Рада, что ты сделала именно такой выбор. Я чувствую, как колеблется грядущее, как меняются вероятности. Эта шкатулка найдет хозяина уже сегодня ночью. В ней была жажда истины, горячее стремление к правде. Осталась последняя, – проговорила Диона, и образ ее начал бледнеть.

– Я могу подарить ее тому, кому посчитаю нужным?

– Ты вольна поступать, как пожелаешь, – улыбнулась Хранительница.

– Тогда я забираю ее с собой.

– Мы больше не увидимся с тобой, Катажина. Разве что однажды – если все сложится наилучшим образом. Слушай свое сердце, будь смелой, не принимай решения из страха, и ты непременно отыщешь свой путь.

Я едва успела схватить последнюю шкатулку, когда свет померк, а мир снова закружился в вихре танца. Я зажмурилась, не в силах выносить эту тягучую круговерть. Когда я открыла глаза, то обнаружила себя твердо стоящей на ногах в морозном лесу.

– Вижу, встреча прошла благополучно. И ты даже унесла одну из шкатулок с собой.

– Она для вас, – улыбнулась я и протянула подарок хозяину леса.

– Для меня? – Лицо незнакомца снова стало рябить, являя черты существа с сияющими ледяными глазами.

– Вы откликнулись на мой зов. Вы подарили мне шеду, провели к Дионе. Отдать эту шкатулку вам – меньшее, что я могу сделать.

– А еще я заставил тебя сойти с тропы и встретиться с оркестром смерти. Ты могла погибнуть. Вы все могли.

– И тем не менее этого не случилось. Я действительно благодарна и хочу отдать этот дар вам.

– Что ты хочешь получить взамен?

– Ничего. – Эти слова дались мне тяжело. Я знала, что могла бы попросить за Кева, но я верила, что ему помогут в Шархийе. Возможно, я полная дура. Но не могла поступить иначе. Я действительно испытывала безмерную благодарность хозяину леса за то, что он послал мне Твикси, за то, что она спасла нас всех. Он подарил нам жизнь. Можно ли просить о большем? Я не хотела обесценивать свою благодарность просьбой. Попроси я о чем-нибудь, и подарок перестал бы быть подарком и превратился бы в подношение. – Разве подарки дарят, чтобы получить что-то взамен? – произнесла я вслух.

– Именно. Так чаще всего и бывает. Особенно если ты божество.

– Этот подарок от чистого сердца. Так я выражаю свою благодарность.

– Что ж, – проговорил он, не отрывая от меня пристального взгляда. Казалось, он смотрел в самую душу, – подарок и впрямь от чистого сердца, – изумился он, – и ты действительно не надеешься получить хоть что-то взамен… – Вид у него был задумчивый.

Некоторое время мы стояли в тишине, а затем, будто приняв решение, хозяин леса прижал шкатулку к себе.

– Я сохраню твой дар. Я принимаю твою благодарность, – добавил он, и шкатулка растворилась в колдовском сиянии леса.

– Спасибо, – улыбнулась я.

– А теперь тебе пора проснуться. У вас осталось мало времени. Особенно у твоего друга. Просыпайся, Кася. Просыпа-а-а-а-айся, – его слова эхом разнеслись среди высоких вековых деревьев. Хозяин леса раскинул руки, будто желая обнять весь мир, и его силуэт разлетелся сотнями воронов. С громким карканьем они взметнулись к небесам, оставив гореть в ночном мраке леса пронзительные голубые глаза.

– Взамен шкатулки ты получишь дар куда более ценный. Ты узнаешь, когда это случится. Вы все узнаете, – услышала я шепот у самого уха. Но мое сознание уже погружалось в вязкие объятия темноты, поэтому я сильно сомневалась, что загадочные слова не были всего лишь плодом моего разыгравшегося воображения.

Я очнулась так резко, будто кто-то плеснул мне в лицо ледяной водой. Отбросив одеяло, соскользнула с постели и принялась громко кричать:

– Вивиан, Лис, Вивиа-а-а-а-ан.

– Что такое? – Ведьма подскочила ко мне первой. Вид у нее был взволнованный, волосы всклокочены, глаза смотрели тревожно. Кажется, я ее до смерти напугала.

Моя шеду тоже прибежала на зов. Вот только не стала ко мне подходить, а вместо этого уютно устроилась на постели, с которой я только что поднялась. Должно быть, в лесу дэйви нечасто выпадает возможность понежиться в тепле и уюте. Я ощущала спокойствие и умиротворение, исходившие от кошки. Кажется, она знала, что я в безопасности.

– Мяу, – раздалось недовольное замечание.

Не кажется. Она точно знала.

– Лис! – снова позвала я.

– Да что случилось-то? – не унималась ведьма.

– Нам нужно уходить! Сейчас дождемся контрабандиста, и я все…

– Зачем так кричать? – лениво потягиваясь и зевая, поинтересовался наконец появившийся Лис.

– Нам надо уходить, говорю!

– Дай угадаю. Тебе приснился сон? – перебил он меня.

– Откуда ты знаешь?

– Я тоже видел сон. Диона отдала шкатулку мне.

– Диона? Шкатулку? Вы о чем вообще? – взорвалась ничего не понимавшая Вивиан.