Лана Ежова – Падший и Святая (страница 5)

– Александра, ваш брат… – Вампир сделал паузу, а я напряглась сильнее. – Оправдан посмертно.

Я сделала глубокий вдох и медленный выдох, но это помогло мало – слезы побежали, не слушая мысленных приказов.

Вампир протянул руку, намереваясь стереть влажные дорожки с моих щек, – я не дернулась, прекрасно помня, с кем имею дело.

– Простите, господин Кристовский, это так неожиданно. Но я верила в брата всем сердцем!

Рука с аккуратным маникюром опустилась на сиденье – вампир сдержал порыв меня утешить.

– Не извиняйтесь. Искренние эмоции – как горный воздух.

– Ваше сообщение неожиданно, я уже перестала верить, что невинного человека оправдают.

– Я обещал вам беспристрастный суд и сдержал слово, – отозвался вампир с легким осуждением.

– Да, но вот такие мы, люди, всегда сомневаемся. – Я развела руками, состроив извиняющееся выражение лица.

– Вторая новость еще приятней: блокирующий пакет «Сердца Вавилона» наследуете вы.

Я нахмурилась, переваривая услышанное.

– Как?.. А Юлия?

– Михаил оставил завещание, вы главная наследница, и это не оспорить. Жене он оставил дом и достойное содержание. – В голосе вампира звучало предвкушение, словно он выиграл от этого поворота.

Не удивлюсь, если так и есть. Юлия – магичка и недолюбливает вампиров, то есть поддерживать решения Кристовского не будет.

– Господин Кристовский, благодарю за хорошие новости и за то, что подвезли!

Я с намеком уставилась на двадцатиэтажку за окном, вокруг которой мы уже намотали две петли.

– Всегда рад помочь, – протянул с подчеркнутым разочарованием вампир и велел телохранителю: – Рон, остановись у подъезда госпожи Иванович.

Он сам открыл дверь и галантно подал руку.

– До свидания! – попрощалась я, с трудом скрывая нетерпение.

– До очень скорого, Александра, свидания, – заявил мужчина и улыбнулся, на миг показав белоснежные клыки. – Ждите звонка, вскоре собрание директоров, ваше присутствие обязательно.

– До оглашения завещания?

– Оно состоится в тот же день.

Кристовский замолчал, внимательно меня рассматривая, как будто видя впервые или размышляя, сказать что-то или нет.

Но нерешительность – и этот старый продуманный вампир-аристократ? Сомневаюсь, он играет.

Выдержав паузу, Кристовский со вздохом произнес:

– Александра, я уважал вашего приемного отца, был не против кандидатуры Михаила, соблюдающего наши правила, но вы…

Он поморщился.

Я вскинула брови, выдавая нетерпение.

– Вы будете пятым владельцем блокирующего пакета за столь короткое время, Александра.

– Переживаете, что погибну, как мои родственники?

– Складывается впечатление, что Марла права: эти акции прокляты, – грустно произнес Кристовский. – Если пожелаете их продать, я готов приобрести.

Вот и объяснения, почему Кристовский долго кружил вокруг да около. Как падальщик.

Отведя взгляд, я уставилась на бритый затылок телохранителя.

Нет, надо быть честной: Кристовский не падальщик. Он не ждал агонии жертвы, предложил купить, пока я на волне.

А кстати, сколько бы предложил? Любопытно, но спрашивать нельзя. Ухватится за эту ниточку, начнет ее раскручивать.

– Я услышала ваше предложение, господин Кристовский.

Вампир кивнул и тенью нырнул в нутро автомобиля.

Я поплелась домой.

В лифте решила прослушать пропущенные голосовые. Первое сообщение от жены брата, которая звонила в шесть вечера, когда я точно не могла ответить. Юлия об этом прекрасно знала, ведь проработала в моем агентстве три месяца, прежде чем увидела будущего мужа и закрутила с ним бурный роман, резко превратившийся в недолгий брак.

«Саша, ты в курсе, что Михаил хотел оставить все мне. У тебя есть своя часть наследства, не трогай то, что не твое! Мой адвокат…»

Я выключила сообщение. Бессмысленно тратить на Юльку время.

Следующее голосовое – от Лукаса: «Привет, конфетка! Ужасно соскучился, когда мы увидимся?»

Низкий, бархатный голос мужчины – как неспешная ласка. Как прелюдия на расстоянии.

Я посмотрела в зеркало лифта – глаза сияют, как бриллианты, губы растянуты в довольно глуповатой улыбке. Вид влюбленной по уши девицы.

«Я серьезно, Саш. Я готов отложить работу ради совместного вечера, а ты?»

А я нет… Не ближайший точно. Завал в документации. Это не оправдание, поэтому мне стыдно.

«Саш, я хочу тебя… обнять крепко и не выпускать из своих рук до утра. Хочу гладить твои мягкие волосы, целовать твое шикарное тело. Я начну с шеи, затем…»

Выключила послание и выдохнула медленно. Ух, Лукас! Умеет подбирать аргументы, но нет. Не могу, увы.

Щеки мои пылали, когда я выходила из лифта. Неудивительно, что сосед, стоящий спозаранку на площадке, вместо приветствия выдал хмурый вопрос:

– Александра, вы в порядке?

Я бы сказала, в каком порядке, но это рейтинг восемнадцать плюс.

– Все хорошо, Алан. Доброе утро! Не спится?

Перед глазами все еще облик Лукаса, и я не сразу осознала, что сосед стоит в одних пижамных штанах и шлепанцах. А зачетный торс! Мускулистый, рельефный и без волос, хотя Алан – жгучий брюнет.

А еще он держал на руках кота – дымчато-серого перса, который окинул меня презрительным взглядом. Мол, чего пялишься, дурашка, на моего хозяина? Не твоего поля ягода.

Хм, а он прав: нечего пялиться, когда парень есть.

– Я вышел забрать пакет у курьера, а Дым выскочил на площадку, пришлось ловить.

Я кивнула и вставила ключ в замочную скважину.

– Хорошо, что никуда не убежал. Доброй ночи!

Сосед усмехнулся:

– Утро уже, Александра.

– Точно. Дурацкий график работы, – улыбнулась я и, входя в квартиру, добавила: – Тогда хорошего дня!

И захлопнула дверь.

В Новом Вавилоне лучше не обращать внимания на странности соседей, если те в пределах, оговоренных законом. Не рекомендуется с ними общаться, если не знаешь расу и взгляды.

Но когда на лестничной площадке только ты и одинокий молодой мужчина с милым котиком, правила легко нарушить.

Так, хватит думать об Алане и его шести кубиках на животе! В душ и спать.