Лана Деламьер – Пульс иного мира (страница 1)

Лана Деламьер

Пульс иного мира

Глава 1. Зеркало

Алиса ненавидела свою квартиру. Не за скрипучий пол или протекающий кран в ванной, а за тишину. Она была густой, осязаемой, она заполняла каждый угол, ложилась на мебель пыльным саваном.

Тишина, которая кричала о том, что её, Алису, никто не ждёт. В свои двадцать семь она была экспертом по одиночеству. Она знала его вкус — горький, как остывший кофе, и его цвет — серый, как московское небо в ноябре.

В тот вечер с неба сыпалась ледяная крошка, превращая город в декорацию к постапокалиптическому фильму. Алиса шла из офиса, кутаясь в шарф, который пах её духами и отчаянием. Работа в рекламном агентстве высасывала душу через презентации и дедлайны, а личная жизнь закончилась три года назад вместе с историей про «не сошлись характерами», которая на деле означала «ты слишком сложная».

Парк был коротким путём домой. Фонари здесь горели через один, выхватывая из темноты голые ветви деревьев, похожие на скрюченные пальцы. Алиса ускорила шаг, жалея, что не вызвала такси. И тут она увидела его.

Между корнями огромного, почерневшего от времени дуба что-то блеснуло. Это было неестественно, чужеродно для этого грязного снега и мокрой земли. Зеркало. Овальное, в тяжёлой бронзовой раме, покрытой странными, почти стершимися символами. Оно стояло здесь так, словно всегда тут было, словно выросло из земли вместе с дубом.

Алиса замерла. Любопытство — её вечный порок и единственное развлечение — толкнуло её вперёд. Она подошла ближе. В мутной поверхности отражался тусклый свет далёкого фонаря и её собственное бледное лицо с тёмными кругами под глазами. Ничего особенного.

Стоило Алисе наклониться ниже, как отражение дрогнуло. По зеркальной глади пошла рябь, словно кто-то бросил камень в стоячую воду. Алиса отшатнулась, но было поздно. Поверхность перестала быть твёрдой. Она подалась вперёд, липкая и холодная, обволакивая пальцы.

Мир исчез в ослепительной вспышке белого света.

Холод был первым, что она почувствовала. Не зимний московский мороз, а могильный, пробирающий до костей холод иного мира. Алиса лежала на влажной земле, вдыхая воздух, пахнущий прелой листвой, озоном и чем-то ещё... чем-то сладковатым и металлическим.

Она села, оглядываясь. Вокруг был лес, но не тот, подмосковный, с пакетами и пивными бутылками в кустах. Этот лес был живым исполином. Деревья уходили ввысь на десятки метров, их кроны смыкались где-то в вышине, почти не пропуская свет луны — огромной, кроваво-красной луны, висевшей низко над горизонтом.

— Где я? — голос прозвучал хрипло и жалко.

Ответом ей был лишь шелест листвы и далёкий, утробный вой, от которого кровь застыла в жилах.

Алиса поднялась на ноги. Под ногами пружинил мох. Она сделала несколько неуверенных шагов и замерла. Впереди, между стволами вековых деревьев, мелькнула тень. Слишком быстрая для человека, слишком грациозная для зверя.

Сердце ухнуло куда-то в пятки.

Из темноты выступил он.

Он был высок, выше любого мужчины, которого она когда-либо видела. Чёрный плащ с серебряной застёжкой на плече казался продолжением ночи. Бледная кожа лица казалась выточенной из мрамора в свете луны. Но главное — глаза. Огромные, миндалевидные, они горели янтарным огнём с вертикальным зрачком, как у кошки или хищной птицы. Взгляд был тяжёлым, изучающим, полным древней силы и едва сдерживаемого голода.

Алиса попятилась, споткнулась о корень и упала бы, если бы он не оказался рядом с неестественной скоростью. Его рука сомкнулась на её предплечье — холодной как лёд хваткой.

— Кто ты? — его голос был низким, бархатным и опасным. Он не спрашивал — он констатировал факт её чужеродности.

Алиса смотрела в эти нечеловеческие глаза и понимала: сказки оказались правдой. И монстры в них были настоящими.

Глава 2. Первая ночь

Хватка на её руке была ледяной, но удивительно крепкой. Алиса попыталась вырваться, но с тем же успехом можно было пытаться сдвинуть вековой дуб.

Вампир — теперь она не сомневалась, что это именно он — наклонил голову, и его длинные, тёмные волосы скользнули по плечу. В янтарных глазах не было ни капли сочувствия, лишь холодное, хищное любопытство.

— Ты пахнешь... иначе, — его голос был похож на шелест сухих листьев и далёкий гром. Он не кричал, но каждое слово отдавалось у неё в груди. — Не из этого мира.

Алиса сглотнула, пытаясь унять дрожь. Холод его пальцев проникал сквозь ткань куртки, заставляя кожу покрываться мурашками.

— Я... я не знаю, как я здесь оказалась, — прошептала она. — Было зеркало... в парке.

Рэвен — она откуда-то знала его имя, словно оно было выжжено в воздухе вокруг него — прищурился. Вертикальный зрачок сузился до тонкой щели.

— Зеркало? Древний артефакт. Оно не пропускает случайных людей. Ты была призвана.

— Призвана? Кем? Зачем? — паника начала уступать место какому-то иррациональному, болезненному интересу.

Вампир не ответил. Он медленно провёл свободной рукой по воздуху в сантиметре от её лица, словно считывая невидимую ауру. Алиса замерла. Его близость была пугающей и одновременно завораживающей. От него пахло холодной ночью, старой кожей и чем-то ещё — терпким, пьянящим ароматом, от которого кружилась голова.

— Ты боишься, — констатировал он без тени эмоции.

— А ты бы не боялся? — огрызнулась она, пытаясь вернуть себе хоть каплю самообладания.

Уголок его губ едва заметно дрогнул. Это нельзя было назвать улыбкой, но это было первое проявление чего-то человеческого на его мраморном лице.

— Страх — это разумно. Глупость — нет. Глупо было бы кричать или бежать.

Он отпустил её руку так же внезапно, как и схватил. Алиса тут же обхватила себя за плечи, чувствуя странную пустоту там, где только что была его ладонь.

— Идём, — коротко бросил он. — Здесь небезопасно. Ночь принадлежит не только мне.

Словно в подтверждение его слов из глубины леса донёсся протяжный вой, от которого кровь стыла в жилах. Это был не волк. Это было что-то более дикое, первобытное.

Алиса не стала спорить. Она пошла за ним, стараясь ступать след в след по едва заметной тропе. Рэвен двигался бесшумно, как тень. Он не оборачивался, уверенный, что она следует за ним.

Они шли около получаса в полной тишине, нарушаемой лишь звуками ночного леса и её собственным прерывистым дыханием. Наконец деревья расступились, открывая поляну, на которой стоял дом.

Это было скорее поместье или охотничий замок из тёмного камня, увитый плющом и диким виноградом. В высоких стрельчатых окнах горел мягкий свет.

— Мой дом — твоя крепость на эту ночь, — произнёс Рэвен, открывая тяжёлую дубовую дверь.

Внутри было тепло. Пахло деревом, воском и старыми книгами. Огромный камин с потухшими углями занимал почти всю стену гостиной. Рэвен небрежным жестом указал на глубокое кресло у огня.

— Сядь. Ты выглядишь так, будто вот-вот упадёшь.

Алиса рухнула в кресло, благодарная за тепло. Рэвен отошёл к массивному буфету и вернулся с двумя бокалами и хрустальным графином с тёмно-красной жидкостью.

— Вина? — он протянул ей бокал.

Алиса с подозрением посмотрела на густую жидкость.

— Это... кровь?

Рэвен издал тихий смешок — низкий, бархатистый звук.

— Нет. Это вино из чёрного винограда с южных склонов Серых гор. Оно помогает согреться смертным... и утоляет жажду бессмертных.

Он пригубил из своего бокала, не сводя с неё внимательного взгляда. Алиса последовала его примеру. Вино оказалось густым, терпким и невероятно вкусным. По телу тут же разлилось приятное тепло.

— Так кто же ты? — снова спросил он, опускаясь в кресло напротив.

И Алиса начала говорить. Она рассказала ему всё: про скучную работу в агентстве «Креатив-Плюс», про серые будни и одиночество московской квартиры. Про то, как она нашла зеркало в парке на Чистых прудах и шагнула в него от отчаяния и скуки.

Рэвен слушал молча, лишь иногда кивая или подливая ей вина. Его взгляд был прикован к её лицу, и под этим взглядом Алиса чувствовала себя странно обнажённой — не физически, а душой.

— Значит, ты просто хотела сбежать? — спросил он тихо, когда она закончила свой рассказ.

— Я хотела найти что-то настоящее, — призналась она неожиданно для самой себя. — Что-то... волшебное.

Рэвен долго смотрел на неё поверх своего бокала. В камине тихо потрескивали дрова.

— Ты нашла это место, Алиса из другого мира. Но волшебство здесь имеет острые зубы и очень мало общего со сказками для детей.

Он поднялся одним плавным движением и подошёл к ней. Алиса замерла в кресле, запрокинув голову.

— Ты боишься меня? — его голос стал ещё тише, интимнее.

— Да, — выдохнула она честно.