Лали Аморале – Ученица главного злодея (страница 40)
– Тогда я лучше покажу тебе. – он встал, вытирая мокрые руки о передник. – Заканчивай принимать ванну и приходи к Перепутью.
– Чтобы меня опять размазало по стенам?
Я повернулась и с сомнением посмотрела на хрупкую фигурку Аники. Гай-то сейчас сменит ее на свое тренированное тело, а мне до жути не хотелось снова валяться в полусознательном состоянии в холодном коридоре.
– Об этом не переживай, замок не будет препятствовать.
Он шагнул спиной к двери, а потом немного склонил голову и сделал вполне сносный книксен. Я фыркнула от смеха, швырнув в него горсть оставшейся пены. Кто бы мог подумать – у мага есть чувство юмора.
С ванной я не сильно торопилась, потому что до последнего сомневалась, что мне удастся без проблем попасть к Перепутью. Но замок не только передумал скручивать меня в узел, но и показал короткую дорогу. Правда, это тоже несколько нервировало: иногда на пустом месте оказывались перегородки, а в глухих стенах появлялись лестницы. Чем ближе я была к Перепутью, тем активнее замок «помогал». Под конец каменный пол пошел волной и меня практически вынесло к знакомой двери. Гай уже был внутри.
Стоило мне войти, как он повернулся и быстро прошелся по мне взглядом. Через мгновение по шее уже тонкой змейкой вился черный дым. Я резко откашлялась, а Гай пожал плечами.
– Извини.
Я шагнула ближе, чувствуя себя немного неловкого. Болтать с ним в теле Аники было гораздо проще. Возможно, не стоило так скоро раскрывать все карты, но мне и правда было жалко девушку.
– И как это работает? – я подошла к пульсирующей стене, но Гай предупредительно положил ладонь мне на плечо.
– Я держу все порталы в голове – какой куда ведет.
Я повернулась, случайно касаясь щекой руки, которая по-прежнему лежала на плече. Его пальцы едва заметно дрогнули.
– А если забудешь?
– Тогда ты застрянешь со мной в каком-нибудь дрянном мире.
Он криво улыбнулся и сделал шаг в сторону, при этом его ладонь соскользнула с моего плеча, прошлась по руке и обхватила запястье. Гай потянул меня ближе к одной из плит: в прошлый раз я не обратила внимание на что, что стена не была монолитной, она состояла из высоких – в человеческий рост – каменных глыб. Маг, не колеблясь шагнул в стену, а я набрала в легкие воздуха, как перед прыжком в воду. Кто его знает, вдруг какие-нибудь неведомые силы снова решат, что дышать мне не обязательно?
Я ожидала увидеть что угодно: огненную пустыню, бездну черной воды или даже полчища чудовищ. Но вместо этого мы оказались в другом зале, на этот раз огромном и состоящем из… зеркал? Мой рот открылся в изумлении. Никогда еще мне не доводилось видеть таких чистых и сияющих зеркал: обычно они все были тусклыми, а отражения в них – мутными. Как завороженная я пошла вперед, всматриваясь в собственное отражение. Но чем ближе подходила, тем больше искажений появлялось на прозрачной глади.
– Это Зал всех судеб. Если не хочешь увидеть то, чего видеть не хочешь, то ближе не подходи.
Я остановилась на полушаге, а Гай поравнялся со мной и продолжил:
– Когда-то доступ сюда имели двенадцать человек, включая меня. Совет старейшин пяти основных миров.
– Основные миры? – повернулась и посмотрела на точеный профиль мага.
– Миры, населенные людьми, – пояснил он. Мы следили за тем, чтобы ничто не мешало течению времени.
– Что, например? Войны? Страшные болезни?
Гай опустил голову и взглянул на меня так, словно я сморозила самую большую глупость.
– Нет. Они как раз вписываются в обычное человеческое существование. Но иногда рождаются люди, чьи способности столь сильны, что могут влиять на судьбу целого мира, а то и нескольких.
Маг подошел к одному из зеркал и положил на него ладонь. Прозрачная гладь стала напоминать воду на озере в яркий солнечный день, каких в Мракии почти не бывало. А потом Гай повел ладонью, словно переворачивая страницу, и на меня обрушился поток образов. Огонь и пепел, покрывающий всё от земли до неба, падающие замертво люди и горы, раскалывающиеся на части. Он снова и снова «листал» картинки, каждая из которых несла всё больше и больше смертей. Я отпрянула назад, закрывая лицо руками.
– Прекрати, Гай! Что это?!
– Это то, что ждет твой мир, если Рэном победит.
– Мой мир?
Я убрала ладони и взглянула в его лицо, не отражающее ни единой эмоции. Неужели ничто, из того, что он мне показал, его не трогало? Отчаяние и гнев переполняли меня, и я выплюнула со злостью:
– Он такой же твой, как и мой.
Гай посмотрел как будто сквозь меня и ровным голосом произнес:
– Мой мир уже постигла эта участь.
– Что? – я нахмурилась, пытаясь осознать сказанное. Гай Морок родился в другом мире? – Но… Рэн говорил, что он хочет попасть домой. Я… я не понимаю.
– Сознание моего брата давно распалось на множество личностей, и не все из них осознают последствия своих деяний. Он был настолько сильным магом, что его мозг просто не выдержал. Мы заметили это слишком поздно.
– Но зачем ему уничтожать всё и всех? Чего он хочет добиться? Уверена, что даже самые жестокие злодеи не желают коротать вечность в одиночестве.
Гай приподнял брови, давая понять, что мой удар попал точно в цель.
– Рэном хочет стать богом и на пепелище создать новый мир с созданиями, которые будут почитать только его и подчиняться только ему.
Гай отвернулся и пару минут отрешенно смотрел в зеркало. Эмоций на лице мага не добавилось, но я поняла, что те картинки – это не будущее
– Какова же моя роль во всем этом?
– О, сущая безделица, – Гай встряхнул головой и повернулся ко мне. – Ты должна одолеть Рэнома и спасти миры, населенные людьми, от разрушения.
Глава 25
Я хохотала так громко, что мой смех отражался от многочисленных зеркал и рассыпался на сотни голосов. Пару раз я замолкала, но, взглянув на серьезное лицо мага, снова начинала давиться смехом.
– Спасительница миров? – я вытерла выступившие на глазах слезы. – Гай, это настолько глупо, что даже не смешно. Хотя, нет, подожди. Смешно.
Я прикрыла рот ладошкой, но маг никак не отреагировал на мои похрюкивания. С каменным лицом он достал из кармана какую-то круглую штуковину и протянул ее мне. Это было украшение и, судя по всему, очень древнее. Края в паре мест были сколоты, но сколы эти за годы стали гладкими, как камни в воде. Обод по краю был испещрен незнакомыми мне буквами, а на внутренней части украшения, состоящей из нескольких кругов, были нарисованы руны и какие-то знаки.
– Это амулет Противодействия, – пояснил Гай. – Всё в наших мирах уравновешено, и если где-то появляется большое зло, значит, в другом месте рождается тот, кто может ему противостоять. Амулет указал Совету старейшин на тебя, Дея.
– Но это глупость, – я впихнула амулет ему назад и отступила на шаг. – Я даже не самый сильный маг. Думаю, за прошедшие недели ты и сам в этом убедился. Мои родители гораздо сильнее и талантливее меня, Гай!
– Я знаю, – ответил он со спокойствием, которое все больше и больше раздражало, – но амулет никогда не ошибается. Это всегда была ты. Но…
– Как обычно есть какое-то «но» – я перебила его, усмехаясь.
– Тебе постоянно что-то мешало, – он нахмурился. – Некий набор случайностей, который в итоге всегда приводил к краху.
– Тебе не кажется, что это знак? Амулет ошибся, Гай. Это не я! Мне жаль, что ты потратил столько времени впустую, но если бы мне действительно предстояло спасти всех, то я бы с легкостью это сделала. Разве не так происходит с героями?
Гай засмеялся, запрокидывая голову и открывая лицо, которое всегда было наполовину скрыто волосами. Мои глаза тут же с жадностью впились в точеный профиль, исследуя каждый сантиметр от прямого носа до острых скул. Маг повернулся ко мне, продолжая улыбаться.
– Люди. У вас всё всегда так просто. Думаешь, некие силы назначили тебя героем и сразу всё получилось? Это не волшебная сказка, Дея. В жизни даже героям приходится поработать мечом и огнем, чтобы чего-то добиться. Долгие годы у меня ушли на то, чтобы найти ту вероятность, в которой тебе хватает сил и характера, чтобы одержать победу. Дальше ты знаешь – я подстроил встречу твоих родителей.
– То есть ты стал злодеем, чтобы родился герой? Как поэтично, – мои губы скривились в саркастичной усмешке.
Гай сделал шаг ближе и неожиданно протянул руку, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо. Потом обвел кончиками пальцев овал лица, заставляя сердце в груди споткнуться, и ответил мне такой же кривой улыбкой:
– Не обманывайся, Дея. Меня выбрали тем, кто сотворит всё это безумие, не за доброе сердце.
Я фыркнула, отбрасывая его руку.
– Держи, он твой, – Гай снова протянул мне амулет.
– Нет, – я попятилась назад.
Поверить во всю эту чушь? Уверена, их хвалёный амулет просто перестал работать в какой-то момент, а они даже не поняли.
– Не глупи, Дея, – маг продолжал наступать. – Это твой шанс спасти всех, кого ты знаешь. Ты видела Рэна. Рано или поздно он обретет прежнюю силу и вырвется на свободу.
«Да какое мне дело?!», – хотелось заорать ему в лицо, но я видела, что стало с миром Гая. Если он прав, и нечто подобное ждет и наш?
– Это поможет восстановить стены между мирами? Закроет проходы для чудовищ? Люди смогут жить, не опасаясь каждую минуту нападения какой-нибудь твари?
Гай кивнул, и я выхватила амулет из его рук.
– А этот амулет поможет? – я покрутила украшение в руках, разматывая тонкую веревку, огрубевшую за долгие годы. – Зачем он вообще нужен?
Я надела вещицу на шею, проводя по нему ладонью. На секунду мне даже показалось, что амулет стал немного теплее. Я подняла глаза на Гая в ожидании ответа, но он не отрываясь смотрел на амулет.
– Он понадобится… в свое время.
Его глаза сверкнули зеленым, а лицо подернулось черной дымкой. Маг замер, словно в ожидании чего-то, а у меня под лопаткой кольнуло от плохого предчувствия. Интуиция испуганно взвизгнула, и я взялась за потертую веревочку, чтобы снять подозрительный амулет. Но стоило мне прикоснуться к вещице, как грудь пронзила боль. Такая сильная и острая, что я заорала, не выдержав.
Мои руки в отчаянии скребли по груди, стараясь избавиться от штуковины, которая совершенно точно пыталась меня убить, но амулет как будто сросся со мной. Причем в буквальном смысле слова. Под носом запахло жженым, а на моей одежде образовался ровный круг, как раз под амулетом. Теперь чудовищное украшение пыталось проделать дыру в моем теле. К запаху жженой одежды добавилась вонь горящей плоти.
С трудом я подняла глаза на мага, который стоял в нескольких шагах, опустив руки вдоль тела и сжав их в кулаки. Его лицо было полностью скрыто клубами черного дыма. Неужели он позволит мне умереть? Мои ноги подкосились, и я упала на колени. Больно. Так больно. Впервые я подумала о том, что смерть действительно может быть избавлением. Сознание постепенно начало меркнуть, и последнее, что я увидела – это черные сапоги у самого лица. Я его точно убью.
Придя в себя в своей комнате в замке, я даже не удивилась: это уже стало традицией. Рука сама потянулась к груди, но вместо испорченной туники на мне оказалась чистая рубашка. Я нырнула в выемку и нащупала абсолютно гладкую кожу, без какого-либо следа страшного ожога. Ничто в теле не напоминало о том, что меня едва не прожгли насквозь. Я встала с кровати, подошла к зеркалу и отдернула ворот рубахи. На мутной поверхности отразилась черная руна.
От неожиданности я сделала шаг назад и чуть не споткнулась. Бросила взгляд вниз в надежде на то, что отражение показало мне то, чего на самом деле нет, но увы. Руна была на месте – там, где до нее висел амулет. И она была прекрасна: черная, с замысловатыми вензелями, заключенная в изящный круг. А еще она выглядела так же, как те руны, которыми были изрисованы руки Гая. Я быстро умылась и с мрачной решимостью вышла из комнаты.
– Живо веди меня к своему хозяину, – выплюнула со злостью в пустоту мрачного коридора, и замок, на удивление, послушался.
Через несколько минут я толкнула тяжелую дверь и без стука зашла в комнату Гая Морока. Он лежал поверх покрывала на кровати, уставившись в потолок, и не выказал ни малейшего удивления при моем появлении. Только скользнул напряженным взглядом по рубашке и голым ногам. Маг, не торопясь, встал, подошел ближе и то ли спросил, то ли указал на очевидный факт:
– Пришла в себя.
– Что это было, Гай? – спросила как можно спокойнее, изо всех сил сдерживая ярость, рвущуюся наружу.
– Амулет должен был принять тебя, распознав как новую хозяйку, а ты должна была принять его, доказав, что достаточно сильна, чтобы обладать им.
– Так это была проверка? Если бы это всё же оказалась не я, он бы убил меня?
– Да, – спокойно ответил маг, а я подлетела к нему и со всей силы толкнула в грудь.
– Да?! Ты называешь монстром своего брата, но он хотя бы играет в открытую, а ты как паук плетешь интриги. Я по уши опутана паутиной твоей лжи!
– Я был уверен в тебе, Дея, – Гай попытался перехватить мои руки, но я оказалась проворнее и снова пихнула его.
– Уверен? Ты был уверен?! Ты стоял там как истукан, пока эта штука сжигала меня до самых костей!
– Если бы я попытался помочь, амулет мог убить и тебя, и меня. После я позаботился о тебе.
Значит, это не Аника, а он переодел меня и уложил в кровать? Рыкнув, я ударила его снова, а потом толкала всё дальше и дальше, пока маг не уперся ногами в собственную кровать. Он больше не пытался помешать мне, наоборот, опустил руки и позволил вымещать на нем скопившуюся злость. У кровати мы замерли, как будто оказавшись на краю пропасти, и я заметила, что мое шумное дыхание было не единственным в комнате. Грудь Гая тоже высоко поднималась, хоть он и старался контролировать себя. Я наклонилась ближе, а когда он попытался отстраниться, схватила за тунику.
– Поцелуй меня.