Лали Аморале – Ученица главного злодея (страница 39)

Шрифт

Аника зарылась пальцами в волосы на затылке и потянула на себя, заставляя меня запрокинуть голову. Затылок приятно кольнуло, и из моей груди вырвался тихий стон.

– Сомнения убивают, Дея. – Аника глубоко вздохнула. – Только тебе выбирать: быть живым монстром или мертвым человеком.

– Так себе выбор, знаешь ли.

Я выпрямилась, позволяя мыльной пене скользнуть по обнаженной груди. Белая пушистая струйка медленно стекала в воду, огибая соски и ныряя под грудь. Аника за моей спиной хрипло откашлялась и схватилась за расческу. С ехидной улыбкой я вытянула из воды ноги, положив их на край ванны, и взяла люффу. Неторопливо прошлась мочалкой от самых стоп к бедрам, круговыми движениями размазывая пену по распаренной коже.

– Потрешь спину? – я протянула замершей Анике люффу, услышав в ответ невнятное бормотание.

Едва мочалка коснулась лопаток, как я спросила:

– Так что там с твоим братом?

Рука на моей спине замерла на пару мгновений, а потом снова пришла в движение.

– Но у меня нет брата, Дея.

– Неужели?

Я повернулась, опираясь рукой на край ванны, и посмотрела в глаза, полыхнувшие зеленым. Некоторое время мы молчали, сверля друг друга напряженными взглядами, а люффа в хрупкой женской руке сжалась так, что ее почти не стало видно.

– Оставь девочку в покое, Гай. – я покачала головой, прерывая нашу молчаливую битву. – Недавно она мне жаловалась на провалы в памяти. Ты сведешь ее с ума.

Он застыл каменным изваянием, а потом медленно опустил руку с люффой в воду.

– И давно ты знаешь? – в мелодичном женском голосе прорезались знакомые мне грубоватые интонации.

Я повернулась, снова погружаясь в воду и вытаскивая мочалку из его ослабевших пальцев. Намылила и, не торопясь, начала растирать руку.

– С того момента, как с лица Аники на меня посмотрели твои глаза, Гай. Это жутко, ты знаешь?

Он хмыкнул, а потом потянулся и забрал люффу назад. Я вытянула руку, позволяя ему вымыть себя.

– Мне нужно было… понимать тебя чуть лучше, – он прошелся мочалкой по кисти, перебирая каждый пальчик.

– О? – я состроила удивленное выражение лица. – И вместо разговора по душам ты выбрал подглядывание?

– Я не подглядывал, – резко выплюнул он, а я засмеялась.

– Да ну? А сейчас ты что делаешь?

– Дея, – произнес он с нажимом.

Я пропустила угрозу в его голосе мимо ушей.

– Итак, твой брат, Гай.

В ванну полетела мочалка, а маг хмыкнул. Ловким движением он собрал мои волосы в хвост и перевязал лентой.

– Удивительно, что ты хочешь начать с моего брата, а не с себя.

– Я почти уверена, что история твоего брата неразрывно связана со мной.

Глава 24

– Тогда я лучше покажу тебе. – он встал, вытирая мокрые руки о передник. – Заканчивай принимать ванну и приходи к Перепутью.

– Чтобы меня опять размазало по стенам?

Я повернулась и с сомнением посмотрела на хрупкую фигурку Аники. Гай-то сейчас сменит ее на свое тренированное тело, а мне до жути не хотелось снова валяться в полусознательном состоянии в холодном коридоре.

– Об этом не переживай, замок не будет препятствовать.

Он шагнул спиной к двери, а потом немного склонил голову и сделал вполне сносный книксен. Я фыркнула от смеха, швырнув в него горсть оставшейся пены. Кто бы мог подумать – у мага есть чувство юмора.

С ванной я не сильно торопилась, потому что до последнего сомневалась, что мне удастся без проблем попасть к Перепутью. Но замок не только передумал скручивать меня в узел, но и показал короткую дорогу. Правда, это тоже несколько нервировало: иногда на пустом месте оказывались перегородки, а в глухих стенах появлялись лестницы. Чем ближе я была к Перепутью, тем активнее замок «помогал». Под конец каменный пол пошел волной и меня практически вынесло к знакомой двери. Гай уже был внутри.

Стоило мне войти, как он повернулся и быстро прошелся по мне взглядом. Через мгновение по шее уже тонкой змейкой вился черный дым. Я резко откашлялась, а Гай пожал плечами.

– Извини.

Я шагнула ближе, чувствуя себя немного неловкого. Болтать с ним в теле Аники было гораздо проще. Возможно, не стоило так скоро раскрывать все карты, но мне и правда было жалко девушку.

– И как это работает? – я подошла к пульсирующей стене, но Гай предупредительно положил ладонь мне на плечо.

– Я держу все порталы в голове – какой куда ведет.

Я повернулась, случайно касаясь щекой руки, которая по-прежнему лежала на плече. Его пальцы едва заметно дрогнули.

– А если забудешь?

– Тогда ты застрянешь со мной в каком-нибудь дрянном мире.

Он криво улыбнулся и сделал шаг в сторону, при этом его ладонь соскользнула с моего плеча, прошлась по руке и обхватила запястье. Гай потянул меня ближе к одной из плит: в прошлый раз я не обратила внимание на что, что стена не была монолитной, она состояла из высоких – в человеческий рост – каменных глыб. Маг, не колеблясь шагнул в стену, а я набрала в легкие воздуха, как перед прыжком в воду. Кто его знает, вдруг какие-нибудь неведомые силы снова решат, что дышать мне не обязательно?

Я ожидала увидеть что угодно: огненную пустыню, бездну черной воды или даже полчища чудовищ. Но вместо этого мы оказались в другом зале, на этот раз огромном и состоящем из… зеркал? Мой рот открылся в изумлении. Никогда еще мне не доводилось видеть таких чистых и сияющих зеркал: обычно они все были тусклыми, а отражения в них – мутными. Как завороженная я пошла вперед, всматриваясь в собственное отражение. Но чем ближе подходила, тем больше искажений появлялось на прозрачной глади.

– Это Зал всех судеб. Если не хочешь увидеть то, чего видеть не хочешь, то ближе не подходи.

Я остановилась на полушаге, а Гай поравнялся со мной и продолжил:

– Когда-то доступ сюда имели двенадцать человек, включая меня. Совет старейшин пяти основных миров.

– Основные миры? – повернулась и посмотрела на точеный профиль мага.

– Миры, населенные людьми, – пояснил он. Мы следили за тем, чтобы ничто не мешало течению времени.

– Что, например? Войны? Страшные болезни?

Гай опустил голову и взглянул на меня так, словно я сморозила самую большую глупость.

– Нет. Они как раз вписываются в обычное человеческое существование. Но иногда рождаются люди, чьи способности столь сильны, что могут влиять на судьбу целого мира, а то и нескольких.

Маг подошел к одному из зеркал и положил на него ладонь. Прозрачная гладь стала напоминать воду на озере в яркий солнечный день, каких в Мракии почти не бывало. А потом Гай повел ладонью, словно переворачивая страницу, и на меня обрушился поток образов. Огонь и пепел, покрывающий всё от земли до неба, падающие замертво люди и горы, раскалывающиеся на части. Он снова и снова «листал» картинки, каждая из которых несла всё больше и больше смертей. Я отпрянула назад, закрывая лицо руками.

– Прекрати, Гай! Что это?!

– Это то, что ждет твой мир, если Рэном победит.

– Мой мир?

Я убрала ладони и взглянула в его лицо, не отражающее ни единой эмоции. Неужели ничто, из того, что он мне показал, его не трогало? Отчаяние и гнев переполняли меня, и я выплюнула со злостью:

– Он такой же твой, как и мой.

Гай посмотрел как будто сквозь меня и ровным голосом произнес:

– Мой мир уже постигла эта участь.

– Что? – я нахмурилась, пытаясь осознать сказанное. Гай Морок родился в другом мире? – Но… Рэн говорил, что он хочет попасть домой. Я… я не понимаю.

– Сознание моего брата давно распалось на множество личностей, и не все из них осознают последствия своих деяний. Он был настолько сильным магом, что его мозг просто не выдержал. Мы заметили это слишком поздно.

– Но зачем ему уничтожать всё и всех? Чего он хочет добиться? Уверена, что даже самые жестокие злодеи не желают коротать вечность в одиночестве.

Гай приподнял брови, давая понять, что мой удар попал точно в цель.

– Рэном хочет стать богом и на пепелище создать новый мир с созданиями, которые будут почитать только его и подчиняться только ему.

Гай отвернулся и пару минут отрешенно смотрел в зеркало. Эмоций на лице мага не добавилось, но я поняла, что те картинки – это не будущеемоегомира, это прошлоеегомира.

– Какова же моя роль во всем этом?

– О, сущая безделица, – Гай встряхнул головой и повернулся ко мне. – Ты должна одолеть Рэнома и спасти миры, населенные людьми, от разрушения.