Лали Аморале – Книги, пакости, постель (страница 3)
Проходя мимо злополучного бизнес-центра, я остановилась и подняла голову. Все окна в здании были зеркальными, поэтому внешняя стена фактически состояла из отражения противоположной стороны улицы. Скользнув взглядом вниз, я пересчитала этажи, пока не дошла до первого. В отражении за моей спиной появился черный автомобиль.
Нестерпимо захотелось повернуться, но я заставила себя стоять смирно. Почему-то я была уверена, что за черными стеклами дорогого авто скрывается Гарай. Из машины никто не выходил, а я все стояла, делая вид, что рассматриваю здание. Наконец дверь открылась, и из черного нутра машины показалась знакомая фигура. Он остановился в паре метров за спиной и нашел мой взгляд в отражении. Притворяться, что я не догадываюсь о его присутствии, больше смысла не было.
– Пришла сдаваться?
Гарай сделал шаг ближе и теперь высился надо мной, как гигантский ворон в своем черном пальто. Нет, договориться у нас с ним точно не получится. Я повернулась и спокойно ответила:
– Не дождешься.
Направляясь к своему магазину, я чувствовала спиной его напряженный взгляд. «Городская сумасшедшая», – так он назвал меня в присутствии своих коллег. Пусть так, но зато я не из тех, чью благосклонность можно купить за деньги. И тут меня осенило. Я резко обернулась. Гарай по-прежнему стоял на краю тротуара, засунув руки в карманы пальто, и смотрел на меня. Мои губы растянулись в предвкушающей улыбке, и чем шире я улыбалась, тем сильнее хмурились его брови.
Глава 4
Максим
Чокнутой библиотекарши не было видно уже пару дней, и с каждым часом в моей душе нарастало неясное беспокойство. Та ее улыбка, брр. До сих пор мурашки по коже. Только глупец не догадался бы, что ведьма что-то задумала.
Когда я увидел ее у здания бизнес-центра, на секунду меня охватило какое-то странное чувство – желание защитить и спрятать от всего мира. Она стояла там совсем одна, в своей нелепой старомодной юбке и смотрелась маленькой и хрупкой на фоне огромного здания. Но потом я заметил в отражении ее убийственный взгляд и наваждение как рукой сняло. Как в одной компактной женщине может умещаться столько ярости и упрямства?
– Максим Сергеевич, гости приехали, – коммуникатор ожил и заговорил голосом Натальи, отвлекая меня от мыслей об Аркур.
Я поднялся и пошел вниз, чтобы лично встретить делегацию. Это были наши партнеры из нескольких европейских стран и потенциальные арендаторы. Площади, которые они планировали занять, обещали нам очень хороший годовой доход. Лифт тронулся, но уже этажом ниже звякнул, раскрывая двери. Внутрь вошел Котовский. Друг и по совместительству мой бессменный помощник встал рядом.
– Удалось решить вопрос с книжным червем?
– Нет, но я уже на полпути, – ответил как можно безразличнее.
Кот повернулся ко мне, и даже боковым зрением я рассмотрел его скептическую ухмылку.
– Неужели? Пока это так не выглядит, но поверю тебе на слово.
Я тоже развернулся к нему.
– Слушай, тебя это забавляет, да?
– Ага, – не стал Кот отпираться. – Сто лет не видел тебя на таком душевном подъеме. Если эта девица сможет вытрясти из тебя все залежавшееся дерьмо, то я ей пожму руку.
– Без руки не останься, – бросил я раздраженно и вышел из лифта.
Иностранцы уже толпились в холле, и я включил дежурную улыбку. Эта часть работы меня бесила больше всего, но совет директоров продолжал настаивать на моем личном участии в важных переговорах.
***
Совещание проходило на удивление гладко. Даже швейцарцы, которые постоянно ко всему придирались, с первого раз согласились на все наши условия. Я подсчитывал в голове, какую часть средств от аренды можно будет направить на другой наш проект, когда за дверью кабинета послышалась какая-то возня и крики. Мы с Котом вопросительно переглянулись, а сердце у меня ёкнуло, предчувствуя беду. Через мгновение дверь распахнулась, являя взору всех собравшихся НЕЧТО.
В этом цветном пятне я даже не сразу распознал библиотекаршу. На ней было какое-то платье канареечного цвета, красные колготки, волосы на голове сияли всеми цветами радуги. И… это что, живот? Судя по размеру, тянул он месяц на девятый. За радостной Аркур маячила бледная Наталья, которая, похоже, проиграла очередную схватку с моей сумасшедшей оппоненткой. Я уже встал, чтобы выпроводить ее взашей, как девица бросилась на меня.
– О, любимый! Ты опять так надолго пропал! Мы с малышом соскучились по тебе.
Она дотянулась до моей шеи, обвила ее руками и вжалась своим неизвестно откуда взявшимся животом. А потом звонко чмокнула в щеку. Люди за столом замерли, и только Кот – засранец – сидел, поджав губы, а его плечи мелко подрагивали от с трудом сдерживаемого смеха. Аркур тем временем отлепилась от меня, повернулась к моим партнерам и начала здороваться с ними на всех возможных языках. Ужасно коверкая при этом слова.
– Бонжур, монсеньоры! Ола, комрадэ! Гутен абенд, херы!
На «херах» я не выдержал, подскочил к ней и сжал локоть.
– Ты что творишь? – зашипел ей на ухо. – А ну, пошла вон отсюда.
Она повернулась ко мне и резко изменилась в лице: глаза наполнились слезами, верхняя губа задрожала, а рука прижалась к сердцу. Да у нее определенно театральный талант!
– Так это правда? Ты бросаешь нас с малышом? – она сместила ладонь на свой фальшивый живот.
– Господа, я не знаю эту женщину, – повернулся я к партнерам в надежде на их благоразумие. – Сейчас мы вызовем охрану и проблема будет решена. Прошу прощения за этот цирк.
– Проблема? Значит, вот кто мы для тебя?! Максим, какой же ты подлец! А ведь твой отец предупреждал меня!
Аркур вытащила из кармана платья телефон и подбежала к иностранцам.
– Вот, посмотрите, это мы с его отцом. Добрейшей души человек, в отличие от этого изувера, – она затравленно оглянулась на меня и снова начала пускать слезы.
Подбежав к девчонке, я выхватил у нее из рук телефон и уставился на фотографию. Папа задорно улыбался, стоя на фоне своего университета, а рядом с ним действительно была Аркур. Такое чувство, что фотограф запечатлел их в тот момент, когда они обменивались какой-то шуткой. Я увеличил фото, внимательно всматриваясь в детали. На фотошоп это похоже не было.
– Ты где отца моего нашла, ведьма? – процедил тихо.
– Места надо знать, – так же тихо ответила она и тут же начала громко жаловаться на жизнь опешившей делегации.
Первыми ожидаемо не выдержали швейцарцы. Престарелый господин, входящий в совет одного из кантонов, встал и одернул пиджак.
– Господин Гарай, думаем, вам нужно сначала разобраться с семейными проблемами. Не стоит бросать беременную женщину, это не по-мужски.
Все остальные согласно забормотали и тоже начали подниматься со своих мест. Аркур жалостливо кивала уходящим людям, поглаживая фальшивый живот. Мне же оставалось только безучастно наблюдать, как один за другим уплывают мои миллионы. Когда иностранцы ушли, Котовский встал из-за стола и вытер со щек слёзы. Весело ему. Это, между прочим, не только мои деньги, но и его.
– Максим Сергеевич, могу я… – негодяй хрюкнул от смеха, но быстро собрался и продолжил, – чем-нибудь вам помочь?
– Нет. Ты тоже можешь идти. Нам с любимой нужно поговорить.
Плечи Аркур, которая стояла ко мне спиной, заметно дрогнули. Похоже, нахалка только сейчас начала осознавать, что в кабинете кроме нас никого не осталось.
Глава 5
Мария
Мое сердце в последний раз стукнуло вместе с закрывшейся дверью и замерло. Еще минуту назад мне было так легко и весело, что хотелось петь и плясать. На вытянувшееся лицо Гарая можно было смотреть вечно. Но уходить отсюда нужно было с его прихвостнем – Николаем Котовским. Я его помню среди тех, кто приходил ко мне и от лица Гарая и предлагал деньги. Его, кстати, мое представление, похоже, позабавило.
– Ну, иди сюда,
Я чуть не подпрыгнула, когда за спиной раздался хрипловатый голос. Резко развернулась и начала пятиться к двери, которая, кстати, была достаточно толстой, чтобы скрыть любые звуки. Гарай не торопясь сделал шаг вперед. Понимал, засранец, что деваться мне некуда.
– Ты сам назвал меня городской сумасшедшей, я лишь соответствую образу, – я выставила вперед руку, пытаясь остановить приближение мрачной фигуры.
Гарай, как обычно, был весь в черном, но если в другие дни это выглядело просто стильно, то сейчас – зловеще. Он тяжело вздохнул, а потом ловким движением пальцев расстегнул пуговичку на манжете рубашки. Закатал рукав. Затем проделал всё то же самое с другой рукой, демонстрируя смугловатую кожу.
Не выдержав нервного напряжения, я быстро вытащила из-под платья подушку и швырнула в Гарая. Он легко отбил ее одной рукой и покачал головой. Подушка шлепнулась на маленький столик у окна и сбила на пол какую-то статуэтку. Никто из нас не обратил внимания на звук бьющегося стекла.
– Зачем же ты так с нашим ребенком, любимая?
Мы синхронно сделали еще один шаг в сторону двери, и я уперлась спиной в стену. Всё, отступать было некуда. Когда до Гарая оставалось не больше пары метров, я замахала руками:
– Стой, стой! Всё по-честному! Я тебя предупреждала. Ты первый начал сыпать угрозами, я всего лишь держу удар!
Не знаю, что именно из моих слов подействовало, но мужчина остановился. Несколько секунд он внимательно смотрел на меня, явно о чем-то раздумывая, а потом кивнул подбородком на мой карман.