Лагутин Антон – Зрей с гордостью, Император том 2 (страница 12)
– Всё, больше я вам ничем помочь не могу.
– Спасибо и на том.
За окном уже ночь. Мы покинули столовую и спокойно отправились к нашему БТРу. По началу мы не решались нарушить опустившуюся на посёлок тишину, но Зазуля явно желала высказаться. Её глаза, её губы, её движения рук – внутри женского тела вновь вспыхнула нешуточная борьба, где факты и доводы схлестнулись в битве не на жизнь, а насмерть.
Отойдя подальше от столовой, она прошептала:
– Мы не можем ему доверять.
– Ну, – протянул Палыч, – по поводу шахты он не соврал. И я даже знаю, как можно добраться до неё, минуя главную дорогу, если, конечно, за десять лет тропинка не превратилась в густой лес.
– Ты там бывал? – спрашивает Зазу.
– Зачищал от Зверобоевых. Там действительно плодовитая шахта, залегание “слёз Императора” начинается уже на двухстах метрах, глубже опускаться нет смысла, превратишься в сосульку. Во время зачистки много хороших парней полегло, и я был рад услышать, что по сей день шахта служит на благо нашего народа.
– Сейчас я опасаюсь за наши головы, – говорит Зазуля, оглядываясь по сторонам. – Кажется мне, что затягивают нас в ловушку.
– Ты слишком мнительна, везде видишь подвох, – возражает Палыч.
– И лишь благодаря этому мы по-прежнему живы!
– Лишняя осторожность никому не повредит, – говорю я, – Но мы не можем проигнорировать полученную информацию. Вы же прекрасно понимаете: заявись мы к Югову с пустыми руками, и без должных объяснений, и больше мы не будем в фаворе.
– Да знаю я, – шипит Зазу. – Не напоминай. И как этот Сергей Сергеевич может помочь нам в освобождении Олега.
Это был не вопрос. Спорное утверждение, доказательства которого получить будет крайне сложно, да и скорее всего уже невозможно.
– Если мы уже вошли в их “игру”, – говорю я, – отступать уже нет смысла. Пропустим самое интересное.
– Вам не показалось, что нас пытаются ловко увести из посёлка, да еще и по утру?
– Нет, – резко возразил Палыч. – Утром приедем, нас встретят, всё покажут. Даже если они заманят нас на минное поле, от куда, по их мнению, нам уже не выбраться, у нас есть свой козырь – Броня. И они об этом не знают. И стоит нам чуть заподозрить неладное – нам развяжут руки. И тогда мы сможем навести в посёлке свой порядок, Зазуля. Всё будет так, как ты пожелаешь.
На просёлочной дороге можно было сломать ногу. Коварные ямы попадались на каждом шагу, и только тусклый свет из окон соседских домов и лунный свет хоть как-то освещал нам путь. И не только. Обступившая нас со всех сторон тьма укрыла наши тела от посторонних глаз, однако оставила лица открытыми. И я вижу, как лицо Зазули будто сжимается от сомнений, с трудом переваривая слова Палыча. В его словах она чётко уловила идею, оторвать от которой её уже было невозможно. Решение принято, сомнений нет, оставалось надеяться на благоразумность женской логики.
На короткий миг она взглянула на меня, а затем опустила глаза на дорогу. Переступив очередную яму, она говорит:
– Броня, ты уверен в себе? Олега нет, никто не сможет вобрать твою силу.
– Дайте мне автомат – и я пройду вам всё минное поле.
– У нас ограниченный боезапас, Югов будет требовать отчёт по каждому патрону.
– Не страшно, – успокаиваю её, – что рассказать Югову – мы обязательно придумаем.
Зазуля улыбнулась.
– Тогда едем, – говорит она после короткой паузы, – но выезжаем немедленно. Палыч, есть силы?
– Ты шутишь? – смеется Палыч. – Пьяным – да хоть на край света. Здесь недалеко, займёт меньше часа.
– Зачем сейчас? – уточняю я, немного усомнившись в её решении.
– Разведаем обстановку. Мы еще до конца не представляем в какую игру мы ввязались, но, если есть возможность подсмотреть карты оппонента – почему бы и нет? Близко не будем подъезжать, оставим машину в нескольких сотнях метров и сходим на разведку. Я бы хотела увидеть всё еще до восхода солнца, а пока, – она подняла голову и уставилась на небо, – нам будет светить луна.
Лунного света будет недостаточно, чтобы разглядеть лицо человека на расстоянии нескольких метров, но вполне хватит, чтобы сосчитать людей на поле за полверсты. Зазулина идея имеет место быть, ведь нет ничего плохого в том, если мы будем готовы заранее к неприятному раскладу. Однако, вероятность быть подстреленным никто не отменяет. Оправданный риск? Конечно. Ведь даже завтра по утру никто не отменит тот факт, что мы можем быть подстреленными.
Расположившись внутри БТРа, Палыч практически бесшумно оживил машину. Не включая фар, вывел её на дорогу, и медленно повёл в сторону выезда из посёлка. Всё это время я следил за происходящим с наружи через триплекс. Конечно, было темно, да и лунный свет неприятно бликовал на стекле триплекса, но, если бы машину обступили солдаты, или кто-нибудь выбежал перед нами на дорогу, или кинулся следом – это я бы точно разглядел. Но к счастью, ничего подобного не произошло. Ни погони, ни хвоста.
Минут через десять БТР съезжает с главной дороги. Кузов накреняется, лежащие всюду ящики бряцают, Зазуля хватается за толстый поручень над головой и вжимается в кресло, когда мы переезжаем глубокий кювет и попадаем на протоптанную дорожку через огромное поле.
В коротком маршруте всегда есть подвох.
Вокруг всё завибрировало, нас затрясло. Затряслось всё вокруг, да с такой силой, что пришлось ногами придерживать ящики, поползшие по полу как живые. Минут через десять такой болтанки я заметил на лице Зазули усталость. Она вроде пыталась ловить меня взглядом, но её глаза чаще промахивались, скользили мимо меня. Не спорю, она была пьяна, но не до такой же степени. А потом и вовсе её голова поникла, рука выпустила поручень, и девушка завалилась набок, а потом и вовсе скатилась на пол.
Я вовремя дёрнулся вперёд, успел перехватить её перед самым полом. Еще бы чуть-чуть и на её прекрасном лице появился бы синяк, или куда хуже – длинный росчерк рассечённой плоти на лбу. Странно, подобного с ней раньше никогда не происходило. Я помню её и после большего количества выпитого, и она всё равно была готова схватиться за оружие и предложить турнир на меткость, но здесь…
Всю опасность ситуации я осознал, когда несколько попыток привести её в чувства не увенчались успехом. Девушка была в полной отключке, и тому виной был явно не алкоголь или накопленная усталость.
В голове закружились её же слова про отравленное пиво. А что если она была права? Тогда это может означать только одно!
Палыч в опасности!
Глава 7
БТР сильно тряхнуло, рядом со мной лязгнули ящики. Нужно срочно проведать Палыча, иначе, если он уже храпит, упав лицом на руль, – наша поезда может закончиться плачевно.
Стащив с себя плащ, я расстелил его на полу и уложил сверху спящую Зазулю. Схватившись за тянущиеся по потолку трубки, я двинул к Палычу, с трудом удерживаясь на ногах. У меня появились первые опасения, машина вела себя подозрительно, виляла из стороны в сторону, и мне казалось, что мы вот-вот опрокинемся на бок. Но, добравшись до водителя, я выдохнул с облегчением.
Палыч крепко держался за руль, пристально вглядываясь в водительский триплекс.
– Дорогу ни черта не видно! – фыркнул он. – Я тут вдруг вспомнил, почему так не люблю ночные поездки.
– Почему?
– Фары слабые, – пожаловался он.
– Ты как себя чувствуешь?
– А что? Спать не хочу, – он резко дёргает руль влево, но машина всё-таки подпрыгивает на яме. – Зараза! Хмельная голова просится в пляс!
– Зазулю вырубило, я пытался её разбудить, но она спит как убитая.
– Ну и пусть спит, не трогай её. Умоталась наша деваха, думает за двоих, пока мы с тобой бьём баклуши.
– Вообще-то, я принимаю непосредственное…
– Ничего ты не принимаешь, и не думаешь! Как и я, стоишь как истукан и слушаешь. От тебя что требуется… чтобы ты…
Последние слова растворились в гулком эхо бьющихся моторных сердце и лязге разбросанных по полу ящиков. Слушать мужика я не стал, он мог думать всё что угодно, и я уже привык, что все принижают моё участие.
Оставив Палыча в гордом одиночестве, я вернулся к Зазуле.
Рухнув на диван, я оглядел её. Всё же странно, она дрыхла как убитая, и надеюсь, что в данном случае это всего лишь форма речи. Она даже не пошевелилась, как лежала – так и лежит, покачиваясь на каждой кочке. Дыхание ровное, ладони тёплые. На лбу выступили капли пота, но в этом нет ничего необычного; с приходом темноты в нашей стальной коробке стало не то чтобы прохладнее, стало комфортнее, но дрыхнуть в тяжёлом доспехе – это как под толстенным одеялом.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.